Век магии и пара. Барчук (СИ)

Мы поднялись в кабинет Кулака. За столом сидел увалень-тяжеловес с круглой бритой башкой, щетинистой физиономией и огромными волосатыми лапами. Он смерил меня равнодушным взглядом: 
– Кто таков? Какого хрена тебе от меня понадобилось? 
Он жестом отослал охранника.
Я не стал ходить вокруг да около, представился, и сказал:
– Слышал, ты заправляешь спортзалами в городе. Собираюсь начать бизнес в этой сфере: хочу открыть школу бокса.
– Чего, мля? Бизнес? Понабрались нерусских словечек, мля… А с чего ты взял, что городу нужна твоя школа? Тут и своих хватает. И ты мне, малец, в бок не упёрся, если по-честному. Что за школу собрался открывать?
– Школу бокса. У меня стиль свой.
– Стиль? У тебя? – Кулак расхохотался. – Какой, на хрен, стиль? Стиль дохлого журавля? Или как его там… Был у меня тут один узкоглазый. Стиль у него был… Ага. По башке получил и откинулся.
– Не веришь? – в наглую спросил я. – Могу продемонстрировать. 
– Да ты против моего самого слабого бойца минуты не продержишься.
– А если одолею, разрешишь начать дело?
– Посмотрим. Тогда другой разговор будет.
Мы спустились в зал, и Кулак окликнул одного из боксёров, тренирующихся у мешка.
– Нокаутируй его, – приказал Кулак, кивнув на меня.
Мы вышли на ринг, я скинул свой модный сюртук, жилетку и котелок, снял галстук, сложил на судейский столик. Нам выдали перчатки. Противник мой оказался жилистым молодым человеком примерно такой же весовой категории, что и я.
Поединок начался. Соперник принялся активно атаковать, наступая и прощупывая меня джебом. Руки у него работали хорошо… для любителя. Некоторое время мы кружились по рингу. Пару раз он предпринимал попытки достать меня правым боковым, но оба раза я нырком уходил от удара, на третий – контратаковал и пробил в челюсть. Парень отшатнулся и очутился на канатах. Оклемался быстро. Я не стал мешать, подождал. Но когда он снова ринулся в бой, я нанёс ему удар ногой по рёбрам, а потом с вертушки – в голову. Парень потерял сознание.
Поединок оказался несложным. Я же главным образом хотел продемонстрировать эффективность техники и произвести впечатление на публику. И надо сказать, это получилось. За схваткой наблюдали человек двадцать, и все они стояли как поражённые громом. Похоже, в этом мире (по крайней мере, в городе) из ударных техник не знали ничего кроме классического бокса.
Двое оттащили поверженного противника, который едва начал приходить в себя. 
– Допустим, со слабым бойцом ты справился, – сказал Кулак, – а против сильного выстоишь?
– Нет уж, так мы не договаривались, – ответил я.
– Договаривались? Я с тобой вообще ни о чём не договаривался. Докажи, что стоишь того, чтоб с тобой дела вести, потом о договорах будешь говорить, – затем он обратился к одному из своих людей: – Кузьма, покажи мальцу, что такое настоящий бокс. 
Против меня вышел тяжеловесный малый – такой же шкаф, как и сам Кулак. Скинув жилетку и, сунув её одному людей, вылез на ринг. На его квадратной физиономии застыла издевательская ухмылка.
– Зря связался, – кинул он мне. – Отплясывать с тобой не стану. Вперёд ногами унесут. 
Он размял руки, надел перчатки.
– Болтай меньше, – спокойно ответил я, понимая, что вот тут-то придётся повозиться.
Его атака была стремительной. Я еле успел отскочить. Громила развернулся и снова попёр на меня, как танк. Его здоровые кулачища мелькали перед самым носом, а голову мою занимала мысль, что я только оправился от сотрясение, и новое – совсем ни к чему. Мысль эта ужасно отвлекала. Противник же был хорош: мастер спорта, не меньше. Да ещё и тяжёлый, собака… От такого прилетит – мало не покажется.
Но всё же взять меня нахрапом Кузьма не мог. Даже злиться начал:
– Чего бегаешь? Дерись, сопляк. Всё равно урою.
Снова атака. Я уклонился, нырнул и провёл лоукик по опорной ноге. Мощный получился лоукик – сам не ожидал. А противнику хоть бы хны. Опять наступает. Я успел уйти в глухую оборону и, выдержав два удара, от которых, казалось, мозг из черепа вылетит, снова разорвал дистанцию. Следующую атаку я хотел остановить прямым с ноги, но громила принял удар на пресс, и я чуть не потерял равновесие. 
И вдруг – знакомое ощущении: энергия наполняла тело. Нет! Только не это. Я же сейчас одной левой башку проломлю этому верзиле. А оно надо? Я совсем не хотел, чтобы мои способности стали достоянием общественности. Это должно быть сохранено в тайне любой ценой.
Держусь. Понимаю: бить нельзя. Ухожу от очередной атаки. Зрители уже свистят, пророча мне скорое поражение. А у меня в мыслях только одно: как эту чёртову энергию успокоить.
Отпустило. Совершенно внезапно, будто повинуясь мыслям. Увернувшись от новой стремительной серии, я нанёс второй лоукик по передней ноге. Соперник только поморщился. Начал прихрамывать. Я сделал пару обманных выпадов, ушёл от хука и, резко сократив дистанцию, ударил локтем в голову. Кузьма пошатнулся, но выстоял. Теперь отступить пришлось ему. Я провёл ещё один лоукик – снова в ту же точку. 
Соперник шагнул на встречу, но тут его опорная нога подкосилась, и бугай завалился на ринг, схватившись за бедро и рыча от боли.
Зрители были под впечатлением. Я пролез под канаты, одел галстук, жилетку и сюртук – спокойно, не торопясь. Подошёл к Кулаку, который старался сохранить невозмутимый вид.
– Ну так что? – спросил я. – К делу перейдём или дальше в игрушки будем играть?
– Пошли, – махнул рукой Кулак и повёл обратно в кабинет. Был он явно не в духе после случившегося.
Устроившись за столом, он предложил мне сесть напротив.
– Да, стиль у тебя есть, парень. Интересный стиль, – произнёс он после паузы. – Ладно, говори, чего хотел. Только коротко.
– Открыть спортзал и собственную школу. Только чтоб ко мне никто не лез и не портил имущество.
– Лады, делай, что хочешь. У меня правила просты: месяц даю фору на раскрутку, а потом ежемесячно по три сотни в кассу.
– Не многовато? – прищурился я. – Может процент с дохода?
– Торговаться ещё будешь? – зло прищурился Кулак. – Если хочешь делом заниматься – занимайся. А не хочешь – вали с глаз моих долой.
– Ладно, по рукам, – согласился я. – Через два месяца, начиная с сегодняшнего дня – три сотни. 
Кулак угукнул.
– Кстати да, подзаработать не желаешь? – спросил он. – Бои у меня проходят. Хорошо поднять можешь с твоим… стилем.
– Нет.
– Так вот категорично?
– Да. Профиль не тот.
– Хм, странный ты. Прогоришь со своей школой, сам же прибежишь… Ладно, вали.
Вот и договорились, называется. Паршивые условия для развития малого бизнеса, но я, разумеется, долго терпеть это не собирался: ни копейки не получат от меня, сволочи. Два месяца – срок приличный, чтобы встать на ноги и сколотить трудовой коллектив для грядущих свершений. Зато теперь я знал, что за хмырь такой этот Кулак.
Сегодня предстояла ещё одна важная встреча – свидание с Таней. И надо сказать, интерес мой был не только амурный, имелись и сугубо деловые расчёты. Человек, который может подлатать и починить повреждённый организм, в нашем деле нужен всегда. Как санитар на поле боя – без него никак. Но вот хотел ли я тащить на это поле боя Таню? Сложный был вопрос.
В прошлой жизни на любовном фронте мне не очень повезло. Были, конечно, подруги в юношеские годы, даже умудрился жениться и обзавестись потомством. Вот только однажды, перед очередной командировкой, моя благоверная заявила, что не желает, чтобы наш сын без отца рос, а она не желает стать офицерской вдовой, а потому поставила перед выбором: либо семья, либо военная карьера. А я тогда не представлял, что делать вне армии, да и карьера только начиналась. Так и расстались. Второй раз жениться не успел. Всё думал о том, что спутница жизни должна, перво-наперво, разделять мои взгляды и устремления и идти в одном со мной направлении.
Вот и сейчас задумался: а насколько у нас с Таней взгляды окажутся похожи, насколько сойдутся пути? Хотелось надеяться на лучшее.