РДК Ласточка. Первый полет (СИ)
— Напомни мне, не стрелять из этой штуки в замкнутом пространстве и в цели, находящиеся ближе пятидесяти метров от нас, — попросил я рыжего.
— У… Угу, — только и смог выдавить он.
Дальнейший спуск прошел без проблем. Слезли прямо по стене шахты с помощью магнитных ботинок и перчаток. После чего я вырезал герметичную створку лифта на этаже ниже и, пинком вбив её в коридор, проник на палубу. Дождавшись, когда следом пролезет Тора, задумчиво у него спросил.
— Слушай, а назови мне хоть одну причину, по которой я не мог просто пробить пол на предыдущей палубе и спуститься сюда через дыру?
— Эм… — эльф отключил свой шлем за ненадобностью и почесал затылок. — Чтобы не повредить коммуникации?
— А еще? А то эта кажется недостаточно… веской.
— Кос… Космопех должен превозмогать и не искать легких путей? — предположил рыжий.
— О! — поднял я палец вверх. — Канает! Да и потом, я дурачок, мне можно! Так ведь?
— Ага, — согласно покивал Тора.
— Угу, — поддержала его Ласточка.
— Так, а где у нас этот медпункт?
— Туда, — сверившись с планом, указал направление Тора и вновь активировал шлем. — Тут в прошлый раз все прямо кишело мутантами. Так что голову лучше прикрыть хоть чем-то… хотя защита так себе…
— Да если что, прячься за мной, — махнул я рукой, неторопливо направившись по коридору, на ходу поигрывая шариком плазмы в руке. — Щиты у скафа мощные, да и сам я живучий и больно кусучий, так что хрен они меня обойдут! Только тыл крой, чтоб никто не подкрался.
— Д… Да, Капитан, — уже более уверенным голосом ответил рыжий, беря в одну руку шоковый пистолет с максимальными настройками, а в другую — свою бандуру.
Эта палуба сильно отличалась от предыдущей. Она была одновременно более опрятной и более грязной. Первое — потому что было видно, что за палубой раньше ухаживали и все буквально вылизывали до блеска. Второе — потому что после атаки мутантов тут явно было жарко: следы от выстрелов на стенах и потолке, подпалины на полу, остатки баррикад и засохшая кровь. Много засохшей крови. Буквально литры. Размазанные по полу и стенам. Но вот тел не было. Да что там тел — даже банально ошметков мяса не завалялось!
— А что с трупами? — спросил у Торы, глядя на все это безобразие.
— Их едят, — ответил он. — Чем больше мутант ест, тем сильнее и быстрее он мутирует.
— Поняяяятно, — задумчиво протянул я и резким взмахом послал шарик плазмы в вылезшую из какой-то каюты тварь, похожую на помесь жука и рака, у которого руки и ноги были то ли человеческими, то ли эльфийскими, а морда гротескно искаженным лицом. Жутковатая тварь была. А теперь это просто кусок обугленного мяса, вдвое уменьшившегося от первоначального размера.
За спиной раздался выстрел из шокового пистолета и короткий свист дугомета Торы. Не оборачиваясь, я через камеры отметил, что он вполне неплохо справляется, поджаривая похожего на кальмара мутанта. А потом мне пришлось резко переключаться на свой фронт, потому как из-под лавки вылезло тентаклиевое нечто, напоминающее морского ежа с тремя зубастыми ртами. Тварь успокоилась только от пятого шарика плазмы. Дальше мне вообще стало некогда отвлекаться на Тору — мутанты полезли буквально изо всех щелей, а мне пришлось быстро учиться делать и метать не шарики, а широкие трехметровые плазменные дуги, которые во время короткого полета поражали сразу по три-четыре цели. Вот только от напора тварей мы не смогли сделать вперед ни шагу! Они все лезли и лезли: из-под пола, из вентиляции на потолке, вырывались через дыры в стенах, пытались прокрасться с тыла, да и просто перли ковром по коридору. А когда я уже было решил плюнуть и расчехлять дезинтегратор, а то и вызывать «Верзилу» с крейсера, все резко прекратилось.
— Тора, — негромко позвал я рыжего. — Ты там как?
— Ж… Живой, Капитан, — глухо отозвался эльф, тяжело дыша, но при этом шустро перезаряжая свой дугомет. — Это было… страшно… но круто. Но страшно… дико страшно.
— Ну, в чем-то ты прав, — согласился я. — Напомни мне, не переться против каких-нибудь инсектов и прочих биологических рас без чего-нибудь убойного и жутко скорострельного.
— Хорошо, Капитан.
— И еще, Тора, — я задумчиво осмотрел заваленный дымящимися обугленными трупами коридор. — Сколько всего разумных было на станции?
— Эм… Это… Около тридцати тысяч, — не слишком уверенно ответил он. — Возможно больше. Там… ученые… опыты ставили всякие. Говорят, что… на людях.
— Так. Ласточка…
— Капитан, я собрала и подготовила к отправке дополнительное снаряжение, включая броню для младшего техника Кила Лай Тора, — отозвалась ИскИн.
— Спасибо, милая, я тебя обожаю! — искренне заявил я.
— Я еще не видел этот крейсер… — задумчиво произнес рыжий. — Но тоже начинаю её любить.
Глава 5
— Тора, у нас проблемка, — чуть обернулся я к рыжему. — С одной стороны, до медпункта рукой подать. С другой, нужно бы вернуться на обшивку станции и принять подарочек от Ласточки. Что делаем в первую очередь?
— Э… Ну… — глазки эльфа заметались в легкой панике, но он быстро взял себя в руки и, мило нахмурив бровки, выдал обоснование. — Мы… Я считаю, что мы должны идти к медпункту. Для прорыва хватит и в… тебя, Капитан. А путь назад и обратно займет время… За которое кто-нибудь может погибнуть. А мы же… герои, так?
— А еще пафосные превозмогаторы! — поднял я палец вверх. — Которые легких путей не ищут! Так что обнова снаряги будет только после выполнения текущей задачи по разведке медпункта!
— Угу, — с легкой улыбкой кивнул Тора.
Решив этот вопрос, двинули дальше. Тем более, что до цели уже действительно было рукой подать — метров триста по этим коридорам. Правда, первые десять мне пришлось поработать плазмой, испепеляя и так обгорелые тушки тварей, чтобы освободить дорогу. А потом мы не встретили ни одного мутанта — то ли они кончились в округе, то ли поняли, что к нам лезть бесполезно.
Сам медотсек оказался забаррикадирован — десять метров коридора, ведущего к его весьма внушительным дверям, были завалены огромным количеством всяких столов, лавок, стульев, шкафов и прочей мебели. Было видно, что мутанты пытались растащить-разобрать-расплавить все это, но им до недавнего времени активно мешала переносная турель, поставленная возле самой гермодвери. Сейчас она, правда, была отключена и печально клевала дулом пол.
— Батарея села? — осматривая издалека турельку, спросил я.
— Снаряды кончились, — покачал головой Тора. — Видишь, красный индикатор горит?
— Ну, для нас же легче, — пожал плечами и двинулся вперед, раздвигая баррикаду бронированной тушей и помогая себе плазмой и тентаклями. Остановился только перед самой гермодверью. — Так, и как её вскрывать? Плазмой, или попытаться как-то аккуратно выломать?
— Пшшш… — вдруг ожил коммуникатор на стене рядом и сообщил ворчливым женским голосом, искаженным легкими помехами. — Не надо ничего взламывать, варвары. Сейчас я все открою.
Секунд через пять дверь с едва слышным шипением воздуха отъехала вбок, открывая нам проход в помещение отсека. Я вошел первым, бегло оценивая обстановку.
Небольшой зал со стойкой регистратуры у дальней стены и тремя выходами. И все три были огорожены невысокими баррикадами из ящиков, над которыми возвышались по две активные турели. В дальнем углу, возле регистратуры, стояла пара небольших вскрытых ящиков с пищевыми пайками. Ну и главное поджидало нас за самой стойкой.
Довольно высокая эльфийка лет тридцати на вид стояла, прислонившись спиной к переборке и держа в одной руке пистолет, а в другой — стакан с прозрачной жидкостью. Судя по стоящей на стойке характерной полупустой бутылке, в стакане явно было что-то алкогольное. Эльфийка была одета в комбез с характерным толстым воротником, небольшим баллоном кислородной смеси как у Торы, и накинутым поверх лабораторным халатом. Вся одежда когда-то была ослепительно-белой, но за прошедшую неделю она посерела и покрылась огромным количеством кровавых пятен, которые, впрочем, совершенно не заботили хозяйку. Её, судя по пустому взгляду и застывшему лицу, вообще ничего уже не заботило. Хотя сама эльфийка была красива даже в таком состоянии: облегающий комбез отлично демонстрировал стройное тренированное тело с округлыми бедрами, хорошей талией и грудью третьего-четвертого размера. Тонкие изящные пальчики хирурга цепко, но нежно держали стакан и оружие, задумчиво поглаживая спусковой крючок. Бледное лицо женщины имело заостренные черты с резко выделяющимися глубокими черными глазами и короткой шевелюрой вьющихся светлых волос.