Убей или умри! 2 (СИ)
— Ты меня правда там хотел оставить? — как только мы отошли от храма Лолс, Сибилла начала возмущаться.
Делала она это аккуратно, и вроде в шутку, но при этом внимательно глядя за моей реакцией. С тех пор, как я увидел воскрешение ТиРекса, Шуги и Ксавье, моё отношение к Сибилле серьезно изменилось.
Я чувствовал, что она многое недоговаривает. И если раньше считал её незаменимым членом команды, то теперь скорее миной замедленного действия. Именно поэтому я старался с ней не расставаться. Держи друзей близко, а врагов еще ближе. Врагом она не была, но совершенно точно вела какую-то свою игру.
И все равно, присутствие этой девушки было мне приятно. Она даже сердилась смешно. Получалась странная ситуация. Мой мозг буквально вопил об опасности, а сердце изо всех сил убеждало, что всё хорошо.
Вот и сейчас она вертелась вокруг меня, обвиняя во всех грехах, а мне хотелось взять её в охапку, перекинуть через плечо и унести в ближайшее укромное место.
— Что, лучше было бы остаться мне? Я не против, — сказал я, замедляя шаг.
— Эти паучихи затрахали бы тебя до смерти! — заявила Сибилла.
— Тебе что, жалко?!
— Для них, жалко!
Мы всё глубже забирались в лабиринт улиц. Время от времени вокруг мелькали мрачные личности в плащах с капюшонами, но видимо считая, что добыча им не по зубам, исчезали. Наконец квестовый навигатор привел нас на сомнительного вида свалку.
Мрачных личностей здесь было особенно много. Они шныряли с какой-то, только им ведомой целью, при этом все плотнее собираясь вокруг нас с Сибиллой. Кружились как акулы, все туже стягивая кольцо.
Сибилла демонстративно взяла меня под руку, и даже прижалась плотнее. Капюшоны окидывали её оценивающими взглядами, и в этих взглядах не было и намека на восхищение, или желания сделать комплимент.
— Закурить не найдется? — одна из фигур сделала пробный заход.
— Пошел нахер,
— Чё так грубо?! Самый бОрзый?! — возмутится капюшон
— Прирежу — коротко ответил я.
Капюшон резко отвернул в сторону, словно столкновение с нами было полной случайностью.
Метка вела в самый центр заваленной хламом площади. Там, сидя на кортах рубились в самодельные карты четыре типа. Один из них был до безобразия толст. Маленькие поросячьи глазки зыркали в разные стороны, подмечая всё. Он нас первым и заметил.
— Шухер, братва. — толстый торопливо собрал колоду и спрятал в карман, — у нас гости нарисовались.
— У меня к тебе дело, — начал я разговор, признав в нем главного.
Этот квест словно испытывает моё терпение. Сначала пауки, одна мысль о которых вызывает омерзение, теперь мутные типчики, похожие на мудака Кислого. Во мне всё кипит, от желания зачистить эту помойку. Наверное, я себя выдаю.
— Я с мусорами дел не имею, — заявляет пухляш.
— С чего ты взял?
— Я вас за версту чую… — выпендриваясь перед корешами, пухляш с шумом втягивает воздух ноздрями — Шептун подсказывает, что ты не нашей масти.
— Был не вашей, стану вашей, — пожимаю плечами, — благослови.
— Ишь, чего захотел! — все вокруг хохочут, — на халяву решил! Давай плати.
— Сколько? — невозмутимо спрашиваю я.
Основной капитал остался у Симбы, но можно им и что-нибудь из вещей предложить.
— Шило, глянь, какая с ним баба, — ничуть не стесняясь меня заявляет один. — Нам подойдет.
— Бабу отдавай, — деловито говорит Шило, — тогда благословлю.
— Бабу?! — изумленно переспрашиваю я, — Не дают вам что ли? Своих нет?!
— Ты нам так не говори, — обижается Шило, — у нас своих баб дохрена. Просто заняты они, качаются, пока мы мутки мутим, и вопросы решаем. Монастырь мы открываем. Чтоб там, богу нашему, Шептуну бабы там служили. Не жмоться на святое дело.
Глава 24
— Вот своих баб в монастырь и сдавай, — отвечаю я.
Капюшоны невзначай обходят нас с боков. Окружают. Гопота, и ведут себя. как полагается гопоте. Пусть только дернутся, положу их всех. Уровни у них не старше восьмерки.
— Ты чё сказал?! — пытается занозиться один. — Чё ты гонишь, на наших баб?!
— Или сам иди Шептуну служить, — отвечаю ему. — С такой жопой за бабу сойдешь.
Нарочно провоцирую на первый удар. Такое спускать нельзя, иначе об тебя будут вытирать ноги.
— Харэ, Шнырь… не кипишуй… — останавливает свою шестерку Шило, — давай сыграем с нашими гостями в игру. Выиграют — благословлю.
— А если проиграем? — уточняет Сибилла.
Она с любопытством вертит головой, разглядывая фигуры в плащах. Похоже происходящее её изрядно забавляет.
— Пойдете себе с миром, — усмехается Шило. — Давай-ка Шнырь, посчитай нас.
Выебистый Шнырь выходит вперед. Он поднимает ладонь, на пальцах блестит золотой перстень. Понты дороже денег.
ЧТО ЗА ШОРОХ У ОКНА…
ЭТО ПОСТУПЬ ШЕПТУНА…
БОГ ШЕПТУН К ТЕБЕ ПРИДЕТ…
ЧТО НАЙДЕТ, ТО ЗАБЕРЕТ…
Перстень сверкает на ладони, притягивает внимание Шнырь ведет счет по кругу, двигая рукой все быстрее.
БАБКИ, ШМОТКИ И ЖЕНУ…
ТЫ ПРОФУКАЛ ШЕПТУНУ…
Надо следить за ладонью… это очень важно. Не знаю почему, но главное отрывать глаз. Блеск… блеск…
ДО СВИДАНИЯ, ЛОШОК
ОСТАВАЙСЯ ГОЛЫШОМ!
Рука останавливается, и словно стряхиваю с себя дурное наваждение. На секунду щурюсь, чтобы унять слепящий блеск, а когда открываю глаза — на площади никого. Нет ни Шила, ни Сибиллы, ни остальных. Только я и Шнырь. Шнырь подмигивает мне, и растворяется в воздухе. Уходит в стелс.
БОГ ШЕПТУН СЧИТАЕТ ВАС ТЕРПИЛОЙ И ОТКАЗЫВАЕТ В ОБЩЕНИИ
ЗАДАНИЕ "ДОСТАВИТЬ ПРИГЛАШЕНИЯ НА БАЛ" ПРОВАЛЕНО.
ОБРАТИТЕСЬ К БУРГОМИСТРУ, ЧТОБЫ СООБЩИТЬ О СВОЕМ ПРОВАЛЕ.
* * *Охренеть! Меня развели как идиота! Выхватываю катану, лезвие со свистом рассекает воздух. В ответ тихий смешок. Ищи ветра в поле, а невидимого вора на пустой площади. Усилием воли заставляю себя успокоиться.
Эта гнида где-то здесь. Может хочет обворовать меня, а может просто глумится. Как его поймать? Ни один из моих навыков мне не поможет. Срочно надо прокачивать "наблюдательность". Если эти утырки возьмут в городе силу, то придется держаться за карманы. Задним умом всякий крепок. А что мне делать сейчас?!
Хотя зачем мне его искать? Шарахнуть бы чем-нибудь по площади, вдруг зацеплю. Выдаю "мельницу" взрываясь серией ударов во все стороны. В ответ еще один смешок. Веселится урод.
Жалко что здесь нет какой-нибудь взрывчатки. Или магии. Хотя минуточку, почему это нет?!
Достаю капсулу с газом Лолс, и кидаю её прямо под ноги. Она лопается с легким звуком: "пфффффф". Едва заметное зеленоватое облако расползается по площади.
Шлеп! Спящий вор появляется из пустоты и смачно прикладывается головой о мостовую. Сомлел бедняжка. Первым делом стаскиваю с пальца перстень. Как я и предполагал, фуфло. Пустышка. Сибилле потом подарю, компенсацию за моральный ущерб.
Пытаюсь написать ей в чате
АБОНЕНТ ВРЕМЕННО НЕДОСТУПЕН
Надпись выскакивает при каждой попытке ввести сообщение. А, самое неприятное, точки, которые отмечали всех первосвященников, исчезли.
У меня есть тот, кто знает где искать Сибиллу и Шило. Только как его разговорить? Спрашивать бесполезно. Угроза смерти его тоже не испугает. А если буду пытать, Система засчитает это, как нападение. А если это буду не я?
Взваливаю спящего вора на плечо. В реальной жизни было бы тяжеловато, а тут сила и выносливость позволяют с такой ношей даже бежать. Через пару минут стучусь в дверь знакомого готического особняка.
С той стороны тишина. Затаились и ждут, когда неосторожная мошка залетит в их сети.
— Теофилия, выходи!
— Кто там? — из за двери слышится осторожный голосок.
— Свои, говорю. Жертву принес… для великой восьмирукой и восьминогой матери.
Из за двери показывается личико губастенькой симпатичной жрицы и тут же пропадает.
— Заходите!
В холле целый комитет по встрече. Теофилия на всякий случай держит в руках паучьи капсулы. Увидев меня охает от удивления.