Я не Монте-Кристо (СИ)

Она поднялась, так и не притронувшись к заказанному капуччино, и быстро вышла из бара. Никита задумчиво смотрел на перебегающую дорогу временную жену и с сожалением думал, что теперь не увидит, как она будет слизывать с губ сладкую пенку. Ведь у нее губы тоже свои, когда она их покусывает, они сразу аллеют и будто наливаются. Внезапно он пожалел, что не поцеловал ее по-настоящему на их свадьбе, нестерпимо захотелось узнать, какие ее губы на вкус, как он мог упустить такой момент? Теперь не набросишься на нее с поцелуями, хоть она и его законная жена. А была бы другая, не Саломия, можно было бы и не только с поцелуями…
Никита вышел из бара и еще немного постоял, глядя туда, куда убежала Саломия. И уже садясь в машину вдруг понял, что если бы это была не она, ему бы такое и в голову не пришло.
  
Глава 9
 
К первому «семейному» ужину Саломия готовилась как к вылазке за линию фронта, а все равно чуть не опоздала.
— Идем, нас ждут, — стукнул в дверь Никита и пошел дальше по коридору. Саломия поспешила вниз в столовую, все семейство Елагиных было уже в сборе.
Александр и Ирина ей улыбнулись, Никита кивнул, что-то жуя, Нины Андреевны, к счастью, не было, наверное та ужинала у себя. Саломия с облегчением вздохнула, в присутствии бабки Никиты она совсем тушевалась. Ну до чего же неприятная старушенция — прямая, как палка, смотрит как ястреб, у кого хочешь аппетит пропадет…
— Никита, поухаживай за Саломией,  — обратилась к сыну Ирина, тот снова кивнул Саломии и похлопал по стулу рядом с собой, решив, видимо, что этого хватит с головой.
Саломия поторопилась занять свое место, чтобы Никиту больше не донимали, памятуя их уговор. Пока что ничего особенного от нее не требовалось, а если Елагин не обманет и купит ей ноутбук, можно и потерпеть. Тем более, у нее скоро день рождения, с небольшой натяжкой даже сойдет за подарок от внимательного супруга.
Нужно что-то придумать и отпроситься на этот день у Елагиных, чтобы переночевать у бабушки. Как раз день рождения выпадает на субботу, они вдвоем посидят, выпьют чая с пирогом — бабушка обязательно испечет ее любимый, со смородиной, — а вечером можно будет отметить с университетскими друзьями, в их компании целых три именинника. И главное, забыть хоть не надолго, что в мире существует Никита Елагин…
— Саломия, ты у нас что, граф Монте-Кристо?  — ворвался в сознание голос Александра.
— Что? Я? Почему?  — она в смущении оглянулась.
— Ну ты же помнишь, как он по восточным обычаям отказывался есть в доме, хозяина которого считал врагом? Не поэтому перед тобой полная тарелка?
— Ну что вы,  — забормотала Саломия, хватая вилку,  — какой с меня Монте-Кристо?
— Никакой,  — подтвердил Никита, усмехаясь, — так что ешь.
— Мы послезавтра летим в Испанию, — продолжил старший Елагин, убедившись, что его временная невестка приступила к ужину.
— К Покровским?  — спросил Никита.
— Да, у них серебряная свадьба,  — ответила за мужа Ирина,  — они и вас с Саломией приглашали, может, передумаешь?
— У меня важная встреча, не могу, — Никита откинулся на спинку стула, и локтем коснулся руки Саломии. Его кожа была теплая, а само прикосновение таким коротким и мимолетным, что ей захотелось замереть, и чтобы время тоже остановилось. Но супруг потянулся за салфетками, и очарование мгновения тут же исчезло.
Саломия глотала еду, не чувствуя вкуса, и мечтала, чтобы этот ужин поскорее закончился. Одно хорошо, родители Никиты уедут, ей и отпрашиваться к бабушке не нужно будет, можно просто отправить Никите сообщение, что она не придет домой ночевать. Если он вообще заметит, что ее нет.
Никита на удивление сдержал слово и вместе с пин-кодом к карте выслал ей сообщением список магазинов, в которых, как подразумевается, предпочитает одеваться Марина. Теперь осталось выяснить у Елагиной, где ей лучше выбрать одежду, чтобы не опозорить их сыночка.
 — Пап, посмотришь инвойсы? Что там можно оплатить в первую очередь? — встал Никита, за ним поднялся Александр.
 
 — Да, пойдем. Ира, пусть чай принесут в мой кабинет.
Мужчины вышли из столовой, и Саломия решила не упускать удобный момент.
 — Ирина Матвеевна, я…
 — Давай без отчества, Саломия, — мягко перебила ее Елагина, — я тогда чувствую себя теткой. Или училкой. Можешь просто Ира, ну хотя бы Ирина. А Сашу можешь называть Александр, он обидится, если ты будешь обращаться к нему по отчеству.
 — Хорошо, Ирина, мне нужна ваша помощь.
«Как у таких замечательных родителей вырос такой эгоист?» — в который раз задавалась вопросом Саломия, глядя на ворох разложенных перед ней визиток, скидочных карт и буклетов.
Ирина сразу включилась в процесс, попутно ненавязчиво предложив себя в качестве сопровождающего, но Саломия красиво съехала, и та совсем не обиделась. Зато снабдила ее рекомендациями сразу трех бутиков, которые на счастье Саломии почему-то обходила стороной Марина Ермолаева. Этого было вполне достаточно, но Ирина еще и позвонила своим подружкам-владелицам всех трех магазинов, чтобы Саломия уж точно не смогла отвертеться.
А Саломия и не собиралась. Уговор есть уговор, если Никите нужен фасад семейной жизни, он его получит. К тому же, ей в самом деле не мешало приодеться к дню рождения, девчонки намекали на какую-то грандиозную вечеринку, она бы и сама с удовольствием потанцевала и оторвалась, слишком тяжело дается проживание в одном доме с Никитой.
 — Саломия, детка, ты к себе наверх? Отнесешь нашим мальчикам чай, они в кабинете у Саши заседают? — Ирина всунула ей в руки поднос и ободряюще улыбнулась. Саломия кивнула в ответ, кабинет Александра на втором этаже слева от лестницы, конечно, ей не тяжело.
Елагин-отец сидел за столом и просматривал документы, Елагин-сын расположился напротив в кресле, вытянув ноги перед собой. Саломия, не дождавшись, пока он их уберет, аккуратно переступила через протянутые конечности супруга и удостоилась снисходительного фыркания.
 — Что, тебя нагрузили, девочка? — Александр встал, забирая у Саломии поднос и тепло ей улыбаясь, Никита даже не шелохнулся.
 — Мне все равно по дороге, — не удержалась от несмелой улыбки в ответ Саломия.
Что вообще происходит? Ее не покидало ощущение, что родители Никиты устроили у нее за спиной целый заговор, и теперь целенаправленно действуют по определенному сценарию. Понять бы, что им от нее нужно. Или они просто порядочные люди, которые хотят как-то скрасить пребывание в своем доме вынужденной невестки? Вот кто не заморачивается, так это самая старшая и самый молодой Елагины, впрочем, должен ведь Никита был в кого-то пойти таким отвратительным характером.
 — Саломия,  — позвал Александр, когда она уже подходила к двери, снова переступив через вытянутые длинные ноги,  — а профессор Вербницкий тебе кто?
 — Это мой дедушка, он преподавал в нашем университете.
 — Я знаю, он читал у меня «вышку», высшую математику,  — исправился Александр.
 — Да, верно. А бабушка преподавала историю в первом лицее. Дедушка умер, когда мама… Когда ее не стало. Он ее очень любил.
 — Да, я знаю о твоей маме. Прости, детка, если вызвал не лучшие воспоминания.
 — Ничего. Извините, я пойду, — Саломия опустила глаза и вышла из кабинета, но закрывая дверь, уронила визитницу, которую ей дала Ирина, визитки рассыпались веером и разлетелись по полу. Саломия встала на четвереньки и быстро принялась собирать картонные прямоугольники, надеясь, что ее никто не застанет в таком виде, как вдруг из-за двери донеслось:
 
 — Ты чего на нее так взъелся, Никита? Что тебе сделала Саломия?
 — А что, так заметно?
Саломия так и прилипла к двери. Конечно, подслушивать нехорошо, но теперь никакая сила не смогла бы заставить ее уйти, единственная надежда, что ее никто не увидит, а если Елагины выйдут из кабинета, лестница рядом, она успеет убежать. Саломия затаила дыхание и прислушалась.