Мой призрачный рай
— Пойдем ко мне, — прошептал Алессандро мне на ухо.
Не смысл сказанного отрезвил меня, а всплывший образ красавицы Орнеллы. Он вообразился так неожиданно, в голове что-то щелкнуло, и я резко оттолкнула Алессандро от себя. Теперь он чуть не навернулся с камня, только удерживать я не стала. Появилось садистское желание увидеть, как он падает и больно ударяется. Пока он приходил в себя, я поправила купальник и накинула на плечи платье-халат. Откуда только взялось спокойствие? Сама себе удивлялась.
— Извини, но мне нужно домой, — только и сказала я, слезая с камня.
Наверное, Дарио уже вернулся. Возможно, у него есть новости для меня. Интересно, как прошла беседа с Карло Пуччини? Я старалась думать о чем угодно, только не смотреть на Алессандро. Он наблюдал за мной все время, пока я собирала вещи. Я физически ощущала его взгляд. Когда развернулась, чтобы уйти, почувствовала, как его рука обхватила мое запястье.
— А ты занятная, — услышала я и с неохотой повернулась. Даже не удивилась, заметив в глазах Алессандро привычную холодность.
Он крепко держал меня за руку, хоть я и не собиралась вырываться, решив выдержать и это испытание.
— Обычно со мной девушки ведут себя иначе, — продолжал он, не меняя выражения лица.
Кто бы сомневался! Привык получать все, что пожелает. Но точно не меня. Тут тебе, дружок, не обломится. Я постаралась придать своему лицу соответствующее выражение, заставив себя смотреть прямо в его глаза и вздернув подбородок. Очень хотела надеяться, что следы недавней страсти улетучились.
— Мне нужно домой, — как можно равнодушнее произнесла я.
— Одну минуту…
Алессандро встал с камня и подошел ко мне ближе. Я почувствовала, как сердце пропустило удар, а потом забилось в ускоренном темпе, когда он взял меня за подбородок и заставил посмотреть на себя. Только бы не выдать себя, подумала я, чувствуя, как глаза увлажняются. Я смогу выдержать!
— Я всегда добиваюсь желаемого, — проговорил Алессандро мне в лицо. — Кроме того, за тобой должок, если помнишь. Завтра я занят, а вот послезавтра ты выполнишь свое обещание.
— Какое? — в первый момент опешила я.
— И что это с нашей памятью? — издевательски усмехнулся он. — Забыла, как обещала мне целый день?
Это уже слишком! Я высвободилась из его руки и отошла на несколько шагов.
— По-моему мы квиты. Разве нет? — с вызовом спросила я. — Ты спас меня от бандитов, а я вернула на корабль капитана. Больше никаких долгов.
— Ошибаешься, — его улыбка стала еще шире. — И опять не учитываешь, что я только что тебе сказал. Повторяю, я всегда добиваюсь своего! И к слову о бандитах… Они ведь могут и вернуться. Так что, Люд-ми-ла, — выговорил он по слогам непривычное имя, — послезавтра я зайду за тобой с утра.
Больше Алессандро ничего не сказал. Молча обогнул меня и зашагал в сторону своего дома. Я потрясенно смотрела ему в спину, не зная, что испытываю, вернее, какое из отрицательных чувств к Алессандро преобладает.
Дарио я опередила на несколько минут, которых хватило, чтобы принять душ. Когда выходила из ванной, он уже сидел на диване в гостиной.
— Привет, — обрадовалась я ему, как родному.
Странное дело, внешне Дарио выглядит гораздо суровее Алессандро и Марко, но внушает безотчетное спокойствие. Рядом с ним я чувствую себя в безопасности, защищенной. Вот и с Марко он разобрался. Хочется верить, что тот оставил меня в покое навсегда.
— Пойдем пить чай, — позвала я, отправляясь на кухню. — Поговорил с Пуччини? — спросила я, налив две чашки чая и присоединившись к нему за столом.
— Поговорил, — кивнул Дарио. — Видела бы ты его лицо… Он как будто не сомневался, что так и будет.
— Мерзкая жаба, — не удержалась я от ругательства. — Но ничего, это до поры до времени. Пусть пока порадуется.
— Ты ходила на море? — сменил Дарио тему разговора.
— Ну, да… Немного поплавала.
— Не делала бы ты этого вечером, в одиночку.
— Да брось. Светло же еще было.
— Но возвращалась ты уже по темноте, — не унимался Дарио. — Никого не встретила?
Мелькнула мысль рассказать ему об Алессандро, но я тут же передумала. Если начинать рассказывать, то все — и о моем обещании тому, и о реакции на его поцелуи… Но разве о таком можно рассказывать постороннему человеку? Что ни говори, а Дарио я знаю немногим лучше Алессандро.
— Да все нормально. Я там не долго пробыла, — только и ответила я. — Дарио, ты не обидишься, если я пойду спать? Что-то я сегодня вымоталась. Можешь занять комнату Олеси, пока ее нет.
— Лучше я в гостиной… Думаю, так будет благоразумнее. Иди. Я все тут уберу.
По дороге в свою комнату, я размышляла, что Дарио имел в виду под «благоразумно»? Опасается ночного вторжения? Господи! Как же я устала! Хочется уснуть спокойно, подумать о чем-нибудь хорошем, а не прокручивать до бесконечности последние события, не ломать голову, как выпутаться из всего этого.
— Ты — это я.
— В каком смысле?
— Я возродилась в тебе.
— Но как?..
— Моя душа возродилась в тебе, но не для того, чтобы страдать. Ты должна прожить счастливую жизнь.
Мы стоим на берегу моря. Я точно знаю, что вижу сон. Так было раньше. Только в том сне Лиза молчала. Первый раз слышу ее голос. Глубокий и нежный, как звуки арфы.
— Но я совершенно не знаю, как жить дальше? Я запуталась. Что я должна делать?
Какой-то странный сон. Она пришла, чтобы помочь? Хочет предупредить о чем-то? Почему тогда молчит и опять эта странная улыбка…
— Помоги мне. Расскажи то, о чем не знаю, — молю ее.
— Не могу. — Лицо Лизы становится грустным. — Я дала обет молчания, ты же знаешь.
Чушь какая-то! Она же говорит сейчас. О каком обете может идти речь?
— То было давно. Сейчас уже можно, — решаю схитрить я.
— Ты сама все узнаешь.
— Когда? — кричу. — Когда я узнаю? Когда будет поздно?
— Ищи под камнем, — шепчет Лиза, и я замечаю, как она растворяется, исчезает на моих глазах. — Ищи под камнем…
— Под камнем?! Каким? Их тут видимо невидимо! Каким камнем? — кричу в пустоту. Лишь маленькое облачко трепещет от моего дыхания. То, что осталось от Лизы. — Каким камнем? Каким камнем?..
— Каким камнем?!
Я проснулась от собственного крика и резко села в постели, еще не понимая, что произошло. От пота сорочка намокла и прилипла к телу. Меня била дрожь. В открытое окно вместе с утренним светом проникал легкий ветерок. Даже его хватило, чтобы я замерзла.