Земля падающих звезд (СИ)
– Про избитых слышала, хотя на деле я их и пальцем не тронула – они сами выдохлись. Про песни первый раз слышу.
– А про рыцарей из мертвой долины не вы пели?
– Было дело. А что, настолько страшная песня?
– Александра, я поверхностно знаком с историей и культурой вашего мира, как и некоторых других. Так вот, у нас не было мировых войн вообще, а крупных уже лет триста. Воевать за земли и ресурсы нет смысла – их и так хватает, строй купол и живи или добывай. Да и население в целом более мирное, чем у вас. Большая продолжительность жизни тоже накладывает свой отпечаток – люди не только стареют, но и взрослеют медленнее. Совершеннолетие в двадцать – это самый нижний предел. В некоторых государствах совершеннолетними считаются только в двадцать пять. А детей многие заводят лишь к сорока. Учитывайте все это, когда вновь соберетесь спеть «не страшную» песню.
– Хорошо. – я кивнула, придавленная озвученными фактами.
– Ну вот и замечательно. – Директор достал из стола тонкую папку и подвинул ее мне. – Здесь ваше удостоверение личности, приказ о приеме стажера Александры Волковой в отдел изучения эфира Департамента Имперской Безопасности, приказ о вашем направлении на обучение в Императорскую гимназию, приказы о постановке на довольствие и выделении жилья. С этого момента я лично контролирую все связанные с вами вопросы. И отчитываться вы будете передо мной лично.
Я вновь кивнула.
– Тогда вы свободны. Выясните график тренировок у Джона и зайдите к Илоне.
Попрощавшись я отправилась разносить приказы, подписывать бумажки и составлять заказы на склад. Илона, когда я пришла к ней в отдел как-то странно на меня посмотрела и сказала, что до окончания полевых испытаний я ей не нужна, а в случае чего она сама меня вызовет. Джон заявил, что раз я теперь научник, то сильно гонять меня не будут – только начальная стрелковая подготовка и приемы самообороны. Остальное по желанию. Предложил заглядывать через день, если будет свободное время и по субботам на пару часов. Уточнив у него, не передумал ли он меня тренировать, я отправилась дальше.
За пару дней до начала учебного года Джон съездил со мной в гимназию передать приказ и рекомендации. «Для придания большего веса и во избежание лишних вопросов» – пояснил он. Не знаю, как насчет веса, но лишь мельком взглянув на его удостоверение вопросов ни секретарь, ни директор гимназии не задавали. Через десять минут я вместе с оперативником уже стояла в коридоре с тонкой брошюрой Устава в руках. Согласно этой книжке ходить на занятия полагалось исключительно в форме, внешний вид и характеристики которой были описаны в отдельном приложении. Правила поведения, права и обязанности учеников тоже были описаны отдельно. И такими ссылками пестрели почти все страницы.
– Блин, им что лень было все в одну книжку записать? – пробурчала я.
– Ты просто не представляешь размер такой книжки. – хмыкнул Джон. – да там только один дуэльный кодекс страниц на пятьдесят будет.
– Какой еще дуэльный кодекс?
– Так гимназии-то лет пятьсот. Тут ведь и аристократы учились, да и сейчас учатся.
– Аристократию же вроде упразднили.
– Это привилегии с титулами упразднили, а сами аристократы остались. Дуэльный кодекс тоже никто отменять не стал – вроде как традиция. А в гимназии действует особый кодекс – чтоб детишки друг друга не поубивали из-за пустяков, впрочем, когда тут была последняя дуэль я не помню, но, кажется лет сто пятьдесят назад. Правила поведения и фасоны ученической формы тоже периодически меняются, вот их и не печатают в общей книжке. Тут только самое важное.
Первого сентября я пришла в корпус под семнадцатым куполом. Нашла куратора одиннадцатого «А» класса – молодого парня чуть старше Игната. Никаких классных руководителей у старшеклассников не было, только кураторы, обеспечивающие связь с администрацией гимназии, а всю работу с учащимися сваливали на старосту и его заместителей. Парень отвел меня в кабинет, представил одноклассникам и указал на единственное свободное место – последнюю парту у окна. Народ зашушукался, но со мной никто даже не поздоровался. Впрочем, это было на руку. Помня опыт прошлой жизни, я решила не влезать с головой в общение с детьми и заранее прикинула линию поведения, решив вести себя максимально отстраненно, но и не сильно выпадать из коллектива. Поэтому молча села и достала из сумки одно из взятых в библиотеке дополнений к уставу и погрузилась в чтение, от которого меня отвлек звонок. Урок был коротким – за тридцать пять минут я даже не успела толком заскучать над не сложной математикой. На перемене ко мне подошла симпатичная девушка примерно моего возраста.
– Привет, Саша. Меня зовут Алена. Я староста нашего класса.
Я поморщилась.
– Алена, если тебе не трудно, зови меня полным именем.
Та сперва прищурилась, словно собиралась ответить что-то едкое, но потом кивнула и продолжила. – Задержись после уроков. Я выдам тебе график дежурств, список класса и анкету. И на большом перерыве никуда не уходи – нужно будет показать тебе здесь все.
– Хорошо.
Когда староста отошла, я достала второе дополнение, на этот раз дуэльный кодекс, и открыла на первой странице, краем уха ловя раздающиеся вокруг меня шепотки. Кажется, место, куда меня посадили, было особенным, но в чем именно это заключалось, я так и не поняла.
***
Буквально за неделю до начала учебного года ее вызвали к директору.
– Здравствуйте, господин директор.
– Здравствуйте, Риса. Присаживайтесь. – мужчина внимательно оглядел ее. Открыл лежавшую на столе папку с личным делом. – Риса Золотова. Восемнадцать лет. Воспитывается под патронатом Департамента с семи лет. Ученица одиннадцатого класса «А» гимназии его Императорского величества. Обладает высокой чувствительностью к колебаниям эфира. Одаренный малефик. Проклятие – приворот вплоть до четвертого уровня. Способность не контролируемая.
На этих словах она опустила голову, но директор продолжил по прежнему спокойным голосом.
– Характеристики психолога и с места учебы положительные. Рекомендована к работе с ограничениями в оперативном отделе Департамента. Вы ведь уже окончили начальный курс оперативника?
– Да. – удивленная Риса подняла глаза.
– Это хорошо. С сентября в ваш класс поступит перенесенная. Возможно вы о ней уже слышали. Вы назначаетесь ее куратором. Ознакомьтесь. – директор протянул Рисе картонную папку. – По легенде, она, приезжая с Литена и не может вернуться домой из-за шторма. Ваша задача: следить за ее поведением и, по возможности, его корректировать.
Открыв папку, Риса обнаружила всего один листок с кратким досье и фотографию. Впрочем, как ей было известно, полного досье на объект наблюдения, а, назначили ее именно наблюдателем, не выдавали.
С фотографии на нее смотрела светловолосая голубоглазая девушка примерно ее возраста. Автоматически отметив, что перенесенная старше ее почти на полгода и выше на четыре сантиметра Риса погрузилась в досье. Впрочем, читать там было почти нечего: пол, возраст, телосложение, место жительства, особые приметы, разработанная легенда, характеристики дара…
– Господин директор, здесь указано, что девушка неодаренный малефик. Но в графе «проклятие» стоит «безумие, условно». А в графе «амулет» – прочерк.
– Проклятие описано со слов самой девушки. Сами понимаете, проверять на людях такое никто не станет. А амулеты на девушке не работают, поэтому применен другой способ ограничения дара. Это будет одной из ваших задач – проконтролировать насколько метод действенен и в случае чего подтвердить или опровергнуть способности перенесенной. Для лучшего выполнения задачи можете наладить с ней приятельские или даже дружеские отношения. И еще одно. Зайдите к Илоне. Она выдаст вам новый радиотелефон с экспериментальным амулетом защиты и инструкцию по тестированию.
Покинув кабинет директора Риса сразу отправилась к жрецам. Необычно хмурая Илона вручила ей радиотелефон со странным узором на задней крышке и объяснила, что и как необходимо будет сделать для активации амулета.