Эра Огня 2. Непогашенная свеча (СИ)

— Думаешь, выкрутился и на этот раз? — прошипел Наллан. — Думаешь, так просто всех обвел вокруг пальца?
— Не понимаю, о каком пальце вы говорите, служитель Наллан, — смиренно отозвался я и отвесил вежливый и предупредительный поклон.
— Всё ты понимаешь, мелкий гаденыш. Но ничего, я очень терпеливый человек. Ты у меня…
— Служитель Наллан, — оборвал его Лореотис, — вы, кажется, немного забылись. Я слышу, как вы оскорбляете рыцаря Ордена в присутствии свидетеля, коим являюсь я. Вы оскорбляете, кроме того, гостя моего дома, а значит, и меня самого. Я готов забыть об этом, поскольку понимаю ваши эмоции — совершенно, кстати, необоснованные. Простого извинения будет достаточно.
— Я с удовольствием принесу любые извинения, когда увижу голову этого недобитого скота с выклеванными вороньём глазами!
Лореотис положил руку на эфес меча.
— Убирайтесь прочь, служитель. Имейте в виду, я доложу об инциденте главе Ордена, а он обратится к главе клана. Мы уже десять раз обсуждали правила мирного сосуществования наших орденов, и Дамонту не понравится, как вы втаптываете в грязь все усилия.
Наллан неожиданно оскалился, будто хищник, почуявший добычу.
— Знаете, что интересно, господин Лореотис? То, что маги Земли не склонны употреблять такие выражения, как «втоптать в грязь», в уничижительном ключе. Грязь — суть, земля, наша стихия.
— Грязь — земля, смешавшаяся с водой, — отрезал Лореотис. — Вязкая и бесполезная. Странно слышать такие речи от главы Ордена Служителей.
Но служитель Наллан, похоже, его не слушал. Он перевел взгляд на меня.
— И безродный мальчишка, случайно открывший в себе силы Земли, вряд ли будет лепетать «слава Огню», как это сделали вы, господин Мортегар, когда впервые оказались в казематах.
Он потянул воздух носом и оскалился еще страшнее. Пахло горелым ковром и матрасом.
— Что там у вас случилось? Не рассчитали с заклинанием?
— Свеча упала на ковер, — сказал Лореотис. — Всего наилучшего, Наллан. До встречи у главы клана.
Он захлопнул дверь и быстрым злым движением задвинул засов.
— Вдобавок ко всем твоим успехам, ты еще вот-вот развяжешь войну между орденами, — проворчал Лореотис. — Ладно… Пошли завтракать. Потом посмотрим, что можно сделать…
— А можно не завтракать? — спросил я. — Или взять еду с собой? Господин Лореотис…
— Я тебе не господин, а брат теперь. Давай без церемоний. «С собой» — это куда?
— В логово Мелаирима, — сказал я. — Ему нужна ваша помощь.
— Вот как? — удивился Лореотис. — Что же у него за беда?
— Он умирает. И помочь ему может только маг Огня.
— От голода, что ли, умирает? — хмуро буркнул Лореотис.
— Нет. От голода мои девчонки умирают. Если, конечно, еще друг дружку не съели…
Лореотис кивнул и погромыхал в доспехах на кухню, а я на всякий случай полез в глубины интерфейса. Вроде бы можно как-то узнать, жив раб или нет… Где же это?.. А, наверное, вот: магическое имущество. Ну-ка…
К вашей магической силе привязаны:
- Меч рыцарский, 1 шт.;
- Раб-телохранитель Натсэ, 1 шт.;
- Раб Тавреси, 1 шт.
Тавреси! Та рабыня, которую я купил для ритуала! Ой, блин, и забыл совсем… Что же мне с ней теперь делать? Так… Ладно. Об этом я подумаю, например, завтра. Пока есть более насущные вопросы.
— Лореотис! — крикнул я. — А где у тебя туалет?
— За углом, на улице, — донесся ответ из кухни.
***
Туалет, судя по моим внутренним биологическим часам, отнял у меня не меньше получаса. Огненные часы были всё же точнее — согласно им, я управился меньше, чем за две минуты. Оставался лишь чудовищный сушняк из проблем номер один.
Я вывалился из — каменной, разумеется, — будочки уличного туалета и, шатаясь, подошел к каменному колодцу. Схватился за каменную крышку. Она и на миллиметр не сдвинулась от моих усилий.
— Пошла вон, — просипел я и вызвал черную руну Земли.
Крышка соскочила, будто картонная. Я опустил вниз ведро и достал самую прекрасную в мире жидкость. Да чего там — самое прекрасное вещество вообще. Наверное, это неправильно для мага Огня — так относиться к воде. Ну и ладно, буду неправильным магом. Талли, вон, вообще из купальни не вылезала.
Пил я еще две минуты, а потом облился остатками и присел на край колодца, позволяя легкому ветерку и набирающему силу солнцу осушить меня.
Огляделся. Дом Лореотиса находился в компании ему подобных. Видимо, это был рыцарский поселок — еще одна интересная деталь в крепостных скалах.
Домики казались одинаковыми, но на самом деле походили друг на друга, как один камень на другой. Видимо, внешним видом никто особо не заморачивался, какие получились глыбы — такие и ладно. Ну а внутри уже каждый, надо полагать, обустраивался по своему усмотрению.
— Эй, ты там не утонул? — вышел из-за дома Лореотис с заплечным мешком. Он был без доспеха, в простой одежде. Выходной, наверное.
— Порядок! — откликнулся я и вернул на место колодезную крышку.
Я подошел к Лореотису, он бросил мне мою рубаху. Пока я одевался, он спросил меня, куда пойдём.
— Есть два пути, которые я знаю. Один — за воротами. В холме у реки. Другой — через подвал академии. Но его Герлим запер наглухо.
— Наглухо? — фыркнул рыцарь. — Герлим? Хорошая шутка.
Я в ответ криво улыбнулся.
— Держи-ка. — В руке Лореотиса появился мой трофейный меч. — Повяжи на пояс. Не надо пренебрегать возможностью показать, кто ты есть. По крайней мере, иногда.
Мы двинулись по тропинке. Я возился с креплением ножен, и Лореотис сдерживал шаг. На крылечки домов выходили люди — рыцари без доспехов. Кто просто щурился на солнце, наслаждаясь ясным днем, кто забивал трубку. Я увидел нескольких женщин, пару ребятишек — похоже, тут и семьями жили.
— Так держать, Морт! — слышалось порой то от одного, то от другого дома.
— Славно ты этого выпендрёжника уделал! Теперь-то нос опустит.
— Добро пожаловать в Орден, брат!
Я в ответ смущенно кивал и махал рукой.
— Дружный у вас коллектив, — заметил я, когда посёлок остался позади.
— Орден, — пожал плечами рыцарь. — Братство.
Вот и сбылась мечта идиота, стал частью чего-то большего. Обрёл могущественных друзей. Только всё равно сердце что-то глодало. Потому что у меня от них была серьезная тайна. Узнай они её — и от дружелюбия следа не останется.
Да и опять я победил нечестно. На помощь пришёл Ардок со своим «деревенским кунг-фу». Это меня огорчало ещё больше. Я чувствовал себя восходящей поп-звездой, продуктом деятельности гримеров, пиар-менеджеров и звукорежиссеров. Мыльные пузыри рано или поздно лопаются, эту простую истину знает каждый ребенок. Вот только мало кто знает, что делать, если ты оказался внутри такого пузыря.
А потом я вспомнил слова Тарлиниса, отца Авеллы, и мне, как ни странно, полегчало. Как там он говорил? Что-то вроде: «Каждый человек оказывается в том или ином месте тогда — и если! — когда он там необходим». Так что, быть может, я всё-таки играю тут какую-нибудь важную роль.
На подступах к академии стали попадаться гуляющие ученики. Одни не удостаивали меня и взглядом, другие таращились, раскрыв рты, особенно когда замечали выглядывающую при каждом шаге из-под плаща рукоятку меча.
Возле самой скалы мы наткнулись на Ямоса. Он, хмурый и красный, как рак, тащился со стороны реки с корзиной, полной мокрой одежды. Похоже, нового раба ему мать так и не купила.
Увидев меня, Ямос встрепенулся.
— Морт! — воскликнул он, двинувшись навстречу. — Ну ты дал! Где тебя…
Он осекся, заметив меч. Перевел взгляд на Лореотиса. Тот остановился, давая нам время поговорить.
— Слушай, ты когда-нибудь остановишься? — с какой-то даже досадой сказал Ямос. — Или к концу года станешь главой клана?
— Э! — Лореотис отвесил ему подзатыльник. — Разговорчики. Ты не в кабаке сидишь.
Ямос потер затылок и на всякий случай отступил на шаг.
— Где был-то? — спросил он.