До самой смерти (ЛП)

— Идеально. Великолепно, — предположила я. — Прекрасно.
— Ага. — Коул прижался к моему лбу своим. — Все три слова отлично подходят.
Я улыбнулась, ощущая себя так, словно все мышцы в теле растворились.
— Я могу подобрать еще несколько, если ты хочешь.
Коул хохотнул, слезая с меня.
— Я разберусь с этим. Принести тебе что-нибудь?
Покачав головой, я закусила губу, наблюдая, как Коул встает с кровати и идет к двери. Боже, я могла бы весь день смотреть на этого обнаженного мужчину.
Несмотря на то, что мне хотелось уснуть прямо на месте, я все же заставила себя подвинуться и залезть под одеяло. Я даже не стала надевать ночную рубашку и просто прижала одеяло к груди.
Коул, наконец, вернулся, и на его лице явственно читалось одобрение.
— Ты часто спишь обнаженной?
Я покачала головой.
— Обычно нет, но я… Поленилась одеться. Тебя это не смущает?
— Я был бы ненормальным, если бы это хоть немного меня смущало. — Он откинул одеяло и забрался в кровать, предварительно выключив свет. Комната погрузилась в темноту, и лишь полоски лунного света проникали сквозь занавески.
Коул обнял меня и прижал ближе к себе. Я лежала спиной к его груди, а его рука была обернута вокруг моей талии. Между нами не было ни сантиметра свободного пространства.
— Спасибо тебе.
Мои брови удивленно приподнялись.
— За что?
— За то, что… Отдалась мне полностью.
Мое сердце екнуло так сильно, что я едва не расплакалась. Мгновение спустя я ощутила прикосновение губ к своему плечу. Я постаралась сделать несколько глубоких вдохов, чтобы ослабить ком от подступивших слез счастья.
Лежа в объятиях Коула, я прокручивала в голове события сегодняшнего вечера до того момента, когда он рассказал мне о своей бывшей жене. Он собирался сказать мне еще что-то, но нас прервали. Я перевернулась на спину. Рука Коула переместилась на мое бедро, оставляя за собой огненный след. Лунный свет подсвечивал его черты. Глаза были закрыты, а само лицо расслабленно.
— Еще не спишь?
— Неа. — Коул приподнял голову и поцеловал меня.
Я улыбнулась в ответ и положила голову ему на плечо.
— Ты рассказывал мне кое-что о… О своем браке. Ты сказал, что не работа разрушила его. Сказал, что причина была во мне, но я не понимаю, как такое возможно.
Он переместил руку с моего бедра на центр живота.
— А ты сама еще не поняла?
— Я что, упустила какие-то подсказки?
— Ага. — Он хохотнул и поднял руку выше, к моей груди. — Подсказок было много.
— Может, тогда ты мне поможешь?
Губы Коула коснулись моей щеки.
— Какое-то время я думал, что просто нам не судьба быть вместе. Что рано или поздно я снова соберу свою жизнь воедино, но я ошибался. Ты была моей единственной.
Кажется, я перестала дышать.
Коул приподнял пальцами мой подбородок.
— Ты моя единственная. У меня ушло много времени, чтобы это понять. Я все твердил себе, что сосредоточен на работе и поэтому у нас с Ириной не клеилось. Потом я убеждал себя, что недостаточно старался сохранить брак, потому что дело было не в ней. Она-то делала все правильно. Дело всегда было во мне. Во мне и в тебе.
— Коул, — прошептала я.
Его большой палец лег на мои губы.
— Когда ты уехала, ты все равно оставалась здесь. Как чертово приведение, преследующее каждый мой шаг и каждую мою мысль. Я так и не начал жить дальше. И не собирался. Ты забрала с собой частицу меня.
Я не знала, что сказать, поэтому перекатилась на бок и уткнулась лицом в его шею.
— Ирина не знала о тебе и о нас. Я не думал, что было бы правильно рассказать ей. Вот почему она верила, что дело было в работе, но это была неправда. Правда была в том, что часть меня всегда была с тобой.
— О боже, — пробормотала я, вцепившись в его плечо свободной рукой. Слезы горели в моих глазах. — Я… Со мной было так же. Я чувствую то же самое.
Каким-то образом Коул обнял меня двумя руками, и наши ноги соприкоснулись. Коул крепко прижимал меня к себе, и в его объятиях мне было комфортно, я чувствовала себя счастливой. Внезапно до меня дошло то, что должно было дойти уже много лет назад. Я держала на расстоянии каждого мужчину, с которым была после Жениха, я возводила стены, которые никто из них не смог бы преодолеть. Я всегда думала, что была открытой, но на самом деле все было не так. Сейчас я это поняла. Ведь Коул не просто разглядел эту стену, он постепенно разрушал ее, пока она не рухнула. Но дело было не только в нем. Во мне тоже. Я впустила его.
Я была готова.
Буря эмоций, захватившая меня, была приятной, легкая улыбка тронула мои губы. Я наконец-то была готова.
Очень скоро я уснула, и впервые за долгое время я спала без ночных кошмаров.
  
Глава 21
 
Воскресенье выдалось на удивление нормальным, несмотря на все то, что произошло. Коул проснулся раньше меня и приготовил кофе к тому моменту, как я выбралась из спальни. Только за это я была готова отдать ему свое сердце целиком.
Хотя в течение дня я еще больше окрепла в своем стремлении. Коул помогал в гостинице, починил все мелочи, до которых у мамы не доходили руки.
А после ланча, который он специально принес для нас, я обнаружила его в ванной одного из номеров наполовину забравшимся под раковину. Ногой, обутой в ботинок, он отбивал какой-то незнакомый мне ритм. Раздавался звук работы ключа по металлу.
— Что ты делаешь? — спросила я, прислонившись к дверному косяку.
— Чиню трубу. — Нога Коула замерла. — Твоя мама говорила, что не селит гостей в этот номер, потому что труба течет, как только открывают воду.
Я закусила губу, но улыбку сдержать не смогла.
— Ты не обязан этого делать.
— Мне не сложно, — ответил он. — Тут просто нужно заменить слив. Ничего серьезного.
— Это мило с твоей стороны, — сказала я, оглядывая его длинные ноги. На Коуле были вытертые на коленях джинсы. — Спасибо тебе.
Последовала пауза.
— Поблагодаришь меня позже, детка.
Я начала было спрашивать как, но внезапно до меня дошло, какую именно благодарность он хотел бы от меня получить. Все тело окатило горячей волной. Голову наполнили воспоминания о вчерашней ночи.
— Думаю… Я смогу это сделать.
Коул хохотнул из-под раковины.
— Да, детка, определенно сможешь.
Нужно ли говорить, что остаток дня я была совершенно отвлечена?
Друг Коула приехал позднее днем и провозился у нас до вечера, устанавливая сигнализацию нам с мамой. Мы обе получили новые брелоки от нее.
Репортеры так и не объявились, но каждый раз, когда я слышала звук открываемой двери, то морально готовилась к их появлению или визиту детектива Конрада. Но Тайрон так и не заехал, чтобы задать новые вопросы. Позже вечером я призналась Коулу, что ждала детектива, но он объяснил мне, что это было нормальной практикой. Тайрон успел узнать все, что ему нужно было на тот момент и вернется, когда потребуются еще детали.
Коул избавил меня от всех мыслей о детективе позднее в постели. Сначала руками и ртом, а потом и всем своим телом. А затем, когда мы лежали в объятиях друг друга, он снова отвлек меня.
— Я хочу познакомить тебя с моими родителями, — объявил он.
Я гладила пальцами руки Коула, исследуя крепкие мышцы. Но тут моя рука замерла на месте.
— Повтори-ка?
— Ты не успела познакомиться с ними раньше, — продолжил он. — А я хочу, чтобы ты с ними встретилась.
— Я… — я осеклась, потому что сама не знала, что собиралась сказать.
Коул перекинул свою длинную ногу через меня.
— Ты ведь не собираешься никуда ехать в ближайшее время?
— Нет.
— Значит, думаю, познакомиться с родителями — это прекрасная идея.
Обдумав это предложение, я согласилась. Мы не строили определенных планов и все еще казалось странным думать о знакомстве с родителями, когда я получила по почте отрезанный палец, но я понимала, что надо жить дальше. Не просто существовать, как я привыкла после встречи с Женихом последние десять лет. Так что я хотела строить планы и жить.