Триумф поражения (СИ)
— Всё верно! — сама себе отвечает за Сашу Райская. — Но зацепила Нина сына. Душу-то разбередила. Забыть не может… Работать не может… Жить, как раньше, не может… Даже жениться готов, но только чтобы в постель утащить.
Сашино лицо темнеет, но он молчит.
— Переживает отец. Влюбить влюбил, а толку никакого. Решил силу чувств проверить. На спор финансовый сына вынудил. Сомнения дневником фальшивым заронил. И ничего не останавливает теперь Климова-младшего. И деньги не нужны. И даже любовь ответная не обязательна. Хочу, говорит. Люблю, говорит. Женюсь, говорит. Ну что? Не перебьешь?
И снова ехидный вопрос Саше.
— Сказочница! — нежно откликается дед.
— Подождите! — останавливаю я разошедшуюся прабабушку. — Откуда такие подробности? И почему через Кристину, Светлану и Сальмонеллу?
— Ну! — вдруг зычно командует Райская, грозно глядя на Юрия Александровича.
— Павла… — выдавливает он. — И Римма…
— Как? — ахаю я, мгновенно расстроившись.
— Они не знали. Я их в темную… — оправдывается Климов-средний. — И Кристинку с этими тоже… Но ведь получилось, а?!
Юрий Александрович виновато смотрит на меня и сына:
— Прости меня, доченька. Но ведь получилось?
— Ничего не получилось! Тоже мне! Продавец счастья нашелся! — резко перебивает его Ольга Ждановна Райская, вставая. — Таня! Я пока забираю Нину. Мне с ней поговорить надо.
— Я никуда Нину не отпущу, — спокойно говорит Саша.
— Отпустишь! — смеется прабабушка. — Если она скажет, чтобы отпустил — отпустишь!
— С чего вы взяли? — теперь Райской отвечает Холодильник. — Она моя и она останется со мной.
— Она своя собственная и она пойдет со мной, — злится Ольга Ждановна. — Райские вам не по зубам!
— Да прости ты меня, тетя Оля! — вскакивает Юрий Александрович. — Я же маму жалел. Я же отца в семье удержать хотел! Папа, и ты прости!
— Бог простит! — устало машет на него рукой Райская. — Пошли, Нина! У меня к тебе разговоров на неделю.
Я освобождаюсь от объятий Саши и встаю. Саша резко встает за мной.
— Я не отпущу тебя! — говорит он, но руками не трогает.
— А я и не дам меня отпустить! — отвечаю я, улыбаясь. — Я тебя люблю. И вас, Юрий Александрович, я люблю. И вас, Александр Юрьевич, тоже. И вас, Бабушка Оля, я тоже бы любила, если бы вы были рядом.
Ольга Ждановна Райская внимательным, цепким взглядом моих собственных глаз смотрит на меня довольно долго. Потом усмехается:
— Ну что ж… Повезло вам, Климовы, одну Райскую всё-таки прихватили… Хорошо, Евгений завтра тебя ко мне привезет. Поговорить всё-таки надо. Везунчик ты, Климов-младший!
— Подождите… Какой Евгений? Мой охранник? То есть Сашин, конечно… — поражаюсь я.
— Это мой Евгений, — хитро улыбается прабабушка и уходит.
— Да, сынок, — вздыхает дед, глядя на Климова-среднего. — И нам бы поговорить…
Саша утаскивает меня в фойе ресторана.
— Всё, что она сказала…
— Я люблю тебя, — перебиваю я.
— Это правда только наполовину, — не сдается Саша.
— Я люблю тебя, — смеюсь я, ероша его тщательно уложенные волосы.
— И отец… Он тебя тоже любит. И дед, — Саша притягивает меня к себе.
— А я люблю тебя, — сообщаю я тайну его красивому уху. — Поехали домой?
Саша целует меня, сначала нежно, потом всё настойчивее и глубже.
— Домой… — напоминаю я. — Я замерзла под кондиционерами.
— Естественно! — отвечает мне Холодильник. — На тебе же тряпочка с носовой платочек! Мы так не договаривались…
— Поехали, Климов, договариваться с Райской…
*Слова Николая Харито
**Слова А.Саджая и Е.Евтушенко
КОНЕЦ КНИГИ