Отдых с замурчательными осложнениями (СИ)

— В каком состоянии? — поинтересовалась взволнованно.
— Космолет серии Ип-Хри, разработки расы бихти с доработками других цивилизаций заброшен, обесточен, — резюмировал компьютер, и мне подурнело. Хорошо, что Лейн спал, иначе бы волнение и переживания добили его.
— Как заброшен?!
— Крупной формы жизни не обнаружено.
Ошарашенная информацией, я упала обратно в кресло, и только надежда, что на больших расстояниях возможны ошибки сканирования, не дала мне окончательно пасть духом.
Третий спутник совсем рядом. Время полета к нему — две уны, однако казалось, что мы летим ужасно медленно, словно пешком идем.
Сердце колотилось, пытаясь вырваться из груди. В голове царила полная неразбериха. Радость, что Лейн жив, сменилась отчаянием. Как я скажу ему, что не нашла брата?! Что будет с ним? А с Карсом?
Ведь это я во всем виновата! Не попала бы на крейсер верийцев — осталась бы дома, и ничего бы с моими мрархами не случилось. Разве что тогда бы мы никогда не встретились…
Но сейчас я готова была отказаться от них, только бы с Карсом все было хорошо…
На голографическом экране внимательно отслеживала наше приближение к «Нырку». И вот увидела сканированную версию пострадавшего космолета. С первого взгляда видно, что он сильно потрепан, заброшен, нежилой… От сильного волнения я вскочила, бросив панель управления, и компьютер уточнил:
— Перевести управление в ментальный режим?
— Да, — ответила глухо и, чтобы обрести хоть какое-то утешение, обернулась к Лейну, который спал и восстанавливался в соседнем пилотском кресле.
Даже во сне челюсть моего любимого мрарха упрямо сомкнута. Что ему снится? Борьба, опасность? Враги?
От нахлынувшей нежности и тревоги, потянулась к нему. И поразилась, когда от осторожного прикосновения с его лица посыпалась черная шерсть…
Я одернула руку, испугавшись, что делаю ему больно… Но нет.
Трепетно провела рукой по подбородку, щеке, виску Лейна… — везде шерсть отпадала, кроме той, что являлась волосами.
Какой же он худой и изнеможенный! Как изменился. Не думаю, что только из-за цвета волос. Испытание суровым Ау тоже не прошло даром…
Вдруг Лейн приоткрыл глаза. При виде меня на его губах появилась улыбка. Но вскоре он снова впал в сон, а я осталась наедине со своими мыслями.
«Если бы не Виск — не было этого космолета, медоборудования, и кто знает, что с нами стало бы?»
— Объект по курсу, — отчитался компьютер. — Живой формы жизни нет. Атмосферы тоже нет. Готовиться к состыковке?
Я будто сама умерла после пугающего отчета. Но не поверю, что это конец, пока не увижу собственными глазами. Да и если на «Нырке» Карса нет, значит, он есть где-то в другом месте!
— Да, — подтвердила, решив, что лучше осмотреть разоренный «Нырок», пока Лейн спит. Хватит с него испытаний.
Чувствовала я себя ужасно. Но как только произошла состыковка, торопливо надела более прочный скафандр, как советовал бортовой советник, и только потом отправилась на поиски.
Ноги как ватные. Еще и входной шлюз оказался заблокированным. Чтобы войти, предстояло прорезать в нем щель, а я не могла решиться. Мне казалось, что своим варварским действием я подтвержу, что это больше не «Нырок», а пустая груда металла.
Пока стояла и думала — как лучше поступить, бортовой компьютер сумел перенаправить часть энергии обесточенному космолету, расшифровать код доступа, и входная панель чуть приоткрылась, впуская меня в темное нутро опустошенного «Нырка».
Внутри пустынно, жутко, и я, осматривая космолет, только и думала: что же пришлось пережить моим мрархам?
Все разломано, разбросано, в хаосе летало по каютам. Черная панель управления молчала, и даже прежде болтливый и ехидный Нырок не отзывался на запросы, хотя энергии для бортового компьютера передавалось достаточно.
Так я и бродила, оглядываясь по сторонам, пока не подошла к панели управления и не увидела вместо пилотских кресел обугленную черную массу…
Еще долго я не могла прийти в себя и продолжала стоять в оцепенении.
Карса не вернуть. Все слишком очевидно.
  
= 36 =
 
Лейн
Нестерпимый голод разбудил от крепкого сна. Я тут же подскочил, испугавшись своей беспечности.
«Нельзя спать!» — и первым делом получил оглушительный удар, ударившись головой о панель.
— Осторожнее, — голос бортового компьютера шокировал окончательно. Подумал, что это только сон, но я и вправду на космолете!
— Сола! Малышка!
Она не отзывалась. Тогда я, держась рукой за макушку, встал из кресла.
— Малышка!
— Она на заброшенном космолете серии Ип-Хри… — оповестил компьютер.
Я сразу же бросился к пульту управления, где на экране и увидел то, что осталось от «Нырка»… Одна пробоина чего стоила…
Не думая ни о чем, помчался к шлюзу. Если бы из хранилища не выпал скафандр, так бы и побежал без защиты.
Костюм надел почти мгновенно. Однако умрррыхов компьютер не открывал шлюз, пока не убедился, что я плотно зафиксировал все клапаны.
Как только створки отворились, рванул на «Нырок» и сразу понял, насколько все плохо.
Однако хуже всего — это Малышка, поджавшая колени и лежащая на полу, прямо перед выбоиной.
Метнулся к ней и подхватил на руки.
Она в безграничном горе, я тоже, но сейчас на первом месте Малышка. Все остальное, даже я — потом.
Торопливо перенес ее на космолет, подозрительный и незнакомый, но очень крутой, и попытался положить в медкресло, из которого недавно выбрался. Однако пока собирал свою отпавшую шерсть, Малышка очнулась.
Ее тоскливый взгляд я почувствовал спиной. Оглянулся и застыл.
Не надо слов, чтобы ощутить и выразить наш общий страх. Только Малышка хрупкая, и я должен быть сильнее, быть ее защитником, поэтому опустился на колени и крепко обнял ее.
— Мы обязательно найдем Карса! — соврал. Думаю, она почувствовала ложь, но кивнула.
Обнявшись, мы так и сидели, пытаясь примириться с тем, что теперь остались одни. Как жить без Карса? Что делать?
Одно точно: надо скорее улетать. Кто бы нас не преследовал — сначала надо унести хвосты, а потом уже думать о мести.
— Улетаем.
Малышка вздрогнула.
— Мне нужна твоя помощь, — посмотрел ей в глаза. Просить помощи я не привык, но теперь все, что у меня есть — только она. И я должен держать себя в руках, чтобы не подвергать ее риску.
Она кивнула, ослабила объятия и медленно поднялась.
С удивлением я наблюдал за ней, за каждым ее движением. Зато оторопь и шок помогали мне справиться с потерей брата.
Неужели это моя Малышка? Как она стала мрархийкой? Разве это возможно? Да с таким редчайшим окрасом? А потом двойной страх охватил меня: что, если она не простит мне потерю Карса? Что я буду делать один во всей вселенной?!
— Лейн? — очнулся от нежного прикосновения. — Мы справимся.
Голос Малышки дрожал. Я посмотрел на ее зеленые глаза изумительного холодного оттенка и молча кивнул.
Улетали мы с орбиты с неподъемной тяжестью на душе. Однако бросить останки «Нырка» не смогли, поэтому не расстыковываясь, оставили его частью нового нашего «дома», пытаясь в чуждый новый привнести часть того счастья, которое было у нас прежде.
Конечно, это невозможно, но и обрубить связь с прошлым мы тоже не могли.
***
Я не находил себе места и не находил смелости, чтобы повторно войти в опустевший «Нырок».
Малышка не настаивала, но когда смотрела на шлюз, на ее лице появлялась такая тоска, что не выдержал: начал надевать скафандр, чтобы совершить еще один мучительный рейд.
— Я с тобой, — встревожено прошептала она, коснувшись моего костлявого плеча. Ожидая ответа, нервничала, пригибала ушки.
— Лучше не надо, — отказался от помощи. Сам соберу пепел. Не хочу, чтобы она снова пережила боль.
Малышка смотрела затравленно, но все же согласилась: кивнула и вернулась в свою каюту. Пилот для управления кораблем не нужен, и мы оба маялись, пытаясь занять себя чем-нибудь, лишь бы избавиться от гнетущих мыслей и воспоминаний. Но смотреть на нее поникшие плечи и дергающийся хвост невозможно.