Венера (СИ)

— Очень приятно, — процедила я, — что Вы хотели?
Я не хотела грубить ему, но неожиданность момента выбила почву из-под земли.
— Я не буду ходить вокруг да около, я звоню тебе, чтобы предложить изменить свою жизнь, — начал Валерий Павлович.
— Звучит абстрактно, нельзя ли поконкретнее, — прокашлялась я.
— Я хочу пригласить тебя на работу в свою команду, — начал мужчина, — конечно, для начала тебе придется пройти полугодовое обучение, но потом ты сможешь работать под моим командованием, — живо расписывал перспективы Валерий Павлович.
— Кем… кем Вы хотите меня позвать? — заранее зная ответ, я всё же решилась на главный вопрос.
— Ну, не пилотом же, — снисходительно усмехнулся дядя, — стюардессой, конечно же.
Я сделала один вдох, потом еще один, привела в норму дыхание.
— Вы говорите, что были другом моего отца, а как давно вы с ним познакомились? — поинтересовалась я.
— Мы познакомились с ним, когда он пришел к нам работать после института, — ответил Валерий Павлович, — а какое это имеет отношение к моему предложению?
— А самое прямое, — начала я, — если вы знали отца с самого начала его карьеры, то вы должны были знать историю моего появления на свет.
— Венера… — начал Валерий Павлович, но я не дала ему продолжить.
— Вы наверняка знаете, кем была моя мать. Одно только упоминание этой профессии вызывает желание… — я не закончила, не смогла.
Понимание того, что когда-нибудь я буду похожа на свою мать чертями сжирала меня изнутри. И пусть я совсем её не знала, какой женщиной она была, мне хватило того факта, что она бросила свою крошечную дочь и предпочла работу стюардессы ей.
— Это не моё дело, девочка, но ты не можешь всю жизнь корить себя за ошибки матери. Не стоит сравнивать себя с ней, только одно то, что ты уже понимаешь всю глубину этой раны, не делает тебя её копией.
— Вы правы, Валерий Павлович, это не ваше дело. Простите за грубость, но я вынуждена отказаться, тем более я еще учусь в университете.
— Это не проблема, Венера. Ты могла бы перевестись на заочное и легко закончить полтора курса, — на секунду замолчал Валерий Павлович, — но, если тебе больше нечего мне сказать, я хочу, чтобы ты знала, что, если захочешь передумать, просто позвони мне по этому номеру, и я всё устрою. В конце концов, должен же я хоть как-то помочь в жизни дочери человека, который являлся одним из лучших пилотов гражданской авиации.
Мне было приятно его внимание, и я даже смогла понять истинную подоплеку последней фразы, но пересилить себя все же не смогла.
— Прощайте, Валерий Павлович, — ответила я.
— До свидания, девочка, — услышала в ответ и положила трубку, стараясь забыть об этом разговоре.
  
Глава 12
 
Наступила зима, я продолжала жить в ожидании Марка, ходить на учебу, ездить на его машине.
Всё это создавало ритуал каждого дня. Алина наконец-то познакомила меня со своим мужчиной, и теперь Вадим, так его звали, стал частым гостем нашего дома.
Мне было одновременно и радостно за свою тётю, наконец-то она смогла оставить заботу обо мне и уделить внимание своей жизни, я хотела, чтобы она была счастлива. А с другой стороны, я чувствовала в груди капельку горечи, когда видела их вместе. Нет, я не завидовала их счастью, я просто хотела вернуться в объятия своего мужчины.
Словно почувствовав моё настроение, Марк позвонил мне: я услышала звонок рингтона, который стоял персонально для него.
— Эй, милый! — воскликнула я, когда взяла трубку.
— Привет, Птичка, — мурлыкал в трубку Марк.
— Надеюсь, ты звонишь мне с хорошими новостями? — предположила я.
— Хм, ты как в воду глядишь, Венер, — ответил Марк, — я взял билет на утренний рейс, так что вечером будешь меня встречать.
— Что? Аааа! — я так обрадовалась этой новости, что закричала прямо в трубку.
— Эй, детка, полегче, иначе я оглохну раньше времени, — смеялся парень.
— Боже, я не верю своим ушам. Ты не шутишь, Марк? — поинтересовалась я.
— Какие могут быть шутки, я слишком долго находился вдали от тебя, поэтому, Птичка, я больше не могу. Я сказал отцу, что улетаю завтра, всё, что мог, я тут уже сделал, — задумчиво продолжил Марк, — остаётся сегодня вечером выполнить последнюю его просьбу и с чистой совестью лететь к тебе.
— Что за просьба? — почувствовала я слегка уловимую тревогу в его голосе.
— Ничего особенного, Птичка, правда. Главное помни, что завтра вечером мы будем вместе засыпать с тобой в кровати, хотя нет, не будем засыпать, так что лучше бы тебе хорошенько выспаться и набраться сил.
— Так точно, мой капитан, — засмеялась я.
— Пока, Птичка, до завтра.
— До завтра, милый, — я попрощалась и, довольная, положила трубку.
Остался один день, один день ничего в сравнении с несколькими месяцами. Завтра я встречу Марка и честно расскажу ему о своих чувствах.
Разговаривая по телефону всё это время, мне постоянно хотелось сказать ему, как сильно я его люблю, но разве это честно?
Нет, я должна сказать ему это в глаза, хочу почувствовать, как прервётся его дыхание в этот момент, как его руки сильнее сожмут меня в объятиях, как он зароется своим лицом в изгиб моей шеи.
Завтра, всё это будет завтра. А сегодня я должна хорошенько отдохнуть.
В это самое время за девять тысяч километров Марк заходил в кабинет отца. Его преследовали неприятные мысли.
Он давным-давно должен быть в другом городе со своей любимой девочкой, а ему приходиться торчать здесь, ради идиотской прихоти отца.
В голову отца, почему-то, пришла гениальная, по его мнению, идея — женить сына на дочери своего бизнес-партнера. К счастью, Кристина, та самая девушка, была с Марком солидарна, когда он озвучил ей свое мнение на этот счет.
Марк с Кристиной знали друг друга с детства, учились в одной школе, потом разъехались в другие города по разным институтам. Они всегда были в приятельских отношениях, но о большем речи не шло, к сожалению, так не считали их родители.
И теперь он надеялся найти в лице девушки союзницу. Этот союз не имел права существовать, потому что маленькая Птичка, живущая на берегу одного очень неспокойного моря, любит и ждет его.
И пусть она никогда не говорила о глубине своих чувств, Марк знал о них. В каждом мимолетном взгляде, в каждом робком прикосновении, в каждом страстном вздохе. Он обязан вернуться и защитить её от всего мира.
Она его навсегда. Так есть и будет.
— Ты хотел меня видеть, отец? — вопрос из вежливости, лишь бы не сорваться, думал Марк.
— Да, сын, — отец всегда называл его сын, когда от Марка требовалось больше сил и старания, по его мнению. Странная привычка, правда?
— Я слушаю, отец, — сказал Марк и сел в кресло возле широкого прямоугольного стола, за которым сидел отец с бокалом виски.
— Выпьешь? — Марк готов был поспорить на что угодно, что это односолодовый десятилетний. Напиток, который последнее время пьётся не ради вечернего уединения у камина с сигарой, а просто ради выпивки.
Молодой человек лишь отрицательно мотнул головой. Марк знал, что у отца проблемы, для решения их и придуман был план о слиянии капиталов двух влиятельных семей. Только вот никто не учел мнения своих детей. Свести двух племенных лошадей ради влияния и бабла идея не плохая, но попахивает каким-то средневековьем, когда девушку выдавали замуж за человека, которого она ни разу не видела в жизни, и далеко не всегда он был молод, красив и приятен. С этими мыслями и сидел Марк в кабинете отца.
— Ты все решил? Это твое окончательное решение? — начал отец.
— Да, отец. Моё решение окончательно и обжалованию не подлежит, — высказался Марк, — я вылетаю завтра. Там уже всё готово, осталось только подписать и можно отправлять материал в мастерскую, — продолжил парень, — тебе следует мне доверять, отец. Всё-таки это и мой бизнес тоже.
— Хорошо. Тогда последняя просьба. На сегодняшнем приёме никому ничего не говори. Просто составь пару Кристине, а завтра лети, куда ты там решил, — попросил отец, — уважь своего старика, сын.