Запретные удовольствия. (ЛП)

Солнце вставало из-за горизонта, и на мгновение Энтони задержался у входа в антику, наслаждаясь малиновыми, розовыми и золотыми всполохами на небосводе. Сегодня Крещение. «Как оно совпало», – идя к дому, сухо усмехнулся он.
Женитьба на Дафне – правильный и честный поступок, и Энтони собирался найти способ убедить её выйти за него. Но что-то ему подсказывало, что сделать это будет непросто.
***
(1) Коринфский стиль - относительно более новый и богатый древнегреческий архитектурный стиль, сложился ок. 400 г. до н.э., получил название от города Коринфа. Имеет высокую колонну с базой, стволом, каннелюрами и пышной капителью, состоящей из рядов листьев аканфа и небольших волют.
 Глава 21 
 Не прошло и двадцати минут после расставания с Энтони, а Дафна уже ехала прочь из Тремор-холла. Герцог не пытался увидеться с ней до отъезда, рассудив, что лучше переждать несколько недель, а потом уже отправиться следом в Чизвик, тем самым дав им обоим спокойно и взвешенно всё обдумать. Сам Энтони признавал, что, делая предложение, не выказал должной романтичности. В будущем, убеждая Дафну стать его женой, он должен будет как-то всё исправить. Что ж, в Эндерби остаться с ней наедине вряд ли представит сложность. Только вот когда он прибыл туда, все его планы оказались нарушены.
Он нашёл Виолу в её будуаре, за сборами. Всюду открытые дорожные сундуки, коробки; суетливо мечущиеся служанки складывают платья.
– Уехала? – потребовал Энтони ответа. – Как уехала?
Виола покачала головой, но обратилась при этом не к брату:
– Нет, Селеста, не зеленый шелк, зеленую шерсть. – Затем посмотрела на Энтони и указала на ближайший стул: – Милая Дафна уехала в Лондон. Леди Фицхью была так любезна, что приняла во внимание обстоятельства и предложила стать её дуэньей.
Устраиваясь на краю обитого парчой стула и роняя груду платьев на пол, Энтони нахмурился.
– Какие обстоятельства? – оглядевшись, спросил он. – Разве ты сама не в Лондон вещи собираешь?
– Нет, в Нортумберленд. С Хэммондом случилось что-то вроде несчастного случая, и я должна ехать в Хэммонд-парк немедленно. Прошлым вечером прибыл посыльный от доктора Чанселлора.
– Какого рода несчастный случай?
– Он был ранен.
– На охоте?
– Нет. – Виола прикусила губу и отвела взгляд. Через мгновение она снова посмотрела на брата и, глядя ему в глаза, пояснила: – Стрелялся на дуэли. Из-за другой женщины.
– Вот мерзавец! – Энтони ударил кулаком по ручке стула. – Видит Бог, я уничтожу его за это! Сколько унижений ты, по его мнению, ещё способна вынести?
Лицо Виолы исказилось страданием, и Энтони резко выдохнул. Должно быть, сестра огорчена вестями о ранении мужа, но сам он – нет. Хэммонд и так чертовски плохо обращался с Виолой; дуэль же из-за другой женщины – последняя капля. Герцог едва ли мог найти в себе сочувствие страданиям сей персоны.
– Мне очень жаль, Виола, но Хэммонд – отъявленнейший из когда-либо существовавших негодяев.
– Сейчас это не имеет значения, верно? – Пожав плечами, она продолжила: – Я была так рада видеть Дафну, и мы чудесно провели время. Хоть она и расстроилась, что я не еду в Лондон, всё сложилось очень даже неплохо: она проведёт сезон с семейством Фицхью.
Если это и правда так, задача только что невероятно усложнилась. Никаких встреч наедине, не говоря уже о том, что придётся на глазах всего света убеждать её в верности своих доводов. Начнутся слухи, которые вскоре перерастут в бурю кривотолков и домыслов.
– Вот чёрт!
Виконтесса удивлённо посмотрела на брата:
– Энтони, тебе эти вести, кажется, не по нраву. Что такое? Ты ведь знал, что Дафна собирается в Лондон. – На губах Виолы зародилась улыбка: – Надеялся уговорить её вернуться к твоим глиняным горшкам и мозаикам, не так ли?
Энтони внимательно посмотрел на неё:
– Мисс Уэйд тебе не доверилась?
– Доверилась мне? О чём ты говоришь? Чем таким, требующим большого доверия, она должна была со мной поделиться? Что-то случилось?
Большинство женщин, не колеблясь, рассказали бы о предложении выйти замуж за герцога – особенно сестре этого самого герцога; но, по-видимому, Дафна к большинству не относилась. Как человек, ревностно оберегающий свою личную жизнь, Энтони был доволен подобной осмотрительностью. Но рано или поздно Виола узнает правду, и будет лучше, если она услышит новость от него самого, а не из светских газет. И он открылся сестре.
– Ты сделал Дафне предложение? – Широко улыбнувшись, она вскочила со стула и подбежала к брату расцеловать в обе щеки. – Как же чудесно!
– Нет ничего чудесного, – ответил он, когда Виола вернулась на прежнее место. – Дафна мне отказала.
– Правда? Не могу даже представить, почему, ведь она была в... – Виола осеклась и строго посмотрела на брата: – Ты ведь её не спрашивал? Ты ей просто приказал. И не смей отрицать этого, – прибавила она, едва он отрыл рот. – Я очень хорошо тебя знаю, Энтони. Ты наверняка принял вид герцогский и властный, и она велела тебе отправляться к дьяволу. – И, к его большой досаде, сестра начала смеяться: – Ах, как же мне нравится эта девушка!
– Я рад, что ты наслаждаешься происходящим, но разве тебе не полагается быть на моей стороне?
– Нет, – сразу же ответила она, и улыбка её стала ещё шире. – Я всецело на стороне Дафны. Мы, женщины, должны поддерживать друг друга в подобных ситуациях. – И прежде, чем Энтони успел что-либо ответить, Виола продолжила: – Но только одно вызывает у меня недоумение. Если Дафна тебе отказала, тогда почему ты здесь?
Энтони нашёл веселье Виолы на свой счёт крайне раздражающим.
– Дорогая сестра, если ты веришь, будто я приму отказ в качестве ответа, то ты не так уж хорошо меня знаешь.