По ту сторону жалости (СИ)
– У местных почитателей холодного оружия «Кровавая мясорубка» пользуется бешеным успехом… Да что я тебе говорю, сам же видел, здесь на экранах серии из клетки нон-стоп крутят.
– Не видел, – возразил я, протискиваясь мимо менялы к выходу.
– Как так? – удивился Серьга. – Ты че, с улицы в туалет зашел?
– Че сразу с улицы-то?
– Так ведь в зале с любого стола экраны видно.
– Я приватный кабинет снял, – зачем-то признался, выходя из туалета.
– Ишь ты, кучеряво живешь, Рихтовщик, – фыркнул Серьга мне вслед.
Вернуться в кабинет я не успел. Стоило чуть отойти от двери, и за спиной раздались быстрые шаги бросившегося вдогонку менялы.
– Братуха, ты просто обязан на это посмотреть, – заявил Серьга, хватая меня за руку и останавливая в коридоре. – Пошли за наш столик, а! Я тебя с такими парнями познакомлю. Там, считай, весь цвет стаба собрался.
– Нет, не могу, – попытался вырваться, но настырный меняла и не подумал разжать пальцы.
– Дуешься, что в клетке автоматом тебе угрожал? Но, пойми, там по-другому нельзя было. Жесткие правила «Кровавой мясорубки». А тебе, кстати, грех жаловаться. Ты в клетке три уровня поднял, и остановился всего в полушаге от чемпионства.
– Да плевать мне на твою «Кровавую мясорубку». Руку отпусти!
– Представляю, как обидно было проиграть из-за предательского удара в спину. Я видел бой, все сделал ты, а та сука… Как там ее, не помнишь?
– Роза.
– Во-во. Украла сука Роза твои лавры, Рихтовщик.
– Да и пофиг!
– Не, братуха. Мы это так не оставим! Пошли со мной. У меня на диске есть серия с твоим финалом. Покажем людям, пускай рассудят. Вот увидишь, сразу станет легче.
– Иди Рихтовщик, – неожиданно поддержала барыгу наставница. – Искупайся в лучах заслуженной славы. Тебе это надо!
И я позволил себя увести.
Глава 10
Глава 10, в которой получаю признание и страдаю из-за апельсина
…Ничуть об этом не пожалев.
В большом зале ресторана оказалось гораздо интересней, чем в скучном приватном кабинете, голые стены которого напоминали монашескую келью.
Здесь на стенах и даже под потолком висели огромные экраны, где непрерывно транслировалась мастерски смонтированная нарезка из «клеточных» боев. Неаппетитных сцен, с вываливающимися потрохами и фонтанирующими кровью оторванными конечностями, в нарезке не было – только непосредственно сами схватки, с яростными бросками прыгунов и бегунов, и ловкими или неуклюжими потугами низкоуровневых Игроков уклониться и контратаковать. Без мерзких звуков реального боя, под бодрый рок-н-ролл, зрелище получилось захватывающим и достойным. Чисто спортивное состязание в клетке между иммунными и зараженными, типа реслинга. Повышает у зрителей адреналин, который, в свою очередь, стимулирует аппетит, и без вызывающих рвоту перегибов, типа отвратительно-кровавой расчлененки.
Серьга подвел меня к центральному круглому столу. И я в очередной раз невольно подивился тому как тесен мир. Из сидящей за столом шестерки двое оказались уже знакомыми мне людьми. Старик Пружина, с важным видом восседающий по левую руку от мощного краснолицего блондина-усача в джинсовой рубашке. И безымянный азиат, несколько дней назад перерубившей своей читерской катаной мою Шпору, за столом он сидел между двумя лысыми, как куриное яйцо, близнецами, в черных цивильных костюмах. Еще справа от красномордого усача сидела очень красивая черноволосая дама средних лет в роскошном вечернем платье.
– Господа и дама, – Серьга отвесил шутливый поклон единственной представительнице прекрасного пола за столом, – позвольте представить моего хорошего приятеля, Рихтовщика. Мы только что случайно встретились, пардон, в туалете.
– Ну ты, блин, в натуре, шут каких поискать, – хмыкнул красномордый усач, бывший, судя по развязной манере, здесь на правах хозяина. – Какого-то типа в сральнике подцепил, и тут же потащил за мой стол.
– Фи, Свин, ведешь себя, как деревенщина, – фыркнула дама, брезгливо поморщившись и, скосившись в мою сторону, вдруг подмигнула.
– Заткнись, курва! – взревел еще больше побагровевший владелец стаба и ударом могучего кулака по столешнице опрокинул добрую половину рюмок и фужеров на столе.
Сидящие рядом люди и не подумали обижаться на выходку хозяина. Подскочившие официанты мигом расставили упавшую посуду и по новой наполнили рюмки и фужеры.
А отчаянная дама с ледяным спокойствием продолжила нарываться на скандал:
– По башке себя так постучи, может, поумнеешь.
– Люсьен! Мать твою за ногу! Решила, что ли, сделку мне сорвать!
– Больно надо! – фыркнула дама и демонстративно отвернулась, перед этим украдкой вновь стрельнув по мне шаловливым взглядом.
Красномордый боров аж глаза закатил от бешенства.
– Уважаемый Свин, – рискнул встрять в семейную перепалку Серьга, – Рихтовщик – еще один из наших чемпионов. С последнего сезона. Свежачок, так сказать. В предлагаемой вам коллекции, так уж совпало, есть клип с его финальным боем. И если пожелаете, мы все сейчас могли бы…
– Ладно, уболтал черт языкастый, – махнул рукой Свин. – Запускай драку с этим…
– Рихтовщиком, – подсказал Серьга.
– Во-во, – кивнул краснорожий усач и, обернувшись, рявкнул официантам: – Че рты раззявили, халдеи! Живо стул гостю моему! И тарелку!..
Меня тут же усадили на подхваченный из-за соседнего стола стул, обеспечили таким же, как у всех за столом, набором посуды и столовых приборов.
Севший рядом на свой стул Серьга подхватил лежащий у тарелки большой пульт, с разноцветными кнопками, навел на самый большой экран – на стене напротив Свина – и запустил перемотку, от чего «клеточные» клипы замелькали с калейдоскопической скоростью, а рок-н-ролл слился шипяще-скворчащую какофонию. На Серьгу тут же обрушился шквал свиста и злобного мата из-за соседних столов. Но негодование гостей заведения длилось не долго. Всего полминуты потребовалось Серьге, чтоб добраться до нужного клипа, и он по новой запустил воспроизведение.
На экранах я увидел себя в клетке, в заляпанной бурыми пятнами рванине, с куском заточенной арматуры в руке, рядом с такими растрепанными и грязными Шилом и Розой. В другом конце клетки из отрывшейся решетчатой двери вырвался наш противник – матерый бегун двенадцатого уровня. Даже сейчас грозный вид твари невольно заставил поежиться…
– Обратите внимание на хладнокровие Рихтовщика, – стал комментировать Серьга происходящее на экранах. – Передал для броска оружие меткому напарнику. Ловко увернулся и отскочил из-под когтей бегуна. И тут же сам атаковал сверху, практически бескровно пробив споровый мешок твари. Очень изящная и красивая победа.
– Любопытное оружие использовал в концовке, – уже совсем иным, заинтересованным голосом обратился ко мне Свин. – Подозреваю, нечто персональное?
Я кивнул.
– Можешь показать?
Вместо ответа извлек из ячейки Шпору и направил Свину под нос.
Хищная пила грозно зашелестела всего в четверти метра от его лица, но хозяин стаба на столь опасное соседство даже ухом не повел. Зато живо отреагировали остальные люди за столом.
Пружина и кокетливая спутница Свина дружно отшатнулись от стола, старик при этом смачно выматерился, а дама взвизгнула.
Близнецы в костюмах синхронно сорвались с мест, раздвоившимся вихрем обогнули с разных сторон стол и приставили к моей шее скрестившиеся лезвия длинных ножей. Причем, проделали это «костюмы» так быстро, что отброшенные в момент старта стулья, грохнулись на пол уже после того, как я ощутил на шее холод оточенной стали.
Хмурый, как туча, во время просмотра клипа азиат, после моей выходки со Шпорой радостно заржал.
А сосед Серьга схватился руками за голову и прошипел в мою сторону:
– Убери это немедленно, идиот!
Моя правая ладонь покорно опустела – виновница переполоха вернулась обратно в инвентарь. Но ножи телохранителей от шеи не убрались, лысые близнецы продолжали стоять за спиной, ожидая приговора от шефа.