Вмерзшие в S-T-I-K-S (СИ)

Так что, благодаря этому у меня сейчас особы полномочия. Тебя, кстати, сегодня с ментатом допрашивать будут.
- Кто ментат? – сразу спросил Воронцов, оторвавшись от чтения. 
- Лесовик. 
- Хорошо. 
- Что хорошего? Что натворили опять? 
- Да ничего не творили. Просто наш донжуан вчера с Алисой был, надо бы эту тему замять, чтобы Клоп в больничку не поперся.
Псих заржал. 
- Да и пусть идет. Фарту ж жить веселее станет, теперь за ним начнут не только сектанты, но еще и нимфы гоняться.
- Оборжаться. – сказал я.
- Ладно. Переговорю с ним. Этот вопрос замнем. И чудо пулю из «пистолета пулемета» тоже. – он сделал средним и указательным пальцем жест ковычек.
- Мало ли что они там в свои стволы пихают. – развел я руками.
Зазвонил телефон. Псих взял трубку. 
- Угу. Угу. Понял. 
- Все, давайте вниз. – скомандовал он. 
Мы спустились на первый этаж и прошли в допросную. Воронцов встал в углу, оперевшись на стену. Я уселся за стол. Псих и Якимура сели напротив. Еще один стул между ними был свободен. 
В комнату вошел высокий широкоплечий чуть полноватый мужик в старом охотничьем тулупе. 
- Здарова, опера. – сказал он, снял шапку ушанку, протер ею лоб и положил на стол. Запустил пятерню в длинную клочковатую бороду, разгладил усы и уселся. 
Якимура лишь кивнул, а Псих крепко пожал ему руку. 
- Чо такой смурной, хладнокровный? – обратился Лесовик ко мне. 
- Не выспался просто. 
- Давайте задание. – сказал он уже следакам.
- Сейчас плешивый придет у него и спрашивай. – сказал Псих, а потом наклонился и что-то шепнул ему на ухо. 
Спустя минуту в комнату вошел Клоп. В руках у него был тот же чемоданчик. Сидячих мест не было. Он оценил кто в доме хозяин, но ничуть не смутился. Достал какой-то документ и отдал его ментату.
- Хм. – Лесовик запустил руку в бороду и изучал документ. – Понятно. – наконец выдал он. 
- Готов? – спросил у меня Псих.
- Готов. Чего тут готовится то? 
- Тогда поехали. – сказал Лесовик. – Твое имя Фарт?
- Да. 
- Тебе шестьдесят лет? 
- Нет.
- Ты сейчас в Цитадели?
- Да.
- Тебя пытаются убить прямо сейчас? 
- Нет.
- Угу. Хорошо.
Это он типо настройку провел. Интересно. 
- Ты убивал людей?
- Да. 
- Угу. – он разгладил усы и немного наклонил голову, прислушиваясь к внутренним ощущениям. – Хорошо. Едем дальше. – кивнул он сам себе. – Находишься ли ты в состоянии алкогольного или наркотического опьянения?
- Нет. 
- Имелся ли у тебя контакт со знахарями или нимфами в последние сорок восемь часов.
- Да.
- Опа. 
- Что? – вклинился Клоп. – Когда? С кем? 
- Вчера с Жердем. Все же написал. – про Алису я, разумеется, умолчал. 
- Это печально, господин Фарт. – сказал он мне, а затем обратился к ментату:
- Могут быть помехи? 
- Могут, – сказал Лесовик, – но не сильные. 
- Продолжайте. – кивнул Клоп, что-то пометив у себя в блокноте. 
- Так, что там у нас дальше. – ментат мазнул взглядом по листку и снова обратился ко мне:
- Имеются ли у вас диагностированные психические расстройства?
- Нет.
- А не диагностированные?
- Не могу знать. – по военному ответил я. 
- Слышите ли вы голоса? Не кажется ли вам иногда, что некоторые ваши мысли, словно подкинули?
- Нет.
- Угу. Хорошо. Не замечали ли за собой странностей или быть может, легкую одержимость какой-нибудь навязчивой идеей? 
Вот дерьмо! Ощущал, вчера сидел напротив Алисы и очень даже ощущал и до сих пор ощущаю. Плохо вчера с ней получилось. Надо извиниться сходить. Придется правду говорить. 
- Замечал. 
- Вот! – воскликнул Клоп.
- Не кипишуй. – сказал Псих.
- Опишите этот момент.
- Это личное, к делу не относится.
- Я же говорил, он что-то скрывает. – снова подал голос Клоп.
- Опишите свою навязчивую идею. 
Я тяжело вздохнул. 
- Еще раз говорю. Это личное. Связанно с симпатией к девушке. К делу не относится. 
- Отказываетесь пояснить этот момент?
- Да.
Клоп снова что-то записал у себя в блокноте.
- Хорошо. Состоите ли вы в сговоре с сектантами?
- Нет.
- Как думаете, в ваше сознание могли вторгнуться с помощью гипноза, энэлпэ или даров Улья.
- Нет.
- Почему вы так считаете?
- Мне кажется, я бы почувствовал. 
- Как пребывание в Цитадели сказывается на вашем психическом состоянии? 
- Положительно. 
- Знаете ли вы лиц причастных к сговору с сектантами?
- Может и знаю. Только они мне об этом самом сговоре не докладывают.
- Угу. – кивнул сам себе Лесовик. – Подозреваете ли вы кого-нибудь в связи с сектантами?
- Подозреваю. 
- Кого?
- Всех и каждого. 
- Угу. А кого больше всех?
- Воронцова. 
Стажер аж от стены отлип. 
- Хера себе. – только и выдал он.
- Почему вы его подозреваете?
- По ряду причин. Во-первых он у меня вызывает какое-то иррациональное доверие. На уровне интуиции. Паранойя напрочь отключается. Мозг отвергает весь недавний пережитой опыт и прямым текстом заявляет, что ему можно верить. 
Во-вторых, будь я сектантом, то точно бы завербовал Воронцова. Потому, что не подумают на него. Он на крота вообще не похож. В свете событий с предательством Йена еще и включается принцип, молнии не бьющей два раза в одно и тоже место. 
- Господин Воронцов, согласны ли вы пройти повторный допрос в присутствии ментата? – спросил Клоп.
- Да хоть в присутствии двух. – снова оперся он на стену. 
- Хорошо. – сказал Клоп. – Давайте к моему блоку вопросов. 
Ментат снова посмотрел на листок и спросил:
- Имеется ли у вас нелегальное огнестрельное оружие?
Я проглотил комок, желудок свело нервным спазмом. Клоп аж весь подобрался. Вперился в меня взглядом, а глазенки бегают. 
- Нет.
- Позавчера вы стреляли в напавшего бандита из его же оружия?
- Да.
- Как вы думаете, куда оно могло деться?
- Понятия не имею.
- Хорошо. Последний вопрос. Соврали ли вы во время допроса?
- Нет. 
- Хорошо. С этим все, давайте следующего. 
- Пожалуйста выйдите из допросной, господин Фарт. – сказал мне Клоп. 
Я вышел в коридор, дождался, когда дверь захлопнется и с облегченьем выдохнул. Интересно, а на планшете, есть местный уголовный кодекс или что тут у них? Надо хоть почитать, что мне грозит в случае чего. 
Я прислушался. Дверь странно искажала звук. Слышно было кто говорит, можно даже распознать интонацию, но вот сами слова разобрать совершенно не удавалось. Лесовик минут десять допрашивал Воронцова. Потом стажера тоже выгнали. 
- Не, ну ты вообще. – сказал Воронцов.
- А я что, я ничего. 
- Ну так то да, все по фактам раскидал. 
- Как прошло?
- Тссссс. – Воронцов прислушался. 
Лесовик что-то сказал. Клоп начал возмущаться. Псих, кажется, его попытался урезонить. Потом снова голос Лесовика. И негодование плешивого.
Мы с Воронцовым синхронно отлипли от двери и встали по обе стороны от нее. Клоп вылетел из допросной и громко захлопнул дверь. 
- Такого ментата самого с ментатом проверять надо. – недовольно пробурчал он себе под нос, проходя мимо. 
Да уж. Этот просто так не отцепится. 
Дверь открылась, вышел Лесовик.
- Вас там зовут. – объявил он и ушел.
- Под монастырь меня подведете. – сказал Псих.
- Здесь монастырей нет. Только если в Орден идти или к сектантам. – сказал Воронцов.
- Ты должен был бороться со злом, а не примкнуть к нему. – поддакнул я стажеру. 
- По краю сейчас прошлись. Этот плешивый вообще параноик конченный. Даже ментату не поверил, настолько на своей волне. 
- А что делать было? Помирать что ли? – спросил я. 
- Да все нормально. Претензий к тебе нет. Ты ж не виноват, что в стабе законы такие. 
- Надо решать этот вопрос. Я тут подумал, мне разрешение на оружие надо, чтоб больше такого дерьма не случалось.