Три жизни Тани

— Возможно, оно такое и есть?
— В крепком на вид яблоке часто бывает гнилая сердцевина. Подозрительно ведёт себя любовница Люкиэля: у меня сложилось устойчивое впечатление, что она испытывает чувство вины перед своим высокородным возлюбленным и словно ожидает каких-то опасных последствий от совершенного ею проступка.
— Измена?
— Вряд ли, я не заметил никаких признаков таковой, хоть особо тёплых чувств между лордом и его постоянной любовницей нет. Причём — с обеих сторон нет. Если девушка и испытывала поначалу романтическое увлечение прекрасным эльфом, то к настоящему моменту оно прошло, возможно — по причине его очевидной ответной холодности. Ладно, девушку возьмите на контроль, вдруг она пожелает с кем-то встретиться вне территории поместья. Что с оппозицией официальной власти?
— Массово погибла во время истории с «игрой». Примечательно, что никто из погибших не был любителем игр в виртуальной реальности.
— Сделана ставка на старую истину, что проще всего спрятать труп на поле боя? Среди сотен тысяч погибших с теми же признаками внезапной остановки сердца… Предположу, что все тела оппозиционеров кремированы?
— Да, таким было распоряжение эпидемиологического контроля — при исследовании причин трагедии изначально выдвигалась версия вирусной инфекции, — подтвердила блондинка.
— Ловко, ловко… Кто остался из верхушки оппозиции?
— Диэль Молкиаль. В настоящее время ратует за то, чтобы часть лесов, полей и берегов рек вывести из частной собственности и присвоить им статус государственных заповедников, которые смогут посещать все желающие. Пусть хотя бы по предварительной записи и с долгим ожиданием своей очереди, но смогут. Есть сведения, что на него оказывают серьёзное давление и грозят членам его семьи, требуя прекратить свою политическую деятельность и покинуть этот мир. У Молкиаля имеется взрослый сын от первой супруги, а ещё — молодая новая жена и дочка двух лет, есть сведения, что угрожали им всем.
Сведения проверить.
— Ах, да, Грон, для тебя есть небольшое дополнительное поручение, — отвлёкся брюнет от размышлений о политических коллизиях мира Маэль.
— Какое, шеф?
— Раздобудь мне подробнейшую родословную новой собаки лорда Люкиэля, купленной им на последней выставке у Хаса Набарра. Важны любые мелочи, всё, что покажется тебе необычным. Также узнай о судьбе других собак Набарра, проданных на той же выставке высокопоставленным лицам нашего сектора.
— Собак, проданных в рамках пари Набарра и Г алса?
— Да. Что-то не тихо с этой собакой. Странное поведение, странные реакции, причём со стороны лорда к ней тоже… И больно своевременно эта животинка у лорда завелась! Узнай, как ведут себя другие проданные собаки и насколько сильно привязаны к ним новые хозяева.
— Есть, будет исполнено.
Грон и Амели обменялись взглядами, но иначе проявить своё любопытство не посмели.
    
Глава 12, об охотничьих умениях и отсутствии таковых
Клисс без стука отворил дверь в кабинет своего работодателя.
— Хас, есть новости, — отрывисто бросил он, входя и захлопывая за собой дверь.
— Говори, тут тебя никто не услышит, — кивнул Набарр.
— Девчонки, проданные нами в собачьих шкурах, благополучно освободили предоставленные им на время тела — все, кроме одной.
— Той самой?
— Да. Эта тварь жива и здравствует в мире Маэль, но хуже другое: проданными нами собаками уже интересовались в других мирах, а также пришёл сторонний запрос на родословную собаки Мии.
— Кто интересовался?
— Вроде бы члены клубов любителей собак и почитатели твоего таланта лучшего заводчика сектора, но я хорошенько прошерстил эти ниточки и вот что скажу: собаками заинтересовались во всекосмической полиции! Шурх меня пожри, я предупреждал, что девка доставит нам проблем!
Набарр затарабанил пальцами по столу. Его заплывшие глазки заледенели, в них появилось страшное выражение на всё готового убийцы.
— Девка живёт в поместье лорда мира Маэль?
— Да. Территория поместья закрыта и тщательно охраняется, посторонним туда не пробраться. Я заплатил за проверку всех камер в городе, рядом с которым расположен дворец лорда, и скажу, что ситуация непростая: за всё прошедшее время рыжая колхи лорда лишь один раз покидала территорию поместья. Добраться до неё будет сложно.
— Твои предложения?
— Уволь меня по собственному моему желанию и выдай мне блестящие характеристики для будущего работодателя, — недобро ухмыльнулся Клисс.
— Я поступлю немного иначе: рекомендации подпишет заводчик Дейкомб, он достаточно известен среди собаководов, многим мне обязан и точно постарается меня не сердить излишней болтливостью. Лучше не тянуть ниточку сразу от нашего питомника, а ты постарайся провернуть дело так, чтобы твою легенду не начали проверять.
— Давно не мальчик, в тёмных мирах много времени провести довелось. Вот где собаки живут недолго! Туда бы девку запихнуть — тогда никаких проблем бы не возникло.
— Их и не возникнет, если собачка лорда тихо скончается в его поместье от какой-нибудь хвори, — остановил фантазии сообщника Набарр.
— Сделаем, — проворчал Клисс. — Надо заглянуть к старым приятелям и немного поменять внешность. На всякий случай. Фотографию пришлю, Дейкомбу покажешь, чтоб запомнил лицо своего «давнего работника».
Таня полагала кошмаром тренировки «основных навыков», как выражался Тьерр. Она поняла, что сильно ошибалась в определении слова «кошмар», когда эти тренировки завершились!
Что такое настоящий кошмар, Таня осознала, когда начались дрессировки охотничьих умений.
Вначале её много дней, долго и нудно, учили ходить по следу, отыскивая животное, которое провели зигзагами по тренировочной поляне и спрятали в одном из закрытых ящиков на её краю. С этой задачей чуткий нос Тани справлялся отлично и она быстро подавала голос, садясь перед верным ящиком, а вот с натравливанием на зверя дело обстояло гораздо хуже.
Первой её жертвой назначили кролика: маленького, миленького, пушистенького, с забавно торчащими вверх ушами. Таня с ужасом пронаблюдала, как белый Бидл гигантскими скачками нагнал своего зверька, мигом перекусил ему шею и принёс к ногам довольного Тьерра. Её начали науськивать на собрата трагически погибшей зверушки, потом выпустили других уже опытных собак, видимо рассчитывая, что в Тане при виде чужих успехов проснётся охотничий азарт и стремление подражать охотникам. Азарт не проснулся, и Тьерр позволил всем псам съесть пойманных ими кроликов, а Таню оставил без ужина, сдав её Люку голодной и наказав не кормить. Синеглазый эльф, правда, после ухода Тьерра подзывал Таню к своему столу, но она не пошла. Из принципа. Она гордо ушла на свою шкуру и улеглась, отвернувшись к стенке и голодно сглатывая.