Любовница Обманщика (ЛП)

- Ты хочешь перейти к...? - спросила я, но мой вопрос превратился в тихий стон, когда он распахнул халат и провел руками по изгибу моей талии.
- Абсолютно нет, - прошептал он мне в шею.
Он опустился передо мной на колени, целуя мою грудь, его язык скользил по моим соскам. Я ахнула и откинулась назад, ударившись о стол, сбросив стопку бумаг. Он поднял взгляд и улыбнулся мне.
- Ах, ты такой горячий, - выдохнула я.
Я наклонилась к нему, и он поцеловал меня, его губы прижались к моим, языком проникая внутрь меня. Его пальцы пробежали по внутренней стороне моих бедер, нежно прижимаясь к моему клитору, посылая волны удовольствия по телу. Мои бедра качнулись к его руке. Мое дыхание стало быстрым и неглубоким, когда он отстранился.
- Пойдем в кровать, - выдохнула я, протягивая к нему руки.
- О, давай не будем, - сказал он, лукаво улыбаясь.
А потом его голова оказалась у меня между ног. Меня накрыл прилив жара, когда его язык вошел в меня, танцуя на моем клиторе, целуя и посасывая, пока комната не закружилась. Я провела руками по его волосам, мои бедра покачивались, когда он двигался внутри меня, мое тело дрожало. Я закрыла глаза. Это было так хорошо, это всегда было так хорошо, так чертовски удивительно хорошо…
Я громко выкрикнула его имя в его губы, когда кончила, по всему моему телу пробежала дрожь.
Я медленно открыла глаза, когда мой разум вернулся к реальности. Локи сидел на коленях передо мной, и я уставилась на него. Он выглядел так чертовски великолепно в солнечном свете.
- Ух, ты, - выдохнула я.
Он встал и начал целовать мою шею, нежно проводя руками по моей груди. Я повернулась к его рту, приоткрыв ему губы. Я почувствовала вкус себя, когда наши губы встретились.
- Смертная женщина, - прошептал он, обхватив ладонью мою грудь, - я все еще желаю тебя.
Я взглянула на часы над микроволновкой.
- Да, - выдохнула я. - Да, у нас еще есть время.
Он схватил меня за талию, поднял и понес к кровати. Я раздвинула ноги, и тогда он оказался внутри меня, наполняя меня, имея меня, чувствуясь так хорошо, так невероятно хорошо, что я стонала и хныкала, выдавая тихие, животные звуки удовольствия и тоски. Я прислонилась к стене и выгнула спину, загоняя его глубже, когда его толчки стали менее ритмичными, более неистовыми.
А потом его тело содрогнулось, когда он закричал, его руки крепко обхватили мои бедра. Он рухнул рядом со мной, и мы лежали вместе, тяжело дыша, наши ноги переплелись. Я потянулась к его руке, переплела свои пальцы с его.
- Женщина, - сказал он, садясь и глядя на меня. - Ты опоздаешь.
Я улыбнулась. Солнце освещало его волосы, делая их похожими на огонь, словно они были сделаны из пламени, отбрасывая тонкие, танцующие тени на его полные губы, бледные щеки. Я могла бы смотреть на него весь день, подумала я.
- Я даже не думаю, что мои ноги все еще работают, - вздохнула я.
Он улыбнулся и поцеловал мне руку. Я оторвала от него взгляд и заставила себя встать и натянуть джинсы дрожащими руками. Я взглянула на часы…
- Черт, - пробормотала я. - Кафе в пятнадцати минутах ходьбы. Я действительно опаздываю. - Я вытащила первую рубашку из шкафа и схватила куртку. – Спасибо...
Локи прервал меня, обхватив руками и прижавшись своими губами к моим…
…и неожиданно стало очень холодно. Я открыла глаза. Мы оказались снаружи. Я моргнула и повернулась, чтобы увидеть окна кофейни «Верхние Земли». Внутри горел свет, и я слышала, как К. Д. Лэнг поет о Северном Онтарио, пока Кара раскладывала выпечку на витрине.
- Спасибо, - сказала я, слегка задыхаясь. - Это было... мило. С твоей стороны.
Локи пожал плечами и снова мягко поцеловал меня, прежде чем повернулся и пошел прочь по холодному чикагскому тротуару. Я глубоко вздохнула и толкнула дверь кафе, колокольчик над дверью звякнул, когда я вошла. Кара смотрела в окно, уставившись на то место, где мы с Локи целовались.
- Эм, доброе утро, - сказала я, мои щеки вспыхнули.
- Не знала, что у тебя есть парень, - сказала она.
Я засмеялась, сбрасывая куртку.
- О, нет, я имею в виду, что это не так. Мы просто... - я заметила выражение лица Кары, которое говорило, что она чертовски уверена, что я совершенно безумна, и заткнулась.
Прошло два часа, прежде чем я поняла, что моя рубашка вывернута наизнанку.
***
Когда я добрался до дома, уже стемнело. Я открыла дверь и заморгала от мягкого, серого света. Похоже, мой стол был покрыт стопкой... кирпичей? Я потерла глаза. Кирпичи не двигались. Я включила свет и подошла к столу.
Это были деньги.
Мой стол был завален стопками стодолларовых банкнот, аккуратно сложенных и перевязанных. Блокнот в клетку небрежно лежал поверх стопок, открытый на листе, где я написала «квартира».
Я закрыла лицо руками и заплакала.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Деньги изменили все.
Я пересчитала их, потом пересчитала еще раз и дрожащими руками принялась перебирать свои счета. Этого было достаточно, чтобы оплатить все: кровать. кредитку. Студенческие кредиты. Этого было достаточно, чтобы оплатить все и даже больше. Я могла спокойно уволиться с работы в «Верхних Землях». Наконец-то я могла купить ноутбук. И смартфон.
И снять новую квартиру.
В то утро я пошла в банк и вручила кассиру небольшое состояние наличными.
- Я только что продала машину, - сказала я с непринужденностью, которую репетировала уже несколько часов.
Кассир даже не ответила. Она просто пересчитала купюры, протянула мне квитанцию и сказала:
- Следующий.
А потом я отправилась на поиски квартиры.
Сначала я осмотрела башни Гайд-парка, но в квартирах было холодно и неуютно. Затем я осмотрела апартаменты в Мейфэре, но арендная плата оказалась возмутительной, даже для того, кто только что нашел пачки стодолларовых купюр на столе. Наконец я отправилась к «Фламинго», элегантному, хотя и несколько крошащемуся, розовому кирпичному высотному зданию на берегу озера.
- Ну, у нас только что освободилась одна квартира, - сказал мне албанский суперинтендант, когда мы ехали на лифте на четырнадцатый этаж.
Мы вместе прошли по узкому коридору, и он отпер дверь. Квартира была наполнена солнечным светом. На полу лежал темно-розовый ковер, а окна выходили на озеро. Мне были видны деревья с голыми ветвями, стоявшие вдоль мыса, где Локи впервые показал мне светлячков. Белоснежные волны вздымались и вспенивали поверхность озера Мичиган. Ему бы здесь понравилось, подумала я.
- Я арендую ее, - сказала я.
Суперинтендант уставился на меня.
- Хотите осмотреть остальную часть квартиры, леди?
- Конечно, - сказала я, улыбаясь.
Спальня была темной и маленькой, хотя выглядела так, будто в ней могла бы поместиться моя огромная кровать, а в ванной стояла ванна на когтистых лапах, которая, вероятно, могла бы вместить двоих. Надо проверить, подумала я, проводя пальцами по прохладному фарфоровому ободку. Кухня была настолько мала, что я могла стоять посередине, раскинув руки, и касаться обеих стен, но мои кулинарные навыки были в значительной степени ограничены лапшой рамэн, поэтому я не возражала.
Я последовала за суперинтендантом вниз по лестнице и подписала бумаги, вручая ему огромную пачку стодолларовых купюр в качестве залога и арендную плату за первый месяц.
- Нам тут понравится, - сказала я.
Он уставился на меня.
- Мне... - пробормотала я. - Мне тут понравится.
- Ты учишься в Университете? - спросил он.
Я, молча, кивнула.
- Я так и думал, - сказал он, протягивая мне связку ключей. - Добро пожаловать во «Фламинго».
***
Я провела выходные, распаковывая и украшая свой новый дом в здании «Фламинго». Я запихнула оставшиеся деньги в коробку и спрятала ее в нижнем шкафу на кухне, за нетронутым блюдом, которое мама прислала мне на день рождения. А потом я отправилась по магазинам.