Магистр! Вы, кажется, влюбились (СИ)

Всю ночь я не могла уснуть, переживала из-за скорого разговора с ректором, задремать сумела лишь утром и чуть не проспала все самое важное. Из-за этого так спешила, что умудрилась вывернуть на платье баночку с джемом. Пришлось переодеваться, а я осталась без завтрака и без самого своего красивого платья. Но и на этом проблемы не закончились.
Я обожглась слишком горячим чаем, чуть не сломала ноготь, запирая дверь, подвернула ногу на лестнице…
И с ужасом ожидала, что за испытания ждут меня дальше.
Но вот приятная неожиданность: рядом с сержантом мое невезение присмирело. Дорога до академии — три длинных улицы и небольшая площадь с фонтаном — оказалась для меня совершенно безопасной.
На голову не свалился ни один цветок в глиняном горшке, фонтан не взорвался веером брызг, когда я проходила мимо, и даже мальчишки, разносившие газеты, не уронили меня в собравшуюся после ночного дождя лужу.
Жизнь наладилась, а я крепче сжимала руку сержанта, опасаясь, что стоит мне только его отпустить — и какая-нибудь неприятность вновь меня заметит.
— Я подготовил бумаги, — как ни в чем не бывало сообщил он на подходе к академии.
— Какие бумаги?
— Подтверждающие наш брак. — Даян вытащил из нагрудного кармана несколько аккуратно сложенных листов. Справка о заключении брака, справка об отказе от заключения брачного договора… Читая ее, я хмыкнула:
— Какие мы беспечные.
И подпись моя на всех этих бумажках уже стояла. Фальшивая, та самая, которой я скрепляла договор аренды… Дальше я не смотрела, вернула бумаги сержанту. Меня не могло не насторожить то, с какой легкостью у него получилось так быстро подделать документы, но я старалась не подать виду.
После такого открытия мне с ним точно не стоило ссориться.
— Но когда вы успели их сделать?
— Это совсем не сложно, если в городской канцелярии имеется должник… — Несмотря на все старания, сержант заметил мое беспокойство. — Вам не о чем переживать. Магически документы не заверили. Подделку обнаружит любой законник. Это хорошо сделанная фальшивка, но она всего лишь фальшивка. И для вашего спокойствия мы торжественно сожжем ее после того, как вы получите работу. Договорились?
— Да. — Я смущенно улыбнулась, стыдясь своего облегчения. С недавних пор меня безумно пугало все, что хоть как-то могло ограничить мою неожиданно обретенную свободу. Внезапное озарение стерло с моего лица улыбку. — А ректор? Что, если он заметит?
— Если не инициирует проверку, не заметит.
— А если инициирует?
— Зачем? — удивился сержант. — Он вас в чем-то подозревает?
— Н-нет, кажется. Не знаю.
— Тогда перестаньте беспокоиться. Если вы не будете выглядеть виноватой, никто ничего не заподозрит.
— Ладно. — Я расправила плечи. Никогда раньше я и представить себе не могла, что врать так сложно, а главное — страшно. — Только… а вам за это ничего не будет? Подделка документов все же.
Сержант фыркнул.
— В прошлом году командор такой же подделкой отбивался от родственников. Поверьте, Рэйна, ничего страшнее выговора мне не грозит. Вам же вовсе не о чем беспокоиться. Вас никто ни в чем не обвинит.
Когда мы ступили на территорию академии, миновав приветливо распахнутые кованые ворота, сержант склонился ко мне и, понизив голос, напомнил:
— Меня зовут Даян. Если сможешь, зови милым. Не стесняйся. И на «ты».
Я кивнула и покрепче сжала ручку портфеля. Там была вся моя жизнь — ничем не примечательная, но стоившая мне значительной части сбережений карьера скромного библиотекаря Рэйны Шад. Единственное настоящее, что было во всех этих документах, — мое имя.
Это была даже не совсем подделка — настоящая история девушки, умершей во время мора несколько лет назад. Ей ее прошлое уже было не нужно, а меня оно спасло.
Хотя образ настоящей Шад все еще порой являлся мне в кошмарах. В такие моменты я жалела, что решилась изучить оригинал и увидела ее фотографию, обтрепавшуюся от времени, монохромную и нечеткую…
В приемной ректора было неожиданно людно и шумно. Прекрасные девы, с завитыми локонами, в своих лучших платьях, порхали по светлому помещению, доводя до нервного тика немолодую секретаршу.
Проскользнув по стеночке, намертво вцепившись в рукав мундира ДаВилора, вынуждая его следовать за мной, я подкралась к столу дамы… Флаффи Тоерти — именно так звали секретаршу, если верить табличке, — и шепотом спросила:
— А кто все эти девушки?
— Леди, — выплюнула пожилая женщина, и из ее уст слово прозвучало ругательством. — Соискательницы на место библиотекаря.
— Они? — опешил сержант. — Так много?
— До сегодняшнего дня их было меньше, — охотно отозвалась дама Тоерти, страдальчески морщась от каждого всплеска нежных девичьих взвизгов. — Но вчера вечером объявление о свободной вакансии было снято, и леди решили пренебречь договоренностями.
— Какими договоренностями? — Я на всякий случай подтащила ДаВилора поближе, заметив оценивающий взгляд одной из дев. Пока он являлся моим фиктивным мужем, я собиралась оберегать его честь всеми силами. В глазах ректора наш брак должен был выглядеть крепким!
— Леди составили список и на собеседования приходили каждый день. Парами.
— Но… зачем?
— Слухи, моя дорогая, слухи. Ни для кого не секрет, какое безумие творится в академии. Когда наследник одного из сильнейших домов Валграда женился на коменданте женского общежития, об этом писали все газеты. Все эти леди убеждены, что и им улыбнется удача. Каждая из них верит, что, как только она получит работу, кадет, наследник какой-нибудь влиятельной семьи, обратит на нее внимание. — Еще вчера секретарша испепеляла меня презрительным взглядом, а сегодня уже проявляла исключительное расположение и охотно все объясняла.
На фоне всех этих громогласных прелестниц мои скромность и заурядность выглядели выигрышно. Я тут была единственной, кто пришел устраиваться на работу ради самой работы, а не для поиска женихов. И дама Тоерти это наконец поняла.
Одна на два десятка красавиц…
Размах катастрофы поражал.
Стены сотряс яростный вопль ректора:
— ВОН!
И через несколько секунд из кабинета вылетела заплаканная леди. Ни на кого не глядя, она бросилась прочь из приемной.
Придержав дверь, с победной улыбкой, проигнорировав ропот тех, кто ждал своей очереди, в кабинет Гэдехара решительно нырнула очень самоуверенная брюнетка.
— А некоторые нацелены на самого магистра, — прокомментировала увиденное секретарша.
Не прошло и минуты, как дверь вновь распахнулась, и ректор самолично вывел из своего кабинета воинственно шипящую на него леди.
Обведя приемную диковатым взглядом, он заметил меня. Рада этому я не была.
— Ты.
Почудилось ли мне облегчение в его голосе или нет, но я на всякий случай спряталась за Даяном, едва слышно подтвердив:
— Я.
— С мужем, — бодро соврал сержант, ничуть не впечатленный озверевшим видом моего будущего начальства.
— В кабинет, — приказал ректор Гэдехар, игнорируя шипение красавицы.
Леди заволновались, но одного тяжелого взгляда доведенного до ручки мужчины хватило, чтобы нас не пытались остановить.
Крепко вцепившись в ДаВилора, вжав голову в плечи, я проскользнула в кабинет ректора, напряженно вспоминая, надела ли утром амулет от сглаза. Уж очень подозрительно чесалось между лопаток от злых взглядов трепетных дев.
Дверь ректор захлопнул с такой силой, что вздрогнули даже стены.
— Что, пугаю до чертиков? — угрюмо спросил Гэдехар, заметив, как я дернулась, но улыбаться не перестала.
— Ну, так… — как можно неопределеннее ответила я.
Невнятное бормотание его вполне устроило.
— Вы не торопились, — обвинительно заметил он, проходя к столу. — Присаживайтесь.
— Так это… — Я оглянулась на дверь. Несмотря на то что эта работа была мне жизненно необходима, я уже жалела, что пришла сюда сегодня.
Да, оформляли работников академии в местной канцелярии, и документы за пределы этих стен не уходили, а это значит, никто не смог бы при всем своем желании порыться в городских архивах и найти меня по магическому оттиску, подтверждающему трудовой договор с моей стороны…