Я - твоё стихийное бедствие (СИ)
— А что именно тебя удивляет?
— Детей ведь рожают женщины… Если их мало, то откуда тогда столько детей?
— С чего ты взял, что только женщины? А мужчины на что? — удивился Таргориус, а я чуть не захлебнулся напитком. Неа, смеясь, постучал по моей спине и спросил:
— У вас рожают только женщины?
— Ну да. И процесс этот весьма болезненный.
— Это как же? — кто бы сомневался, что любопытный маг упустит момент попытать меня по столь деликатному вопросу?
Я как мог объяснил особенности размножения землян. Диссарийцы были шокированы. Оказалось, что у них всё намного проще. Во-первых, родить ребёнка возможно только в законном браке. Во-вторых, супруги должны любить друг друга. От этого зависит, насколько легко у них получится зачать малыша. И ещё большим для меня сюрпризом стало то, что на Диссайре были вполне обычны и приемлемы однополые браки как для женщин, так и для мужчин. Я гомофобом никогда не был, даже пошалил в ранней молодости по любопытству да по глупости, но всё равно удивился.
Как я понял, во время секса у них происходило слияние энергий и формировалось ядро. Оно обычно зарождалось у энергетически самого сильного супруга в районе сердечной чакры, как сказали бы у нас. Через три месяца ядро отделялось от носителя. Это было немного болезненно, но до наших родов далеко, как до Венеры. Маги-целители помещали ядро в семейный артефакт, так называемую «колыбель». Туда же вливалось немного крови обоих супругов, то есть, как я понял, биологический материал, и ребёнок ещё шесть месяцев рос, питаясь энергией родителей. Для этого нужно было просто кому-нибудь из них по несколько часов в день проводить у колыбели и разговаривать, петь, или иным способом общаться с будущим чадом.
— Какое счастье, что у вас всё так просто, а то я уже немного струхнул! Вот вырасту, встречу замечательную девушку. Вот тогда и буду думать о детях!
— Ну, девушка-то тебе не светит, — пробормотал маг, но я его слова услышал.
— Таргориус, не пугайте меня, я не по мужикам!
— То есть ты никогда не был с мужчиной? — поинтересовался мой братец, хитро улыбаясь.
— Нет, был пару раз с парнишками, но хиленькие изящные мальчики как-то не пришлись мне по вкусу.
— Я должен тебя предупредить. Завтра приезжает мой друг Калларис. Боевой маг личной королевской гвардии. Мы вместе учились в Академии.
— И что? — осторожно спросил я. Уж больно улыбка Неа была хитрой.
— Да ничего, только Нори последние года два был в него влюблён по уши, — у меня глаза, кажется, стали, как пара блюдец, а эти двое сидели и посмеивались.
— И как к этому относился ваш Калларис?
— Снисходительно. Он знал и подшучивал над Нори, но не злобно. Однако, дело в том, что мой друг… Как бы сказать… Мой дружок — ходок.
— То есть кобель?
— Можно сказать, и так! И, глядя, как преобразился мой братик за последнее время, боюсь, может передумать и приударить за тобой.
— Боги этого мира, не дайте мне такого счастья! Я всё равно по девушкам, субтильных мальчиков мне не надо! И кобелей тем более!
— Ну твою-то половину субтильным мальчиком никак не назовёшь, да и кобелём как-то тоже. А с тобой на сторону он гулять точно не будет, — усмехнулся старый маг. Я сглотнул и с подозрением уставился на него. Во взгляде Неадориса тоже появилось любопытство.
— Уважаемый наш маг, вам что, опять во сне кошмары снились? — спросил я.
— Ну почему же кошмары? Весьма приятные сны!
— То есть, если я правильно понимаю, — сказал братец, — вы знаете избранника Нори.
— Ты тоже его знаешь, Неадорис.
— Только не Калларис! Нет, я, конечно, дорожу им, но в зятья не хочу!
— Нет, не Калларис, — Таргориус помолчал, потом повернулся к Неа и сказал, улыбаясь: — Огненный Смерч.
— Что? — теперь у Неа глаза стали круглыми, как плошки.
Что-то мне это не нравилось. Мало того, что эта доморощенная Ванга мне мужика в мужья вещала, так ещё и мутного какого-то.
— Таргориус, а как сего доблестного мужа зовут в реале? Скажите мне имечко, и, честное слово, я его десятой дорогой обходить буду, — у меня были очень жалостные глаза. Старый гад рассмеялся, но имя не выдал. Я фыркнул обиженно и ушёл, оставив дверь чуть приоткрытой.
— Таргориус, вы уверены? Это действительно он?
— О, да! Это будет весело! Бедный наш Тайсар! — и они вдвоём опять захохотали.
Я даже не представлял, кто такой этот Смерч, но знал точно: я — не стихийное бедствие, ничего с королевством не случится. Тем более, я уже решил, что всё равно попробую это счастье напророченное обойти сторонкой. Дома жениться не спешил, а тут тем более повременю.
На следующий день я проснулся очень рано и решил прокатиться верхом. Природа вблизи замка была замечательная, воздух, не загрязнённый выхлопами, пьянил, и настроение сразу улучшилось. Оказалось, в этом мире, тоже есть лошади. Правда, они немного отличались от привычных мне животных. Во-первых, гривы и хвосты у них были очень длинными, морды более изящными, как и все телосложение. Назывались они «кайрани» и были очень и очень быстрыми.
На Диссайре воины не носили тяжёлых доспехов. Они обычно надевали кожаную броню с металлическими вставками. Чаще всего, внутри были вшиты защитные артефакты, что делало её весьма крепкой. Нет тяжелых всадников — нет лошадей-тяжеловесов. Кайрани использовались исключительно для верховой езды. Для перевозок на Диссайре существовали забавные мохнатые животные, чем-то похожие на буйволов, только выше в холке и без рогов.
Прогулка удалась на славу. Хотя утро было слегка прохладным, я совсем не замёрз. На мне был подаренный Неа костюм из тонкой коричневой кожи с мелкими металлическими нашлёпками, льняная рубашка и мягкие, уже полюбившиеся мне сапоги. На поясе висел специально сделанный мастером-кожевенником пояс с ножнами для саи. Когда я въехал во двор замка, там было уже довольно многолюдно. Гости начали собираться на праздник. Шестнадцать лет считались первым совершеннолетием. Таких в королевстве Тайсар было два. Первое — именно в шестнадцать, когда отпрыски семей могли самостоятельно уезжать на учёбу, и в тридцать, когда люди могли жениться без согласия родителей и несли полную ответственность за свои действия. Оказывается, здесь тридцать лет приравнивались к земным восемнадцати, так как люди жили намного дольше. Многие спокойно доживали до трёхсот, а некоторые особо магически одарённые личности и до пятисот. Вот такие пироги! Сам был в шоке, когда узнал, что Таргориусу двести восемь лет, ведь на вид он — эдакий семидесятилетний старичок. Неа было, к счастью, всего-то двадцать восемь. Когда я спросил брата, почему родители так поздно завели детей, он рассказал, что в молодости отец часто путешествовал, как и многие из его предков. Женился он, когда ему исполнилось шестьдесят пять. Через четыре года появился Неа, и только ещё через двенадцать родился Нори.
Бросив поводья конюху, я не спеша пошёл к дому, когда чьи-то наглые руки ухватили меня за задницу. Сработали мои рефлексы. Захват, разворот, подсечка — и вот я уже прижимал коленом к земле трепыхающуюся тушку, которая громко и витиевато материлась. Я аж заслушался. Физиономию своей жертвы я не видел, только блондинистую макушку. Неожиданно сзади раздался громкий хохот.
Оглянулся и увидел картину: Неа и Таргориус ржут аки кони, а матушка улыбается весьма-весьма радостно. Приглядевшись к наглецу подо мной и покопавшись в памяти, я сделал вывод, что это, скорее всего, Калларис.
— Многоуважаемый Калларис, вы ничего не хотите мне сказать? Извиниться за распускание своих шаловливых ручек, к примеру? — тушка засопела, зафыркала и произнесла:
— Многоуважаемый Арианнорис, я приношу свои извинения, — я, так и быть, его отпустил. Калларис встал, отряхнулся и с изумлением посмотрел на меня. Ну да, я всё ещё был на голову ниже и намного легче. А он действительно оказался красавчиком: высокий золотистый блондин, с красивым лицом и наглыми, в данный момент смеющимися синими глазами.