Запретные удовольствия. (ЛП)

Дафна ненавидела ходить без очков. Все предметы в пяти метрах от неё казались размытыми, и от этого она всегда чувствовала себя уязвимой. Дафна закусила губу и вопросительно посмотрела на его карман.
Сразу догадавшись о её намерениях, Энтони покачал головой.
– Не советую даже пытаться.
Дафна все равно попыталась вернуть себе очки, потянувшись к карману на его бедре, но прежде чем она успела просунуть пальцы под клапан, Энтони схватил её за запястье.
– Я предупреждал вас, – сказал он, отводя её руку в сторону, – но вы меня проигнорировали. Вам не следует игнорировать герцогов. Мы это ненавидим.
Сердце Дафны глухо заколотилось в груди. Он отпустил её, но не двинулся с места. Она знала, что ей следует отступить, отодвинуться, покинуть комнату. Но продолжала стоять на месте, словно зачарованная. На что похож его поцелуй?
Так она и стояла, застыв, и только когда Энтони шагнул вперёд, уменьшая расстояние между ними, Дафна отступила. Затем ещё раз и ещё. Он следовал за ней, не давая отойти от себя дальше, чем на несколько сантиметров. Так продолжалось до тех пор, пока она не упёрлась спиной в стену, а Энтони, подняв руки, не расположил их по обеим сторонам от неё, что и привело Дафну в чувство. Судорожно оглядевшись, она поняла, что герцог очень искусно загнал её в ловушку.
– Спасайтесь, – сказал Энтони, будто прочитав её мысли. Он упёрся ладонями в стену. – Бегите, мисс Уэйд. Если можете.
Дафна подняла голову и в ореховой глубине его глаз увидела что-то безжалостное, бросающее ей вызов. Внутри она вся дрожала, но нет от страха.
– Знаете, если вы захотите, то сможете очень легко вернуть очки.
Голос Энтони был обманчиво мягок, и Дафна понимала, что ей следует воспользоваться его советом и убежать, но силы его взгляда было достаточно, чтобы удержать её у стены.
– Как?
– У женщин так много власти, – словно разговаривая сам с собой, задумчиво пробормотал он. – Не понимаю, почему они так часто предпочитают не использовать её.
– Какой власти?
– Женщина может вертеть мужчиной как хочет; нужно только действовать правильно. Некоторым леди это дано от рождения. Большинство же даже не подозревает о своей силе. Вы, мисс Уэйд, относитесь к последней группе. – Энтони наклонился, и, хоть он и не касался её, Дафна почувствовала жар его тела. – Если хотите такой власти, я могу научить вас ею пользоваться.
– Если это что-то, касающееся правил поведения в свете, которые мне следует знать, то рассказывайте, – прошептала она. – Перестаньте играть со мной.
– Я играю с вами, потому что это игра. Я не позволю вам победить, но могу объяснить вам правила.
Что-то в его словах заставило Дафну задрожать от волнения.
– Я и правда не понимаю, о чём вы говорите.
– Вопрос в том, чего вы на самом деле хотите? Быть благовоспитанной юной леди или Клеопатрой?
– И той, и другой.
– А. Это интересный ответ, который влечет за собой ещё даже более интересный вопрос. Может ли юная леди пленять и очаровывать, но при этом оставаться благовоспитанной, как вы думаете?
– Почему нет?
– Действительно, почему бы и нет, – Энтони посмотрел на Дафну из-под полуопущенных ресниц.
– Отдав вам очки, что я получу взамен?
– Удовольствие от благородного поступка?
Низкий смех зарокотал у него в груди.
– Этого недостаточно.
– Что тогда? – спросила Дафна. – Чего вы хотите?
Взгляд Энтони переместился на её губы. Задержался там.
– А что вы предлагаете?
Дафна облизнула губы и услышала, как он резко втянул воздух.
– Три дня, – прошептала она. – У вас будет ещё три дня.
– Три дня? Вы скряга, мисс Уэйд.
Ей нельзя отступать. Нужно быть сильной.
– Три дня. Не больше.
– Неделю.
– Три дня.
– Тогда нет. Что ещё вы можете предложить?
Энтони наклонил голову и придвинулся чуть ближе, совсем чуть-чуть.
На сей раз Дафна собиралась позволить ему поцеловать себя. Ей живо вспомнились все те случаи, когда она наблюдала за Энтони в подзорную трубу, мечтая и гадая, на что же похож его поцелуй. В эту секунду Дафну снова захлестнула волна неистового возбуждения и предвкушения. Пока действительность полностью соответствовала её фантазиям, ибо колени подгибались, а тело сотрясала внутренняя дрожь. Но она скорее бы умерла, чем позволила ему понять, что она чувствует.
Она прижалась к стене, пытаясь отвоевать немного пространства между ними и прийти в себя, но это не помогло. Её прежние мечты всколыхнулись, ожили, будто бы в насмешку, напомнив обо всех тех случаях, когда она представляла, как губы Энтони нежно скользят по её, как он одаривает её сладкими словами любви и заботы. От одного лишь воспоминания об этом боль и обида острыми иглами жалили сердце, но всё же Дафна хотела, чтобы он поцеловал её. Да поможет ей Бог, она хотела этого. Какая же она дурочка!
Энтони ещё ниже наклонил голову, и Дафна напомнила себе, что это лишь игра, его игра. И из-за одного этого она проиграет. Будь он проклят за то, что забавляется с ней! Будь проклята она сама за то, что не может даже собраться с силами и отвернуться от него!