Я попал в ЛитРПГ-4. Рейд мертвецов (СИ)
Взглянул на браслет — опустевший сосуд несмело наполнился на одно деление. Выудил из памяти недавние обнимашки, вспомнил запах демоницы, нежную упругость тела, и без особого труда нацедил еще два деления. Прицелился и высадил треть запаса в одно щупальце, и не успела обожженная «пиявка» ухнуть в воду, поддал огоньку остальным. Но едва последний тентакль с шипением скрыться в пене, как на палубу с чавканьем шлепнулись еще два. Рассвирепевшая тварь напряглась до треска в мышцах и потянула посудину прочь от берега — утопить шхуну ей было не по силам, зато утащить на рифы — легко.
— Крути руля!! — рявкнул капитан, но обезумевший от ужаса матрос сиганул за борт.
Пришлось старику вставать за «баранку» и пытаться отвести лохань подальше от торчащих скал, но все потуги оказались тщетны — монстр не замедлился ни на секунду.
— Мастер Артур! — заорал Зиз. — Сделайте что-нибудь!
А что тут сделаешь? Дашь по одному щупальцу — вылезет второе. Не кракен, а долбаная гидра. А что если...
Невзирая на бешеную качку, скрип мачт и холодные брызги, представил в уме все то, что собирался сделать с Хирой каких-то десять минут назад. Приправил фантазию постаныванием демоницы, усилил созерцанием обнаженных прелестей и получил на выходе без малого восемь делений фиала. А это уже боезапас, с которым придется считаться — главное, правильно его применить. И уже придумал, как избавиться от назойливой гадины раз и навсегда. Не знаю, использовали ли колдуны Иринора подобные заклинания, но мне помог опыт реального мира. Если отбросить в сторону подробности и заумные описания, я превратил посох в автоматическое оружие и обстрелял врага коротковолновыми импульсами как из пулемета.
На каждый выстрел — пятая часть «кубика», итого — сорок плазменных иголок, ослепительным потоком сметающих все на своем пути. Главная задача — не сдуть щупальца, как в прошлый раз, а успеть нанести такие повреждения, чтобы тварь не смогла пошевелить изувеченными конечностями. В идеале — вообще срезать очередями, и с первыми двумя тентаклями так и вышло. Десятки огненных копий одно за другим вонзались в блестящее мясо. Свет мерцал, будто смесь фотовспышки, электросварки и стробоскопа, но я терпел изо всех сил, скалясь и щуря слезящиеся глаза.
Морское чудовище взревело, вода вокруг шхуны забурлила, корабль закачался как в шторм, а я все шел и палил из импровизированной лазерной винтовки. На всю стрельбу ушло с дюжину секунд, показавшихся часом. Когда боезапас иссяк, от гадины остались только слизь на досках и дергающиеся обрубки — на этом стоило и закончить, но решил подстраховаться и проверить наверняка. Встал на носу, по-прежнему держа посох перед собой, и глянул вниз, на погружающийся в пучину зубастый клюв и огромные налитые кровью глаза.
У гигантского кальмара осталось единственное щупальце — тонкое, слабое, но очень длинное. Именно им попотчевал меня монстр, прежде чем сдохнуть в вечной темноте. И хоть конечность лишилась былой мощи, внезапный апперкот только так вышиб сознание из тела. Последнее, что помню — летящую в лицо свернутую знаком вопроса «змею». Удар — мгновение невесомости — кувырок и нокаут.
Очнулся в каюте под чутким присмотром Хиры. Обнаженная демоница отняла ладонь ото лба — холодную и влажную, как компресс — и наклонилась, чтобы чмокнуть в саднящую челюсть. Несмотря на боль и опухшую физиономию, встать подруге не дал и крепко — что тот спрут шхуну — обнял, но не за нос, а за выдающуюся во всех смыслах корму. И когда горячая кровь ударила в мозг, и мы приготовились стать единым целым, тревожный колокол звякнул в третий раз, а боцман зычным голосом гаркнул:
— Анвиль!
— Вставай, — суккуба нехотя высвободилась и подошла к двери. — Приплыли.
Глава 3. Место, где мне не очень рады
Хира «переоделась» в короткую коричневую куртку с каракулевым подбоем, того же цвета шортики и черные колготы. При этом лифчик из связанных тесемками кожаных треугольников ничем прикрывать не стала. Впрочем, одежда для существ из Нижнего мира — не более чем маскировка, да и мороз им не так страшен, как людям.
Хорошо, у матросов водились кое-какие запасы, и за «скромные» десять золотых удалось прикупить теплый плащ и сапоги. Но перед тем как покинуть шхуну, демоница подошла, с беспокойством посмотрела и прошептала:
— Изгони меня. Призовешь, когда раздобудешь на Базе лошадь и покинешь город.
— Базе?
— Лагерь Света, — бестия закатила глаза и покачала головой — мол, вот же тугодум.
— А почему не пойти вместе?
— Сам подумай! Тут же линия фронта. Местные нашу братию не жалуют, лучше не привлекать внимания.
— Ладно, — застегнул последнюю пуговицу на вороте и отряхнул грудь от пыли и стружки — хозяин плаща любил вырезать из дерева всякую мелочевку вроде трубок и ложек. — А потом?
— Потом — в убежище Легата.
— А потом?
— А потом — по обстоятельствам, — прорычала подруга. — Изгоняй давай, не тормози.
После видения характер прислужницы заметно изменился. Обо всем, что касалось похода на север, девушка говорила с непривычной неуверенностью и от любых наводящих вопросов раздражалась больше обычного. Мог бы списать все на страх неизвестности, но спутница уже бывала в этой локации и наверняка изучила вдоль и поперек, раз бывший хозяин обустроил тут уютное гнездышко. Возможно, она что-то не договаривала, но уж кто-кто, а коварнейшее создание обоих миров наверняка умело прятать ложь. Хира же вела себя как залетевшая школьница, которой совсем скоро придется объясняться с деспотичной мамашей. И когда спросил, все ли в порядке, то нарвался на очередную порцию нервозных грубостей и обвинений в нерасторопности.
Поэтому сделал, что просила, и поднялся на палубу в надежде насладиться красотами неведомой земли. Как ни крути, а эксплоринг — то есть исследования — нравился в RPG больше всего. Новые поселения, расы, чудища, задания — не бывает хорошей игры без хорошего путешествия. Но вместо богатого окоема увидел высоченный — этажей в пять — берег, отвесной стеной протянувшийся вдоль всего побережья.
Корабль, рыская в порывах ледяного ветра, спешно приближался к пристани, вырубленной из цельного куска скалы. Больше всего причал напоминал волнолом — никогда бы не подумал, что сходить придется именно здесь. Ни пакгаузов, ни таверн, ни людей — только голые заснеженные камни. И матросы, не занятые такелажем, выстроились вдоль борта с оружием наперевес, будто готовились к абордажу.
— Будьте осторожны, мастер, — проворчал Зиз, сжимая небольшой кортик и всматриваясь в мглистую даль. — Это очень опасное место.
Хотел выпендриться и сказать нечто вроде: «парень, ты не представляешь, где я был и что видел», но передумал. Из-за холода и, что греха таить, страха голос бы дрогнул, и я прозвучал бы как школьник перед первой стрелкой, хвастающийся победой над подушкой. Если тревожилась даже Хира, значит, стоило и мне, а пустая бравада еще никого до добра не довела. Поэтому просто и произнес:
— Буду. И вы тоже.
Зиз улыбнулся и кивнул. Странно говорить такое ботам — все равно что желать удачи команде неписей, которая водит корабли из Восточных королевств на Калимдор. И, тем не менее, на душе немного полегчало, а холодные когти на сердце слегка ослабили хватку.
Посудина бросила якорь на какую-то минуту, и стоило сойти по шаткому трапу, на всех парусах умчалась прочь. Сперва и вовсе думал, что придется прыгать на ходу — столь рьяно мореходы жаждали убраться из порта. Несмотря на защиту берега, ветер сек с трех сторон — и лишь поэтому меня не сдуло со скользкого от оледеневших брызг парапета шириной в три шага. Порывы шатали как пьяного и сбивали дыхание, пришлось закрыть половину лица рукавом и согнуться в три погибели, чтобы не упасть и не задохнуться.
Эти двадцать метров, пожалуй, стали самыми долгими в моей жизни. Но вот пирс закончился небольшой квадратной площадкой, и я понял, как сильно ошибался, и что черепашьи бега только начинаются. От площадки поднималась лестница, вырубленная вдоль скалы под углом градусов в сорок — меньше метра шириной, на весь подъем всего три пролета и ни намека на поручни. И самая первая ступенька уже таила смертельную опасность — поскользнешься, ухнешь в воду и поминай, как звали. Даже Гендальфу в гробнице назгулов пришлось напрягаться и рисковать меньше.