Функция (СИ)
Да не, меня бы тогда не бандиты с ментами ловили, а какие-нибудь капитаны ФСБ, или кто там охраняет секретные лаборатории безумных ученых? Да и не сбежал бы я от них, придя в себя у дверей своей квартиры.
Ещё версия — инопланетяне. Всё примерно так же, как с учёными, только в космосе. Ага, понавтыкали в меня всякой фигни и сбросили на Землю посмотреть, что же с крыской дальше будет. Не, я понимаю, что всё не так! Но, мля, а как тогда?!
Дыши ровнее, Лях! Во всём разберёмся. Шаг, мать его, за шагом. Сейчас к Илюхе, пожрать, узнать, что про меня было слышно последние две недели, а потом уже и версии строить можно. А то я наворочу на голодный желудок, все DC с Marvel замучаются распутывать! Вторжение саблезубых кроликов-убийц!
Семь километров по пересечёнке за полтора часа — это, я считаю, рекорд. Лично для меня. И при этом я даже не взмок — бежал себе, бежал, масло в голове гонял. И прибежал. Вон уже показался посёлок, где у Илюхи фазенда. Я бы фиг согласился жить в такой местности: лес, лес, потом — хлоп! Посёлок на полтора десятка домов. И снова лес, лес, лес. Бр-р-р! Я городское дитя, без шума двигателей за окном заснуть не смогу. А Илья... Ну, он постарше, двое детей у него. Фиг его знает, зачем из города уехал. Не ради же площадки для шашлыков?
Дома я у него не был последние пару лет, как уехал за город, мы встречались только в барах и кофейнях. Но фотки видел, поэтому без труда опознал пряничный двухэтажный коттедж, повёрнутый одной из стен к девственному лесу. М-дя... Вот же вкусы-то у некоторых!
Собаки, по счастью, во дворе не оказалось, так что я спокойно прошёл к двери и постучал. Вот он, наверное, сейчас удивится!..
— Лях, ты ...лся?! Ты какого ... сюда припёрся?!
Не на такую встречу я, признаться, рассчитывал. Есть немаленькая такая вероятность, что пожрать мне тут не удастся.
— Илюх, ты чего? Мне помощь нужна! Ты же друг мой, куда мне ещё идти?!
— Я архитектор, а не психиатр! Чем я могу помочь маньяку?
Только тут до меня дошло, что дверь он хоть и открыл, но не до конца. И оставил цепочку висеть. Он меня что боялся? Господи, чего ж я натворил-то без памяти?
— Илюх... Илюх, я ничего не помню! Две недели ничего не помню! Два часа назад пришёл в себя в кровище у дверей квартиры. Дома бомжатник, шмотки мои все в крови! Бандиты тут же пришли убивать. Илюх, скажи, что со мной было?! Чувак, пожалуйста! У меня уже кукушка сползла, ничего понять не могу!
Он не меньше минуты смотрел на меня очень внимательно, словно ему внедрили в глаза детектор лжи. Потом снял цепочку и открыл дверь.
— Входи. Только тихо. Олька детей укладывает.
Дальше прихожей мы не сдвинулись. Уселись на табуретки напротив друг друга. Илья, веселый здоровяк Илья, который был мне вместо старшего брата, смотрел с подозрением и был напряжен так, словно готовился в любой момент вскочить и ударить гостя стулом.
— Мне бы помыться, переодеться и пожрать, Илюх... — протянул я просительно. — И узнать, что за хрень творится. Ты, судя по реакции, что-то знаешь.
— Да весь город в курсе, — после некоторого молчания произнёс он. — Ты у нас инфоповод номер один. Звезда «ютуба» и новостных лент. Маньяк-мститель. Три трупа на тебе точно есть, ещё два убийства без доказательств, но думают на тебя. Вся полиция в усиленном режиме ищет, а ты ко мне в гости приходишь и пожрать просишь...
— Ты же не шутишь сейчас? — голова от таких новостей кругом не пошла. Что-то такое я и предполагал. Стоило только обдумать визит бандитов, которые приходили мстить за Козыря. Не одного, выходит, Козыря.
Это что, у меня крышку снесло на почве справедливости, что ли? Типа, «Мстителей» пересмотрел? И пошёл насаждать добро? О-хре-неть!
— Да какие, нахрен, шутки, Лях?! — от избытка чувств Илья повысил голос и тут же, осознав, перешёл на шепот. — Я сперва не поверил, что это про тебя. Даже когда видео смотрел, думал, что фейк. Но потом второй видос, третий... Ты пропал, телефон не отвечает. Мамка твоя в больничке — криз у неё случился, как узнала. Хотел к тебе домой сходить — там полиция, не пустили. Вот и что я должен был думать после такого?
— Что твой друг не убийца! — злым шипением ответил я. — Мало ли какой видос! Ты меня знаешь уже лет восемь, похож я на маньяка?
Илья как-то сразу же сник. Мы с ним очень непохожие: он крупный, курчавый, широколицый. Лицо доброе и в очках, беззащитное такое. Но это до тех пор, пока этот интеллигент-переросток не возьмёт шею наглеца в захват и не придушит. Обманчивая, короче, у человека внешность. Я против него глиста в кепке. Субтильный вьюноша бледный со взором горящим, это он меня так всегда называл. Я младше на восемь лет, имею совершенно иные интересы в жизни. Студент, который собрался после получения вышки покорять Москву и архитектор-семьянин. Удивительно, что мы вообще дружим. Но никого ближе у меня не было.
— Ты правда ничего не помнишь?
— Илюх, ну чё бы я врал?! Я сам вижу, какая херь вокруг творится, без твоих рассказов про видео. Пришел бы я к тебе?!
Помолчали. Я многое хотел спросить: про маму, про мои преступления, про видео эти — сто пудов он их скачал и просмотрел по десять раз! Хотел поделиться догадкой про любительницу кошек из своего подъезда, теперь я был убежден, что бандитам позвонила старая перечница. Но не мог открыть рта. Так бывает, когда оказываешься рядом с кем-то по-настоящему близким, и слова вдруг становятся не нужны. Он же мне поверил — сразу и без доказательств. И этого было достаточно. Точнее, не только этого...
— Ладно, давай в душ сходи, я пока одежду тебе попытаюсь подобрать да еду разогрею.
Вот об этом я и говорил, не только.
— А давай сперва пожрём, а?! Ты не поверишь, у меня желудок просто с ума сходит. Кажется, я все эти две недели не жрал!
— Ну, исхудавшим ты не выглядишь. Пошли на кухню, нехватка.
Спустя полчаса, сытый — съев половину кастрюли тушёной картошки, — вымытый и одетый в чистое, я сидел с планшетом в руках и смотрел видео. Тихо сползая под стол.
Героем боевика был я. На одном сорокасекундном видосе бил человека об стену, оставляя кровавые пятна на бетоне, на втором — ломал другому шею, на третьем — стрелял в кого-то, кто находился за пределами камеры. И всё это проделывал с совершенно спокойным выражением лица. Ни злости, ни ожесточения. Просто универсальный солдат за работой.
— Они все преступники или типа того, — вероятно Илья решил, что мне станет от этого легче. Такое невысказанное «они заслуживали смерти».
Нет, Илюх. Не станет. Может, они и заслуживали. Только вот я не судья и не палач. Нет у меня такого права, решать, кто будет жить, а кому пришла пора умирать. Я обычный студент...
«Прыгающий с седьмого этажа и пробивающий руками горло!»
Н-да. Не совсем, получается, обычный. Но и не сволочь конченая. Кем бы я ни был эти две вырезанные из моей жизни недели, а подставлять друга не буду. Хотелось, конечно, провести ночь в тепле и безопасности, но, если меня ищут менты, Илюхе достанется. Укрывательство преступника — тоже уголовное преступление.
Был ещё один мотив. А вдруг я опять... отключусь? Превращусь в этого безумного берсерка, который, судя по состоянию моей квартиры, и задницу-то вытирать не умеет! Только убивать. Вот что тогда будет с обитателями этого дома?
— Пойду я, Илюх...
— Куда ты, на ночь глядя?! Переночуешь на диване в зале.
— Не-не-не. Я только денег у тебя попрошу. Сколько не жалко. Кэшем лучше, мою карточку наверняка отслеживают.
Да и осталась она на полу съёмной квартиры.
— Лях, сюда ж такси не ходит.
— Ниче, я пешочком. До тебя же дошёл, дойду и обратно.
Илья сходил на второй этаж, сунул мне в руку с десяток разноцветных бумажек. Навскидку тут было около десяти тысяч.
— Больше кэша нет.
Я молча обнял его и, не говоря глупостей про то, что всё верну, вышел за дверь. Кое-какие мысли о том, где переночевать, у меня появились.
Глава 2. Ночные встречи
Оптимизм — это недостаток информации.