Выигравший проиграет (СИ)
— Полного списка нет, — Игрок усмехнулся и на мгновенье перед любопытным носиком рыжеволосой красавицы застыла дама треф, но через миг снова исчезла среди карт. — Но там примерно полтора десятка имен. Мальчики не чурались пользоваться настойкой «Джереми». Подливая девочкам в вино. А эта дрянь, кроме сексуального влечения, еще и зачатию способствует.
— Твари, какие же твари — девушка брезгливо скривилась. — Ладно, мы с Ягодкой на этот раз сыграем на одной стороне. Рер, прикрой её. Будут нужны деньги на людей — возьми с моего счета. С сокраментийского, ларентийский пока не трогай. Игрок, откуда информация?
— Ну, пока кто-то бил морды, кто-то лазил по чужим карманам, — он состроил максимально честное выражение лица, что с его хитрой физиономией никак не вязалось. — Джен, не морозься, я карманником начинал. Это уже потом я играть стал. Когда у одного шулера ухитрился спереть его любимую колоду. Он проникся и взял меня в ученики.
— А почему Трикси — это Ягодка? — как бы между прочим поинтересовался Халси, которому было дело до всего необычного. — Это кличка такая? Или что-то еще? Нам знать надо? Или не надо?
— Трикси — это такая кислая ягода на Северной гряде, — Холрик отозвался с подоконника. — Она этой клички не любит, но мне нравится ее злить.
— По поводу, какая ягода тебе нравится, Холрик, мы еще обсудим, — Джена выразительно прищурилась в сторону любителя кислятины. — Госпожа Джена всенепременно найдет в своем расписании время для этого.
— Так, все дружно встали и разошлись по своим номерам, — фыркнул Реарни в рукав. Предчувствие очередной стычки ревнивой парочки уже свербело у него под ложечкой. — Всем отдыхать, пока эти неугомонные разбираться будут в своих вкусовых пристрастиях. Утром сбор в этой комнате. Если она до утра переживет.
+*+*+*+*+
— Холрик, а почему это я сплю с тобой? — Джена в возмущении приоткрыла один глаз. — Ты совсем охамел, сволочь меченная? Мы же договаривались, что больше не спим вместе.
— Не со мной, а на мне, — Холрик глаза открывать не рискнул — И не договаривались, а ты сама с собой договорилась. Тебя отпустить? Только в комнате холодно. Замерзнешь, — и он поплотнее обхватил рукой гибкую фигурку за талию.
— Не отпускай, так и быть, — женщина нарочито медленно поерзала на Холрике, с затаенным самодовольством отмечая его слегка участившееся сердцебиение. — А то и правда замерзну. Ну и
что я здесь делаю, хотелось бы спросить?
— До этого — тихо-мирно спала, — Холрик обреченно вздохнул, с нежностью откидывая золотую прядь волос с лица Джены и любуясь тонкой линией скул. — Джен, будем ругаться или спать? Спи на мне, я такой вес не чувствую. У нас еще пара часов есть.
— А потом ты поедешь к Трикси, — женщина чуть приподнялась над ним и обвиняюще заглянула в глаза. — Я не ревную, но если что — ты бы завещание оставил, что ли?
— Джен, мне особо и завещать нечего, — мужчина в ответ негромко засмеялся, от чего вдоль позвоночника у нее прокатилась волна дрожи. — К моим банковским счетам у тебя и так доступ есть. А все остальное мама тебе и без меня отдаст. Кстати, по поводу мамы. Тебе совсем не стыдно за Гремма? Ты представляешь, что в усадьбе творится?
— Так это же ты его забыл у мамы, — Джена, хихикая, спрятала лицо на груди у Холрика. — Ты и есть тот безответственный тип, который перед нашим отъездом не забрал у мамы щеночка. А я хорошая.
— Я так и понял, что во всем виноват, — Холрик поцеловал женщину в макушку, от чего та заерзала с новой силой. — А в своем рождении я не виноват?
— Нет, эти претензии надо твоим родителям предъявлять, — рыжая прыснула от смеха, от чего ему захотелось незамедлительно перевернуться вместе с ней и продолжить выяснять отношения в более удобном положении. — Но мы с леди Ван Хонн это по возвращении обсудим. Пока ты будешь устранять последствия пребывания там миляги Гремма.
— Джен, а по попе? — Холрик шутливо шлепнул женщину, а после перешел к лечебному поглаживанию места наказания. — Какая-то ты говорливая с утра. Я тебя даже и не узнаю.
— Поистерить что ли для узнаваемости? — Джена по кошачьи потерлась о мужчину, принимая ласку. С ним ей никогда не было скучно. И провокационно промурчала на ухо. — Холрррик, мне холодно. Я замерзла. Согрей меня. Эй, ну не так же! Выпусти меня из-под себя, скотина! Я просила согреть, а не…. Не…. Не…. ДА!
+*+*+*+*+
— Милорд, в городе, кроме «золотых», еще и Трикси, — под глазами у барона Хорини от недосыпа залегли круги, но держался он стоически. И даже ни разу не пошатнулся под прицелом герцогских очей. — Под прикрытием наемников Миркуса.
— А эта дрянь что в Ларентии забыла? — герцог Норги устало вздохнул. В последнее время плохих новостей становилось все больше, что приводило его в неконтролируемое бешенство, а его челядь — в тихую истерику от страха. — Вышвырни их из города! Не до нее сейчас. Совсем не до неё. Корабли вернулись?
— Нет, милорд, — барон недовольно скривился, сведения были неутешительные. — Просрочка уже три дня. Еще пара дней — и ягоды они не довезут. Штормов не было. Что могло задержать суда? У них груз — ягоды и фрукты. При такой погоде груз сгниет еще в трюмах.
— Это я у тебя спрашивать должен, — Его Сиятельство в изнеможении прикрыли глаза. Сегодня он лично выпорол с пяток слуг, и теперь не мог даже перо в руки взять без дрожи. — Если груз не довезут, страховка покроет убытки?
— Страховки нет, — помощник цедил слова, словно они давались ему с превеликим трудом. На самом деле он лихорадочно просчитывал вероятность своего собственного наказания. — Ваш племянник не озаботился продлением полиса. Его управляющий — тоже. Так что, если груз погибнет — это будут прямые убытки. И что-то мне подсказывает, милорд, что груз мы потеряем. По нормальному графику все три корабля должны были вернуться еще семь дней назад, но не вернулись. А корабли
по возвращении заберут за неустойку.
— То есть мой племянничек еще и банкрот?! — скрип герцогских зубов вызвал паническое желание бежать до ближайшего порта, без остановки, чтобы уплыть без оглядки вслед за кораблями Викрая. — А эта стерва Джена не мелочится. Чувствуется её рука. Что с двумя оставшимися складами и еще тремя кораблями?
— Один из складов арестован властями за несоблюдение санитарных норм, — барон вдруг ощутил невероятное спокойствие, как перед прыжком в безну. Кажется, он достиг предела своего страха. — Плесень и какая-то растительная дрянь. Типа мха. Это снова будут прямые убытки, хранившиеся в нем товары в продажу не выпустят. Второй склад стоит пустым, что тоже равняется убыткам. Последние три корабля были загружены и ушли в море.
— Уточни порты их назначения, — герцог застонал, схватившись за голову. — Если это Сокраментия, то с кораблями можно прощаться. Пригласи ко мне Джену, надо бы поговорить.
— Приглашал, Ваше Сиятельство, — Хорини переминался с ноги на ногу, не зная, как подипломатичнее передать отказ Джены от встречи. — На словах передала, что пока не может приехать. Очень занята. Как освободится, так сразу посетит Вас.
— Ну и чем она так занята? — язвительно поинтересовался герцог Норги, закипая. — Что не может покинуть номер, снятый Холриком в гостинице?
— С её слов, они с ним сейчас готовят извинения перед леди Ван Хонн, — барон словно стыдливая монашка отвел глаза. — В виде наследника Ван Хоннов. А это, опять же с её слов, процесс длительный и не позволяющий постороннего вмешательства.
+*+*+*+*+
— Так, Трикси, сверяем списки еще раз, — Холрик, до этого задумчиво изучающий пейзаж за окном, ткнул пальцем в бумаги. — Смотри, из твоего списка мы разорили троих. И еще одного Халси выставил в биллиард на такие суммы, что он уже не оклемается по финансам. Можем тронуть еще двоих. Даже, скорее всего, тронем. Тебе нужны их головы, или хватит банкротства?
— Мне за головы платят, — Трикси соблазнительно повела плечами. — А что, ты против? Мы с тобой можем и поторговаться…
— Торговаться на базаре будешь, Ягодка, — Холрик рассмеялся, не ведясь на ее незамысловатые уловки. — А не со мной. Значит, договариваемся так — вы не трогаете Викрая, а я не трогаю ТЕБЯ. И хватит жеманничать, Ягодка, на меня это не действует уже лет так двадцать. И плечиками можешь водить перед своим самцом. На меня это тоже не действует. И из этой помойки переезжайте к нам, я снял второй этаж.