Синто. Дневник не героя (СИ)
Я поразмышляла над этим, и меня обуяло веселое равнодушие, будет как будет. Вот кажется что знаешь себя и разбираешься в себе, а потом происходит такое, что выбивает напрочь. То что должно пугать не пугает, то что должно радовать не радует, чего-то хочется, а чего не поймешь. Интересно я одна такая странная или все люди такие?
Я прилетела в поместье Синоби раньше на три часа, встретилась с младшим братом, поблагодарила за сохранность души, он посетовал, что ее пришлось отсылать, что я не забрала ее сама, мол, не хорошо. Мы поболтали какое-то время, смышленый он мальчишка все-таки. Потом нашла маму Яну и она провела меня к дочери. Очаровательная серьезная маленькая леди.
— Ты моя мама, — тут же заявила она, наверное ей меня заочно показывали.
Я молча закивала, сказать ничего не получалось.
— Посмотрите, ко мне мама пришла! — закричала она, обернувшись к друзьям, таким же малявкам, от двух до четырех. Налетела толпа.
— Что-то она маленькая, какая-то, — авторитетно заявил мальчик постарше. Это вызвало лавину обсуждений меня и моей внешности. Я взглядом взмолилась о помощи к маме Яне, та быстренько переключила сорванцов и увела играть. Мы остались вдвоем, я усадила на руки мою Мегги-Лану, и она тут же принялась мне рассказывать о своей жизни и о товарищах. Мелькнула дурацкая мысль, что уже в таком возрасте детей учат докладывать, но все было куда проще, дочка стремилась ввести блудную маму в свою жизнь. Мне стало ужасно стыдно. Я как могла поддерживала разговор и запоминала, кто рыжий Санька, а кто быстрее всех взбирается по канату и прочее. Наговорившись, дочка заявила:
— Ну всё, пойдем, ты ж знаешь, кто приходит, тот играет со всеми.
Да я помнила эту традицию, и до сих пор помню чужую маму, что играла с нами больше всех. Играли во «Льва», я с завязанными глазами ловила хохочущих и визжащих малышей, а потом отгадывала кто это. Время пролетело незаметно, пришла пора прощаться.
— Когда ты сможешь прийти в следующий раз? — строго спросила дочка.
— Я не знаю, доченька, — честно ответила я. — Я скоро улечу опять на другую планету, и не знаю когда вернусь.
— Ну ладно… Раз на другую планету, я не буду обижаться, — серьезная до невозможности. — Но когда ты опять прилетишь, ты придешь?
Я закивала.
— Обязательно.
— А может, до отлета ты сможешь еще раз прийти?
— Я постараюсь, очень, но не могу ничего обещать.
На прощание я обняла ее и поцеловала, вместо, до свидания, услышала «приходи».
Когда я ушла, глаза были на мокром месте.
— Больно? — спросила мама Яна. Я закивала.
— Всем больно. Но вспомни, долго ли ты грустила?
— Кажется, нет…
— То-то же, мы не зря свой хлеб едим. Не расстраивайся, просто старайся приходить почаще.
— Спасибо вам, — и я обняла ту, что заменила мне мать.
Глава 27
Ужинали мы с лордом вдвоем в его домике, на кухне, у нас принято близких людей принимать на кухне, более официальное общение уже в гостиной. Еда была выше всех похвал, я не ожидала, что так ей увлекусь, но застольная беседа не клеилась.
— У тебя отменный аппетит — сказал Синоби, чтоб завязать разговор. Он кстати принялся мне «тыкать» как только мы остались наедине, а у меня язык не поворачивался сказать ему «ты».
— Просто я давно так вкусно не ела.
И мы опять надолго замолчали, подумалось, что теперь драки между нами точно не будет, с полным брюхом я ему точно не соперник.
— Ты останешься на ночь? — это прозвучало как предложение порции салата, до меня смысл сказанного дошел с задержкой.
— Я не люблю боли, и не потерплю насилия над собой, лорд Синоби, — сказала я спокойно и буднично.
— Ты знаешь что я чудовище, и тем не менее пришла. Что мне может помешать сейчас?
Я пожала плечами. Ничто не может помешать.
— Я хочу знать, почему ты пришла! — приказал он.
Судьба, помоги ответить правильно.
— Потому что не могу забыть вашего лица тем вечером…
Он молча смотрел на меня, потом отвел взгляд.
— Те три женщины, которые… Им нравится то, что я делаю, не знаю, поймешь ли ты это…
Как ни странно понимала, и поздравила себя с тем, что не выболтала психологу, что именно я делала с Таксоном, клеймо садистки — это то, без чего я обойдусь.
— Я не собираюсь причинять тебе боль, — сказал Синоби, глядя мне в глаза.
— Я останусь на ночь, — что еще я могу сказать.
— Почему? — вот любопытство неуемное… Я встала, взяла его за руку и подвела к большому зеркалу. Мы отразились в нем вдвоем, сухощавый, но сильный мужчина, первое что приходит в голову глядя на него — хищник, и невысокая гибкая девушка, которая, тем не менее, может за себя постоять.
— Неужели вы сомневаетесь в своей привлекательности? — спросила я. Синоби рассматривал наши отражения, а я смотрела на него.
— Аррен, мое имя Аррен… — сказал он, потом развернулся, и легко подхватив меня на руки, понес к спальне.
Он обращался со мной как со стеклянной, ни мне, ни ему это, похоже, не доставляло удовольствия. В конце концов, я решилась взять инициативу в свои руки, дело пошло на лад, только я очень пожалела о том, что так наелась. Закончилось все приятным для нас обоих образом, отдыхали мы недолго, Синоби начал новую игру. В этот раз он был лидером, все получилось просто замечательно — безудержно и страстно. После такого меня сморил сон. Под утро я проснулась от страстных поцелуев и покусываний, от которых мое тело изгибалось и вздрагивало, все повторилось опять. Когда я лежала в счастливом опустошении, не помышляя даже рукой пошевелить, до меня дошло, что скорей всего, на теле остались отметины.
После душа я рассмотрела себя, так и есть, небольшие синяки на запястьях и бедрах, на шее и груди следы от зубов, и засосов. Что самое интересное, я не помню моменты появления некоторых из них, Аррен сумел довести меня до почти невменяемого состояния. Когда я собиралась отойти от зеркала, в ванную вошел Синоби и увидел мое отражение. Он пристально посмотрел на синяки, его лицо изменилось, как у хищника увидевшего подраненную жертву, и он направился ко мне.
— Аррен! Нет! — наработанные навыки не подвели, вместо испытываемого страха, в голосе прозвучал приказ. Он остановился и даже мотнул головой, а потом вышел. Я посмотрела на себя, в глазах был страх.
Когда я, замотавшись в халат вышла, его не было в спальне, он плескался в гостевой ванной. Быстренько одевшись, я по голосовому браслету отзвонилась отцу, сказав, что все в порядке, подробности позже. Естественно, после сцены в ванной мои слова были наглой ложью, но зачем его расстраивать. Аррен сидел в ванной больше получаса, видно в надежде, что я уйду не попрощавшись. Ну уж нет.
— Ты еще здесь, — сказал он зло, когда пришел за одеждой.
— Нам надо объясниться.
— Знаете что, леди некст Викен, идите-ка вы к своему отцу, пославшему вас, и передайте, что я доволен его подарком, и он может рассчитывать на мою благодарность в разумных пределах.
Вот гад, как больно ударил… У меня не было даже злости на это двойное оскорбление, только обида. Слезы потекли по лицу, а я думала, что такая реакция только на физическую боль.
— Трус. Дурак и трус, — тихо сказала я, оставаясь сидеть на кровати, сил чтобы уйти, пока не было.
Синоби открыл было рот, чтобы выдать очередную порцию гадости и не смог, остался стоять отвернувшись. В молчании прошло несколько секунд, я почувствовала, что тело готово меня слушаться, встала и пошла прочь. Я прошла уже пол гостиной, когда он догнал меня и прижал к себе спиной.
— Не уходи…
Ну да, лорды не извиняются.
— Аррен, ты знаешь, что нам было замечательно этой ночью, но если ты не можешь себя контролировать… Я ведь не сдамся просто так… это все может однажды плохо кончиться.
— А если я скажу, что могу себя контролировать, ты готова прийти еще?
— Да.
Он развернул меня и поцеловал, это был самый нежный поцелуй из всех.