Ультра (СИ)

— Закрой свой рот! Не для того тебя растили и воспитывали! — заткнула меня мама. — Да ты хоть знаешь…
М-да… Знаете, бывает принимаешь решения, которые изначально кажутся правильными, логичными и оправданными. Но вот потом, когда получаешь последствия, они уже не кажутся такими правильными, логичными и оправданными…
//Сорок три минуты спустя//
— Почему я испытываю чувство вины? — серьезно спросила меня Суо.
— Потому что она права. — объяснил я. — Риск был слишком велик. Они могли меня вполне себе обыденно заколоть как свинью и без всяких ритуалов. Пристрелить, забить битами, задавить толпой как в прошлый раз… Не говорить же маме, что у меня с собой был ТТ?
— Понимаю. — Суо замолкла ненадолго. — А я не знала свою маму. Её убили, когда мне было три. Неясные образы, которые навещают меня, когда я сплю… Жалею, что всё сложилось именно так.
— Сочувствую. — искренне сказал я. — Без мамы очень тяжело.
— Да… — Суо будто бы сдерживала голос. — Но мы поступили правильно. Это был вопрос чести офицера. Ты поставил точку в этой непонятной ситуации, полностью разъяснив свою позицию. Кровью.
Я лежал в своей новой комнате и копался в интернете. Рядом с кроватью стоял подарок, который приготовили мне родители. Я оценил: шар с голографической проекцией процедурно генерируемой планеты. Можно касаться руками, приближать, удалять, сохранять изображения, а также отправлять микродронов для наблюдения за ситуацией вблизи. По-сути, это игра. Создаёшь персонажей, или выбираешь генерируемых случайно, создаёшь государства, задаёшь их характеристики, помещаешь на карту и ждёшь. Они живут, генерируют контент, воюют, торгуют, а ты выступаешь в роли этакого демиурга — управляешь погодой, сокрушаешь скалы, насылаешь кометы и метеориты, вообще всё что угодно. Пару лет назад я бы возрадовался такой штуковине и к хренам бы забросил учёбу, полностью погрузившись в миры. А сейчас… Поковырялся в настройках пару часов, создал планету, мир, несколько диких племён уровня позднего мезолита, включил режим десятикратного ускорения течения времени и оставил как есть. Посмотрим, к чему это всё приведёт к следующему моему возвращению из института. Что же будет с этим миром, если бог не станет вмешиваться? Хе-хе-хе!
Шрамик оказался сынком какого-то нашего мультимиллиардера, участника программы по колонизации Марса. Это я узнал из комментариев к видео на Тытрубе. Там как всегда происходит срач, конченые исходят на дерьмо, но мнения разделились всего на три направления:
1) Конченые были правы
2) Конченые такие конченые и заслужили
3) Вы чё обсуждаете это, дол№%%бы?
Полиция не при делах, как всегда. Штрафы уплачены, государство присылало мне запрос о претензиях или жалобах, но я ответил отказом, поэтому никаких движений по восстановлению общественного порядка не началось. Вообще, всегда бы так — от души навалял куче народа, а потом никаких последствий. Впрочем, за этим надо идти в полицию.
//Два дня спустя//
— Что будешь делать со своей рабыней? — поинтересовалась Суо.
— Отправлю домой. Пусть валит к чертям. — ответил я. — Мне только избалованной мажорки на свою голову не хватало.
Да, моя страница в соцсети была забита сообщениями от Прасковьи. Сначала это были угрозы, затем отрицание наличия между нами рабовладельческих отношений, потом она предлагала любые деньги, чтобы я "якобы был её хозяином, но на деле всё осталось бы как есть". Я игнорировал её, так как мне эти мутки с их кончеными обстоятельствами вообще не сдались. Читать сообщения я начал на стадии торга, сейчас жду стадию принятия, чтобы послать её подальше.
В дверь постучали.
— Сынок, к тебе какая-то барышня пришла. — сказала мне мама, войдя в комнату.
— Я сейчас выйду. — обняв маму, сказал я. — Странные времена, мама.
— Наши были не лучше, сынок. — с пониманием ответила мне мама и, встав на цыпочки, поцеловала меня в лоб.
Я открыл входную дверь. Как и ожидалось, стояла Прасковья.
— Привет… — с деланным безразличием произнес я.
— Привет… — она изменилась кардинально, честно говоря.
Передо мной стояла вся такая правильная девочка в строгом костюме, инфоочках, с собранными в пучок волосами, закрепленными китайскими палочками. Прямо как в кино.
— Я с работы и жутко устала. — пожаловалась она. — Решай, когда мне переезжать или переезжай ко мне. Делай со мной что хочешь, мне всё равно.
В голосе её звучало отчаянье.
— Всё, что захочу? — плотоядно улыбнулся я.
— Да… — неуверенно подтвердила она.
— Всё-всё-всё? — лукаво уточнил я, оглядев её с ног до головы.
— Всё, что захочешь! — уверенно ответила она, по-своему протрактовав мой взгляд.
— Тогда слушай внимательно… — я перешагнул через порог и приблизился к ней вплотную, одновременно беря за плечи.
Она со всем вниманием уставилась куда-то в область моего рта.
— … проваливай к чёрту из моего дома и забудь сюда дорогу!!! — проорал я ей в лицо, развернул на сто восемьдесят градусов и подтолкнул к лифту.
Она вжала голову в плечи и побежала прочь. Я, довольный произведенным эффектом, вернулся домой.
— Это что сейчас было? — поинтересовался Парис, выходя из кухни.
— Последствия нашей эпической баталии с кончеными. — объяснил я и пошел в свою комнату. — Ну и моей выходки с "честью офицера".
— Мне нужны подробности, братец! — Парис ворвался в мою комнату вслед за мной и по-хозяйски сел на кровать.
Я рассказал ему всю историю об "обретении Прасковьи" целиком. В тот день мне не хотелось ничего рассказывать, потому я отделался ото всех краткой версией без упоминания "вознаграждения".
— Ну ты и тюлень! — охарактеризовал меня младший брат. — Настоящая секс-бомба, в деловом костюме, в котором она вообще прямо секси, сама пришла к тебе домой, сказала делать с ней всё, что ты захочешь, а ты развернул её?! Тут только два варианта, братец! Ты либо гомосек, либо гомосек!
— Ой, да пошел ты! — вспыхнул я. — Ни хрена не понимаешь!
— Это я-то не понимаю?! — Парис постучал кулаком по дереву кровати. — Да ты просто по дурости упускаешь шикарную возможность!
— Её заставили. — попытался я спокойно объяснить ситуацию не до конца догоняющему брату.
— Идиот! — вскочил с кровати Парис. — Можно же охмурить её! Пригласить куда-нибудь, романтику включить!
— Я в прошлом месяце ей колено и три ребра сломал! Какая, к хренам, романтика? — снова потерял я контроль. — Завали свой поганый рот и покинь помещение!
— Нет, это ты пошел! — Парис хлопнул дверью.
Что-то я психанул… Парис преувеличивает, Прасковья не секс-бомба, просто красивая довольно-таки. Я же поступил так, как поступил бы, в моём понимании, настоящий мужчина. Жалею ли я? Ещё как! Но буду ли я вести себя как тупой и похотливый самец при следующей встрече, если она вообще будет? Нет. У меня есть определенные принципы. И я не стану себя так вести даже несмотря на то, что Прасковья — полная дерьма стерва. Парис — да, он может и использовал бы такой шанс на всю катушку, но я не Парис.
Я её послал и пусть будет, что будет.
//Следующее утро//
Я собрался на утреннюю пробежку. Примерно двадцати километров хватит. У входа в подъезд сидела Прасковья и копалась в мобильнике.
— Где в слове "проваливай" ты увидела "жди меня у подъезда утром"? — раздраженно спросил я, делая разминку.
— Ты что, бегать собрался? — с удивлением спросила она.
— Ты не ответила. — я недружелюбно на неё уставился.
— Не смотри на меня таким сексуальным взглядом. — попросила она. — Я просто не могу уйти. Договор…
— Так разорви свой договор и вали отсюда! — вспылил я. — Зачем лезть в мою жизнь и устраивать этот сталкинг?!
— Это значит смерть. — с намечающимися на глазах слезами ответила Прасковья.