Я попал в ЛитРПГ-4. Рейд мертвецов (СИ)
— Ну ты и лох, — прохрипел Леон и отшагнул в сторону, позволив встать.
Но лишь для того, чтобы крутануться как в капоэйре — корпус параллельно «полу», разворот на сто восемьдесят, резкий удар прямой ногой — и засветить пяткой в нос — второй раз за два дня. Лицо точно облили кипятком, в глазах защипало, а устоял на ногах исключительно потому, что противник решил поиздеваться, а не прикончить сразу. И тут понял одну вещь — даже если парень выживет, руку ему не исцелят. Максимум, пришьют какой-нибудь протез, и то если повезет. Но увечье ничуть его не заботило, он дрался легко и непринужденно, как на тренировке или в уличной потасовке, не проявляя особой ярости или желания отомстить. Я называл безумной Трикс? О, нет — эти ребята все как один неадекваты. А с такими разговор короткий.
Леон атаковал моим же приемом — подскоком с занесенной конечностью. Блокировать клинком — себе дороже, или выбьет посох, или поломает, поэтому притворился, что заношу оружие перед собой, а после отскочил назад и разложил древко. Тощий заигрался, перебрал с силой удара и не сумел затормозить — инерция сама насадила гада на двузубец. Острия пробили панцирь, но почти сразу увязли в переплетении ремней между металлом и туловищем, служащих дополнительным каркасом для разлагающегося тела. Урон незначителен и для более низкого ранга, а ловчий боли и вовсе не почуял — наоборот, с булькающим хохотом шагнул в мою сторону. И как я ни старался, как ни упирался подошвами, натиск не остановил, точно на меня надвигался не человек, а робот.
Темный остановился и скосил взгляд. Не стал оборачиваться, чтобы не терять врага из вида, но по тихому постаныванию понял, что подошел почти вплотную к израненной демонице. Леон растянул лыбу почти на все лицо — парень явно не любит болтать, но выражение рожи было красноречивее любых слов. Если я проиграю — и Хиру, и Ренату ждут недели, а может и месяцы надругательств и унижений, прерываемых лишь на сон и пытки. Их силой заставят делать то, что обычно вытворяют лояльные суккубы в трапезной. Каждый вечер на сцене станут разыгрывать все более и более извращенные «представления», а уж в этом плане у чертей с фантазией все в порядке. Нет, ребята. Обойдетесь. Не сегодня и не в мою смену.
Вытащил посох, на ходу складывая в кистень, хлестанул, как кнутом, выпуская на волю навершие с цепью, и засветил ублюдку шипастым шариком в затылок. Ловчий то ли не знал о свойствах оружия, то ли чересчур расслабился, но не сумел заблокировать удар. Тошнотворно хрустнуло, стрелок споткнулся, но не упал, а попытался лягнуть лоу-киком в колено. Тщетно — зная об опасности, я держал дистанцию. Отойдя еще дальше, раскрутил цеп и послал снаряд в точно лоб. Леон не стал никак уклоняться от подачи — наоборот, с шипящим хохотом подался вперед. Шар вмял остатки маски в череп — ловчий заржал, как гиена, и ускорил шаг. У меня уже плечо заныло от размахивания рукояткой, а толку — будто хлестал прутиком по бетону. Пирамидки пробивали нагрудник, рвали кожаные ремни, дробили кости, а тощий лишь хихикал громче и вонял сильнее, заливаясь смолянистой черной жижей. Несмотря на повреждения, происходящее его скорее забавляло — он вел себя как обколотый наркоман, не чувствуя ни боли, ни страха, ни усталости, только эйфорию, веселье и возбуждение.
Обколотый...
Хм...
А что если доспех не только не дает гниющей плоти развалиться на куски, но и неким образом впрыскивает лечебные и укрепляющие зелья, как некий гибрид костюмов из Crysisи Half-life? Более чем правдоподобная гипотеза, но как ее проверить? Придется или уничтожить броню целиком, на что нет ни времени, ни энергии, или найти эти емкости и ударить точечно по ним. Знать бы еще, где искать... Шлем или грудь? Вряд ли, по ним бьют в первую очередь. Ноги? Такие тонкие, что давно заметил бы любую выпуклость. Руки? Сомневаюсь — отрубят и что тогда? Оставалась спина — самая защищенная и малодоступная в драке зона. С нее и надо начинать, но зайти в тыл столь быстрому и ловкому противнику непосильная задача даже для равного по классу и уровню. Останься Хира в строю — проблема бы решилась в ту же секунду, но коль уж врага нельзя одолеть грубой силой, надо брать умом.
Дал бы кто еще время на подумать. Устав от шипастого массажа, Леон подставил арбалет под очередной взмах, и цепь намоталась на предплечье. Рывок — и оружие застучало по камням, а я чуть не приземлился рядом. Несмотря на бешеную силу, удалось удержать равновесие, но лишь для того, чтобы получить коленом под дых. Не успел выпрямиться, как удар поперек спины уронил на колени, а последовавшая за ним «вертуха» опрокинула навзничь. И мне, увы, лечебного зелья автоматом не вкололи, и боль разрядом тока пронеслась по каждой нервной клетке.
Кстати, о токе. Краем глаза, покуда тот не залило кровью, покосился на волшебниц: Трикс, скривив лицо, метала в Ренату сияющие протуберанцы, а та, в свою очередь, сдерживала напор огненным столбом. Ослепительные лучи бесновались аккурат посередине, но уже скоро пламя чародейки сдало позиции и медленно попятилось под натиском полыхнувшей молнии. Надо спешить, время играет не в нашу пользу.
Поднялся с грацией перебравшего водки бомжа и сразу поймал леща. Упал, прополз пару метров, снова получил — на этот раз по ноге. Леон все еще сдерживался, кайфуя от измывательств, и потому обошлось без перелома, хотя кость чуть выше голени словно окольцевали раскаленным железом. После пинка под ребра боль поутихла: мозг — самый энергозатратный и ресурсоемкий орган — намеревался отключиться, чтобы не мешать организму восстанавливаться. Все поплыло, магические сполохи свернулись в рыже-белый калейдоскоп, звуки стихли, а держать голову прямо стало непосильным трудом.
И все же я карабкался от приближающейся погибели, пока ладонь не легла на что-то холодное и гладкое. Что же, здесь началась эта битва — здесь и закончится. На большее не хватит, как ни старайся, а выше предела не прыгнуть. Избитое тело обмякло, затылок стукнулся об камень, сон надавил стотонной плитой. Сон, от которого не просыпаются.
— Что б ты сдох, — прошептал, еле шевеля губами. — Чтоб вы все сдохли...
Леон оскалился, в буквальном смысле растянув лыбу от уха до уха. Вколоченная в рожу сталь, крохотные черные глазки, некроз на коже и громадная клыкастая пасть — не самый приятный образ, но что поделать — смерть редко бывает милой и красивой. Взяв небольшой разбег, ловчий прыгнул, целясь пятками в грудь. Я же схватил присыпанный грязью обломок катаны за обух и поднял острием вверх. Ублюдок вздрогнул, замахал ногами, но инерция — сука безжалостная, с ней поспорит только магия, а колдовать стрелок не умел. Клинок (а это, напомню, почти метр острейшей стали) гильотиной срезал половину стопы, пропорол икру и рассек колено. Противник перелетел через меня и приземлился на живот, утробно рыча от злобы.
Я встал, взял обеими руками валун побольше и с размаху обрушил на затылок. Пока «зомби» тряс башкой и сучил обрубками, заливая гноем все вокруг, куском меча срезал крепления по бокам панциря и вскинул заднюю «крышку». Под «капотом» оказались штуки, с первого взгляда принятые за вторые кишки — ну а кто разберет этих чертей с их демоническими дарами? На пояснице сплелись ребристые полупрозрачные трубки, заполненные черной и зеленой жидкостями. Присмотревшись, понял — никакие это не кишки и не трубки, а пиявки в три пальца толщиной, не присосавшиеся к коже, как и подобает нормальным пиявкам, а вгрызшимся до самой требухи. Паразиты-симбионты — жрали хозяина, а взамен накачивали целебным дурманом. Удобно, однако такое улучшение больше пригодилось бы танку, а значит, пора исправить недоразумение.
Не без отвращения схватил пульсирующих жирных тварей и, поднатужившись и заскрипев зубами, вырвал вместе с мясом. Лишившись подпитки, Леон обильно истек кровью из всех щелей и ран, да так и сдох. Для верности прислонил лезвие катаны к затылку, наступил на край и тремя ударами ноги перерезал позвоночник. Не самая благородная казнь, зато действенная — теперь уж точно никакие черви не помогут. Отсюда мораль: не играй с добычей, иначе добыча поиграет с тобой. И в некоторых ситуациях удовольствие лучше не растягивать, как бы сильно не хотелось, иначе оно станет слишком дорогим.