Латинист и его женщины (СИ)

Который пришёл к женщине.
И которому нельзя мешать.
Когда бедный мальчик вошёл однажды вечером в мамину комнату, где мама церемонно беседовала с дядей Лёней, он получил суровую отповедь от мамы: впредь никогда без стука, чтоб не появлялся! Мы, мол, тут — взрослые люди; у нас тут протекает очень даже взрослая беседа на очень даже взрослые темы!.. У мамы было при этом незнакомое и торжественное выражение лица, а у Лёни-банкира — суровое и поучительное.
Однажды Олег спросил мать:
— Мама, зачем этот урод к нам ходит?
— Ах, сыночек, может быть, я выйду за него замуж! Ведь ты же хочешь, чтобы у тебя был папа?
— У меня уже есть папа! Зачем же мне второй! Мой папа лучше этого твоего придурка!
Зина прочла сыну надлежащее нравоучение, а Олег решил про себя: стану большим — набью ему морду!
2
Скажи мне кто твой друг, и я тебе скажу, кто ты.
Применительно к незамужней и красивой женщине эта старая истина звучит так:
СКАЖИ МНЕ, КТО ТВОЙ ЛЮБОВНИК,
И Я СКАЖУ ТЕБЕ, КТО ТЫ САМА ПОСЛЕ ЭТОГО.
Зина всё это прекрасно понимала. В секте, куда она приезжала по воскресеньям, она сошлась с Платоном Петровичем — тамошним Проповедником, которому всё без утайки рассказывала. Фактически он стал её Духовным Отцом.
— Правда же, я самая настоящая проститутка? — спросила она однажды у своего Духовного Наставника.
— Правда, — ответил тот.
— Но что же мне теперь делать? Этот мужчина полностью удовлетворяет меня в сексуальном отношении, а других мужчин у меня нет.
— Ты должна либо выйти за него замуж, либо расстаться с ним. То, чем ты с ним занимаешься, есть прелюбодеяние…
— Ну уж и «прелюбодеяние»! — воскликнула Зина. — Да, я понимаю: он не очень приятный человек… И — он очень жаден. Я его кормлю-пою, а он даже и не спросит, откуда это у меня берётся и чего мне это стоит. А у самого — машина за семьдесят тысяч долларов! Хоть бы раз в жизни принёс к нам чего-нибудь съестного в дом. Я отказываю себе и сыну во всём, чтобы только дважды в неделю принять его, а он!.. Но зато в нём есть и хорошие черты!.. И вообще: бывают мужчины и хуже. Вот я вас познакомлю с ним, и я уверена: он вам понравится, и вы измените о нём своё мнение!
— Не думаю.
— Но вы даже и не представляете, как прекрасно то, что у нас с ним теперь бывает… И ведь это ж совсем немаловажно — постель!.. В этом плане мы пришли с ним к ТАКОМУ взаимопониманию!.. Если бы вы только знали — КАКИЕ у него необыкновенные мужские качества!
— Я совсем не об этом, — возразил Платон Петрович. — Даже чисто по-человечески: то, что делаешь ты, — преступление. Ибо в этом нет любви. А есть лишь расчёт и механическое удовлетворение похоти. Любовь — она бы тебе многое простила. На любовь, если она есть, многое можно списать. А так — ты просто механическая кукла. Робот какой-то. А роботам совсем незачем ходить в наш дом молитвы на наши собрания и делать вид, что они обращают свои взоры и помыслы к богу, точно они живые люди!
3
В самом деле: все черты робота или механической куклы были отныне в нашей героине налицо…
Регулярно, по строгому расписанию принимаемый мужчина.
После бурной ночи с субботы на воскресенье к дому Зины подкатывала шикарная машина, чтобы отвести банкира назад к маме. Машина при этом ехала не прямо домой, а сначала завозила Зину в её молельный дом, до которого можно было дойти и пешком, минут за пять. Но так, на машине, получалось как-то торжественней, престижней. Лёня-банкир при этом демонстрировал свою терпимость к религиозным слабостям своей любовницы, ведь не даром же он был воспитан в партийной семье, а сама любовница тоже кое-что демонстрировала своим подружкам по молельному дому: мол, смотрите — это я!
В большом и торжественном зале молельного дома, построенном нашими верующими в годы Холодной войны на тайно проникшие в страну американские деньги, наша героиня регулярно замаливала своё распутство и возвращалась домой хотя и пешком, а не на машине, но зато с отлично отлаженным душевным механизмом.
Раз в неделю, по понедельникам, она постилась. Полезно для здоровья, да так оно и экономней.
Дважды в неделю — по средам и пятницам — она занималась конным спортом. Причём: оплачивать эти занятия было бы ей совершенно невмоготу, ибо эта плата в несколько десятков раз превышала бы её месячный заработок. Лёня-банкир не одобрял этих скаканий на конях и, будучи очень серьёзно ограничен в своих финансовых возможностях, не мог себе позволить роскошь выделять средства на всякие там женские прихоти. Поэтому занималась она бесплатно — по причине того, что Старший Тренер, человек уже пожилой и многократно разведённый, был ну просто до одурения и безнадёжно влюблён в эту свою прекрасную ученицу.
Раз в неделю она встречалась с уже упоминавшимся прежде Духовным Наставником. Человек этот имел имя — Платон Петрович, имел какую-то биографию, имел характер и привычки, но в образовавшуюся схему такие подробности никак не вписывались. В самом деле, ведь есть же на свете парикмахеры, врачи, массажисты, дворники, официанты, адвокаты. И у них у всех есть свои функции. И их настоящие имена или биографии мало кого интересуют. Они просто кнопочки на каком-то пульте: нажимаешь, и что-то из этого получается. Так вот, существовала кнопочка под названием Духовный Наставник.
Кроме того, у Зинаиды был ещё и очень острожный контакт с какою-то особою группой мусульман. Это были вполне добропорядочные люди. Не террористы и не фундаменталисты. Они утверждали, что за Исламом — будущее всего человечества, а Зинаида и не спорила. Просто брала у них и пыталась читать Коран, но ничего не понимала, а от навязываемых ей устных объяснений отказывалась, рассуждая так: я или сама всё пойму или не пойму совсем. Именно от этих людей она и позаимствовала мысль о невероятной силе всего того, что НАПИСАНО. Ежели нечто написано не просто так, а специально для обращения к Богу, то тогда и эффект будет ещё большим. Слишком далеко она в этом контакте не зашла, а позже — так и вовсе выскользнула из сферы влияния этих людей, но мысль о написании некоего прошения или послания в Высочайшие Божественные инстанции с тех пор всё время жила в ней и созревала.
Время от времени она встречалась по объявлениям с различными мужчинами, которые искали себе спутницу жизни, но каждый раз была разочарована после первой же беседы, редко когда после второй. Регулярный, но очень осторожный поиск вёлся и в других формах — через знакомых и через походы в гости. Лёня Лёней, а мало ли что? Может быть, и ещё какой-нибудь стоящий вариант подвернётся…
Несколько раз в неделю она виделась с влюблённым в неё пылким студентом Васей. С ним у неё, так же как и с конным тренером, не было ничего серьёзного — она считала аморальным иметь сразу двух или нескольких мужчин. Ей просто было хорошо с этим влюблённым в неё наивным мальчиком, и она отдыхала с ним душою, получая от него то, чего недобирала от Проповедника, от Тренера и от Лёнчика.
Поскольку голубой дог к этому времени перешёл в собственность бывшего мужа, то дома, для того чтобы иметь круглосуточно функционирующего верного друга, она завела премиленькую собачку — это был карликовый пудель по имени Дымок. Дымок исправно отрабатывал то, чего нельзя было получить от Васи. Например, его можно было класть на колени или прижимать к животу или к очень выпуклой груди и гладить сколько угодно; глупого же и пылкого студента, при всём его сходстве с комнатною собачкой, прижимать к этим местам было совершенно невозможно. С другой стороны: студент Вася был неприхотлив и практичнее в применении, чем миленький пёсик; Вася не мялся и не пачкался; его не надо было вычёсывать, купать и выгуливать; при желании его можно было расстелить на полу и вытирать об него ноги; собачонок же требовал определённого ухода, каковой требовал определённого режима — в частности — регулярных прогулок по свежему воздуху.
Далее. Лёня-банкир был человек очень занятой, но посещения театров, ресторанов или вылазки на природу он хоть и изредка, но всё-таки устраивал. А это тоже способствовало поддержанию некоего духовного равновесия. В этом случае с собою в машину брали мальчика Олега и собачонка Дымка. Мальчик Олег на природе не слишком сильно обременял взрослых своим существованием, а Дымок — так даже и пользу приносил: всех смешил. По малой нужде он ходил, задрав вверх обе нижние лапы, а заодно и всё туловище, и бегая при этом на лапах передних; это было просто уморительное зрелище, и посторонние люди отказывались верить, что такое удивительное свойство у собачонка обнаружилось само по себе и безо всяких дрессировок.