Должница (СИ)

- Что? Откуда вы знаете про родимое пятно? И какие еще крайние проверки? – холодею я.
- У твоего парня язык подвешен, что надо. Особенно, когда выпьет, поэтому здесь уже все знают особенности твоего тела, дорогая, - со скользкой усмешкой Ахитов обводит мое тело двусмысленным взглядом.
Я резко одернула летнее платье вниз. В тот момент я закипела. Я разозлилась на Кирилла и почти возненавидела его. Я думала, что нельзя злиться на человека сильнее, но жизнь еще покажет, что очень даже можно...
Я не знала, кто такой Руднев и не имела представления, почему я должна быть напугана. Смутные догадки озарили меня, но только лишь после встречи с самим Артемом Рудневым.
Ведь уже на следующий день я увидела его. И познала его жестокость.
  
Глава 4
 
Торговый центр на окраине столицы. Сегодня какой-то праздник, поэтому здесь проходили конкурсы и в атриуме столпилось много человек в ожидании своего приза. Меня запихнули туда – растерянную, перед этим в красочных подробностях поведав участь Кирилла, если Руднев… не последует за мной.
Я изображала интерес к происходящему в атриуме, словно пришла сюда добровольно, но то и дело я оглядывалась в поисках кого-то, о ком говорил Ахитов. Такое поведение мне прописали.
Моя миссия была расплывчатой, но меня не смущало это, ведь самое главное, что мне не придется совершать ничего плохого. Я в это верила.
- Ты пойми, Аля, что такой, как ты мне больше не найти, ты – мое сокровище. Постарайся, девочка, и я щедро тебя одарю.
Мне не нужны были дары. Я желала лишь освобождения от долга, чтобы нас с Кириллом оставили в покое, поэтому страх играть мне не пришлось. Совсем. Я не знаю, кто такой Руднев, но сейчас моему выражению лица поверил бы даже самый суровый инквизитор.
И вскоре я услышала то, ради чего меня забросили в эту ловушку.
- Вика!
Все произошло именно так, как пророчил Ахитов. Дорогую Рудневу женщину звали Викой, а это был как раз голос Руднева. Я не слышала его ни разу, но кожей почувствовала – это он.
Этот мужчина моментально оказался рядом, схватил меня за руку и резко развернул к себе. Его хватка вызвала гримасу боли на моем лице, но не меньше – гримасу страха. Мы встретились с ним глазами всего на миг, и, воспользовавшись его оторопью, я вырвала свою руку из его и начала медленно пятиться.
Я пролепетала готовую фразу, убираясь от него подальше:
- Я не Вика… Вы обознались, меня зовут Марина.
Руднев хмурится, идет напролом через толпы людей и не отпускает взглядом мою фигуру, которая на его фоне кажется ничтожно маленькой.
- Извините, я очень спешу! – выдаю готовую фразу.
Я подмечаю каждую деталь на его лице, на лице, словно высеченном из камня. Такой идеальной формы были его широкие брови, сейчас сведенные к переносице, что говорило о его отнюдь не мягкой натуре. К его волосам, густым и роскошным, хотелось прикоснуться, но только не сейчас, когда этот хищник идет прямо на тебя. Я даже пожалела, что никогда не смогу этого сделать – зарыться пальцами в его волосы и вдохнуть аромат его кожи.
Сейчас даже четко очерченные губы мужчины были напряженными, а ноздри его прямого носа опасно раздувались. Изгибы его скул и глаза, горящие непонятным мне огнем, вызывали желание сбежать, что я непременно и попыталась сделать.
Вот только безуспешно.
Все пошло не по плану уже тогда, когда он затащил меня в туалет, закрытый на технический перерыв, на глазах у толпы людей. Я не понимала зачем, но в ту же секунду мужская сильная рука схватила меня за шею и заставила нагнуться к раковине. Ледяная вода тотчас же больно ударила меня по лицу, но еще больнее были грубые протирающие движения его рук – он хотел смыть грим, которого не было. Ахитов сказал, что никакой грим не потребуется, большей копии кого-то там не найти, а вот такая проверка имеет место быть.
Липкий страх расползался по моему телу, когда я пыталась отдышаться от холодной воды и сделать хотя бы один глоток воздуха.
 
И вот Руднев поднял мое лицо, чтобы пристально в него вглядеться. На мне ни капли макияжа, только в глазах застыла мутная пелена от хлорированной воды. Я стою на носочках и не понимаю, как мне теперь сбежать, только шмыгаю носом в полной тишине помещения. А еще его взгляд пристальный – буквально душит, словно он пытается найти отличия в каждой мельчайшей детали моего лица.
Но этого ему не хватает. Он не верит. Тогда его руки подхватывают меня за талию, усаживают прямо на раковину и задирают летнюю юбку, с легкостью ломая мое сопротивление и заглушая мои трепыхания.
- Прекратите немедленно! – кричу я.
Мужчина часто дышит и смотрит на мою оголенную кожу, как загнанный в ловушку зверь. Там коричневое родимое пятно с монету. На бедре. Это моя связь с детством и родными, которых я никогда не видела.
И лишь повторная оторопь на лице этого жестокого мужчины помогла мне отцепить его руки со своего изученного вдоль и поперек тела.
- Вика… - выдохнул он.
Его болезненный судорожный вздох вызвал во мне сочувствие. Я не знаю, что для него значила та девушка Вика, но я точно должна убираться отсюда!
Поэтому в следующую секунду, когда внимание Руднева отвлекли вошедшие уборщицы, я соскочила на пол, одернула юбку и побежала на выход из туалета, что есть силы. Тряпки и ведра упали на пол, и, кажется, я даже кого-то толкнула, но позже мои следы запутали, а мне навстречу попадалось так много людей, что шансов выловить меня среди них у Руднева почти не осталось. Возле торгового центра меня ждало такси, а следом за нами уже выдвинулось несколько тонированных автомобилей. Ахитов сказал, что это будет охрана Руднева.
«Во что я вляпалась?», - застонала я, откидываясь на спинку сидения.
А дальше, оторвавшись от слежки, меня просто вернули домой. В нашу с Кириллом съемную квартиру, где по-прежнему царил уют. Я перешагнула порог нашего дома, вдыхая столь родной аромат, и со слезами на глазах прильнула в объятия Кирилла.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Они такие разные… И только сейчас я понимаю, как все-таки сильно я люблю спокойное, домашнее лицо Кирилла. Я бы даже сказала простое, деревенское, ведь мы оба выросли в небольших городах с маленьким населением, где все друг друга знали. В начале знакомства Кирилл всегда говорил, что моя внешность сильно выделяется среди девушек моего окружения, будто я приехала откуда-то издалека. Называл необычной и любил трогать мои волосы, которые служили моим личным поводом для гордости.
Теперь же все позади.
Все закончено.
Однако, вместо благодарности Кирилл огорошил меня:
- А вдруг ты сделала что-то плохое, Аль? Я тут подумал, что не такой уж и большой этот долг… Мы бы выплатили! А вдруг, ты кого-то убила?
- То есть пока я спасала наш шанс на хорошую жизнь, ты… Вот, спасибо, любимый!
Ухожу прочь. Обида гложет изнутри.
Руднев Артем Ильясович. Кто же ты такой? Что ты есть? И действительно ли я являюсь копией твоей пропавшей жены?
Бедро горит огнем от тех диких, жадных прикосновений. Я провожу рукой по нему, касаясь крупного родимого пятна, меня одолевают смутные сомнения, а перед глазами стоит он - жестокий мужчина моей жизни.
  
Глава 5. Артем
 
- Сири, позвони «Аля-должница»
Сири звонит. А я пытаюсь кое-что понять.
Однозначно, эту девчонку подослали ко мне, заплатив приличную сумму, но это было стандартно, обычно, по сценарию, и совсем не эта подставная схема меня интересует. Я хочу найти причину дикой схожести Авдеевой Али и моей бывшей жены, которая пропала без вести еще три года назад. У Вики точно не было сестер, да и ее мать никогда об этом не говорила.
 
Я прикрываю глаза и вновь уплываю в тот день.
Наступило лето, мы собирались в отпуск в жаркие страны, и накануне Вика уехала в магазин выбирать чемодан. Однако, ни чемодан, ни Вику в тот день я не увидел. Лишь через год моих безуспешных поисков она осмелилась написать мне письмо, в котором сообщила, что полюбила другого, и чтобы я со своей бешеной ревностью перестал ее искать.