Безнадёжная сказка (СИ)
Зря мы пришли, не надо было…
Шагнула назад, потянула за собой Юльку… Сердце билось как чумное, в ушах стучал пульс.
— Юль, папа, похоже, занят… — я остановилась за углом, развернула дочь к себе. — Может, не будем ему мешать?
Юлька обиженно шмыгнула носом. Сердито прошипела:
— Ну и чего, мы зря шли что ли?
Я осторожно выглянула из-за поворота, наблюдая за тем, как Пашка закрывает капот, а Андрей садится в салон…
Присела на корточки перед дочерью и прошептала в ответ:
— У папы клиент, Юль, ты же видишь. Мы попозже вернёмся…
За углом взревел двигатель…
Юлька тетрально засопела носом и капризно надула губы.
— Я потом не пойду, я устала…
Я поднялась на ноги, ещё раз высунулась из-за кирпичной стены…
Шкода разворачивалась в узком проезде. Прямо рядом с гаражом, в сантиметре от самого Пашки, исподлобья внимательно наблюдавшего за машиной… Он не спешил отходить в сторону, просто следил за чётко выверенными короткими быстрыми движениями автомобиля.
Даже когда Андрей наконец круто развернул свою иномарку и неожиданно дал задний ход прямо на Пашку, он не сдвинулся с места, спокойно глядя на приближающуюся машину…
Шкода резко остановилась, кажется, в миллиметре от его кроссовок, багажник едва не упёрся в его джинсы…
Чувствуя, как мгновенно покрывается испариной похолодевшая за секунду до этого спина, отступила обратно за угол… Руки тряслись крупной дрожью, когда я зачем-то снова поправила шапочку обиженной Юльке…
Господи, зачем мы вообще припёрлись сюда? По-русски же сказал, что занят…
Не удержалась, выглянула ещё раз…
Пашка с Андреем с довольными минами стояли рядом с гаражом и крепко жали друг другу руки, что-то говорили, поглядывая на работающий автомобиль… Идиоты. Оба, мать их…
Андрей достал из кармана куртки бумажник, отсчитал деньги, протянул Пашке… Снова ударили по рукам…
Господи, они же прощаются, и Андрей сейчас здесь поедет!
— Юль, идём быстрее…
Я дёрнула дочь за руку, утаскивая её в соседний проезд, обняла за худенькие плечи, прижала к себе. Юлька с удовольствием вцепилась в меня ручонками в ответ — обниматься она готова всегда и везде…
Через минуту тёмная Шкода, набирая скорость, проехала по дороге. Уффф…
— Юляш, — я наклонилась к дочке. — Пойдём лучше в магазин, м? Чипсов купим… Не будем папе мешать…
Недовольный детский взгляд загорелся азартом и предвкушением.
— Ну пошли. Только чур я выберу с каким вкусом…
Я взяла её за руку, и мы неспешно поплелись обратно к выходу из гаражной зоны.
Слушая рассуждения дочери на тему того, что даже вредные чипсы изредка можно есть, особенно когда очень хочется, улыбалась сама себе…
Не знаю, что Пашка будет делать с деньгами. Да мне и всё равно по большому счёту… Но руки у него и правда золотые. Впрочем, он и сам, похоже, это отлично знает — ни разу не усомнился в том, что отремонтированный его руками автомобиль может подвести опытного хозяина. И я, наверное, горжусь сейчас мужем…
Крепчавший мороз проникал под одежду и студил пальцы без перчаток, но мы с Юлькой упорно игнорировали холод, медленно шагая по аллее в сторону дома и хрустя чипсами из огромной упаковки. Не дешёвыми колечками, а настоящими рифлёными кружочками со сметаной и зеленью из рекламы по телевизору — этот восхитительный ритуал повторяется слишком редко, чтобы разочаровывать себя неподобающим вкусом. Даже разговаривать не хотелось. Хотелось идти вот так под жёлтым светом фонарей целую вечность и испытывать это спокойное уравновешенное глубокое чувство, так похожее на счастье…
В дверях квартиры нас встретила злая голодная Мурка. Шикнула на неё, протискиваясь в коридор — нечего путаться под ногами, не до неё сейчас…
7
Пашка вернулся поздно вечером, когда Юлька уже спала — хлопнула входная дверь, и я с трудом разлепила глаза, отрывая голову от собственного уютного локтя на кухонном столе и в сотый раз за последний час выныривая из тяжёлого дремотного состояния. День выдался слишком насыщенным — Новый год, истерика, ночной недосып, ссора, несколько часов в тишине бабушкиной квартиры, долгая прогулка по морозу — безумная усталость валила с ног, но мне очень хотелось дождаться мужа…
Привычная бутылка в руках, в пакете, похоже, ещё несколько…
— Привет, — Пашка, не глядя на меня, водрузил пакет на табуретку, поставил пиво на стол.
— Привет…
Я даже улыбнулась, скользя взглядом по его совсем заросшему лицу — мы сегодня почти не виделись, и я действительно соскучилась… Судя по всему, настроение у него отличное, хоть и не показывает виду…
Пашка небрежно выложил из пакета маленький тортик, кошачий корм, блок сигарет, сразу убрал в холодильник пару бутылок пива…
— Чего не спишь? — он так не поднял на меня глаза, плюхаясь на соседний стул.
Сделал глоток из бутылки, достал из кармана пачку сигарет, прикурил.
Улыбнулась шире, пытаясь заглянуть ему в глаза.
— Тебя жду…
— Мммм, — он многозначительно кивнул головой, как-то недобро усмехаясь. — Ну не зря ждала.
Он зажал в зубах сигарету, лениво поднялся на ноги, полез по задним карманам джинсов… С громким хлопком припечатал к столу деньги — несколько аккуратно сложенных пятитысячных купюр, мятая кучка тысячных, пятисоток и сотен… Сверху добавил горстку мелочи…
— За этим ждала? — он снова сел, наконец поднимая внимательный пренебрежительный взгляд в моё вытянувшееся лицо. — Давай, прячь. Сапоги себе только купи — эти твои галоши меня бесят даже когда стоят в коридоре.
Задрожали губы… Нет, не от обиды, а… не знаю от чего, наверное, просто привычка последних дней — на всё реагировать слезами…
Как-то машинально прошептала онемевшими губами:
— Давай лучше тебе куртку купим, Паш…
— Может и купим, — Пашка раздражённо затушил окурок в пепельницу. — На сигареты мне отложи только. И не реви без толку — сама же тут млела от чужих денег. Так бери и не ной.
А вот сейчас, кажется, стало обидно… Тихо спросила просто для того, чтобы не молчать:
— Паш, там же несерьёзная поломка была… Откуда столько?..
Он нахмурился, глядя на меня как на дурочку. Заговорил жарко и громко, словно я могла бы засомневаться в его словах:
— Да какая тебе разница, Мань, а? Я же говорил, что тормоза гляну ещё… Не обманул я никого, не бойся. Он сам заплатил, это нормальная сумма за такую работу в хорошем автосервисе, — он повысил голос. — А ты чужие деньги не считай, ясно? Ты свои считай, поняла меня?
— П-поняла, — от его яростного раздражённого тона хотелось зареветь в голос.
Это ради этого я его столько ждала?! Ради очередной ссоры?! Ненавижу… Ни денег мне от него не надо, ничего! Вообще ничего! Я же…
— Маш, а где кошка? — Пашка отодвинул штору, заглядывая на подоконник. — Даже встречать не вышла… Кыс-кыс-кыс…
Он торопливо шагнул к двери, ушёл по коридору в комнату.
Ну конечно, кошка важнее…
Обвела взглядом деньги на столе… Сколько месяцев прошло с тех пор, как Пашка последний раз приносил домой такие суммы за работу?! Я даже вспомнить не могу, весной, кажется, была разбитая машина…
— Маш, ещё раз спрашиваю, где кошка?! — от Пашкиного рыка подскочила на месте…
Перед глазами промелькнул наш с Юлькой вечер — я, кажется, ни разу не видела Мурку с тех пор, как она тёрлась об мои ноги у входной двери… Неужели выскочила в подъезд?!. Задрожали поджилки…
Закрыла лицо ладонями, понимая, что для Пашки сегодня это будет последней каплей…
Тихо прошелестела, преодолевая мешающий ком в горле и чувствуя, что просто больше не могу адекватно воспринимать окружающую действительность:
— Я не знаю… Наверное, выбежала, когда мы с Юлькой вернулись домой… Прости пожалуйста, Паш… Если бы я раньше заметила, мы бы её нашли…
Пашка несколько секунд стоял в оцепенении… Наконец смачно выругался, хватая со стола пачку и зажигалку, поспешил в коридор… Через секунду хлопнула входная дверь…
Чёрт, да за что мне всё это? Ну за что, а?!