Осужденный на игру | G&C I (СИ)

– Гномы повезут Ножа по центральной улице, чтобы все видели, что люди лишились последней надежды на главенство, – инструктировал в памяти мага Пликс.
Городская стена предстала перед глазами путников с распахнутыми крепостными воротами и неожиданно большим, в сравнении с обычным днем, числом гномов-стражников. 
– Они сделают все, чтобы мы не проникли в город в этот день!
– Почему? – заинтересовался Марио.
– Потому что Мстислав не дурак и играет не первый год. Они знают, что ты пошел за помощью. Скорее всего среди банды Рафи наседка, которая регулярно несет свои яички бородатым.
Марио подошел к неприглядной двери, через которую первый раз вошел в город!
– Не трать ману. Покажешь охране это! – звучало в его голове.
– Кого там нелегкая принесла? – недовольно возмутились из-за двери, в ответ на тяжелый стук газовым ключом по кованой рукояти.
– Вам письмо!
Марио просунул в дверную щель листок, и спустя секунды черные очки подсветили всплывшую табличку: 
«Свиток подавления воли» применен! 
– Открывай и сопровождай нас. На все вопросы говори «это со мной». В случае боестолкновения защищай, как родную мать! – жестоко произнес маг.
– Это же не этично? – возмутился из-под накидки фей.
– Зато дешево, надежно и практично! – отрезал маг. – Не этично людскую диаспору на эльфийский лист кидать!
– Когда такое было? – удивился Сашуас.
– Ты тогда тоже спал!
У Михаила не осталось смешных шуток, его слегка потряхивало, ведь он шел убивать.
– Расположись на крыше у поворота – это у статуи Птицеголовому богу, – и жди. Примерно в полдень, когда солнце будет в зените, они будут проходить мимо нее.
– Что за странный ритуал, почему нельзя его просто убить, никуда не таская? 
– Это их традиция. Будет гномий суд. Конечно же, он вне королевского закона, но этот город – черный город. Закон тут – гномье золото, – продолжал инструктаж эльф.
Обычный рабочий день в торговом городе: толпы спешащих вокруг людей и нелюдей, повозки с воняющей рыбой, лотки с товарами и ор торгующихся торговцев. Адреналин закладывал уши так, что Марио не слышал предложений купить кафтан или дыню, как не слышал и постоянных ответов гнома «это со мной!». Того, кстати, самого гнома, который впускал его в город-крепость в его первый день. 
5 хитов 
Облегченная секира: +5 к урону 
Мифриловый доспех: +8 к броне 
Бородач тащился за магом со стеклянными глазами, лишь иногда сурово отвечая назойливым продавцам.
– Милорд купите фрукты!?
– Это со мной!
И продавец отставал, но иногда диалоги затягивались.
– Купи! Купи яйца, страусиные яйца! 
– Это со мной! – отчеканил страж.
– Сударь, но ведь не у всех есть страусиные, хотя я ничуть не сомневаюсь в ваших достоинствах! – тараторил невысокого вида хоббит в прозрачных гномих очках. – Купите на пробу?
– Это со мной! – продолжал гном.
– Всегда с вами будут замечательные яйца!
– Это со мной!
– Я не понимаю вашего отказа! – торговец преградил Марио дорогу.
Маг поднял глаза, поглядев в самую душу коммерсанта поверх черных очков. 
– Брысь с дороги, – жестко процедил он и сквозь зубы добавил, – Заморожу! 
Крыша – это, конечно, хорошо – проще будет уходить, но как туда забраться и сидеть там незамеченным немногочисленной, но все-таки встречающейся городской стражей? Неспешно бредя по центральной улице, маг приметил маленькую цирюльню с прозрачными витринами, опять же из гномьего стекла. 
– Ты стоишь у входа в заведение. Как только шествие с пленными будет подходить, выскочишь на дорогу и начнёшь бой с охраной.
Маг зашел в цирюльню, оставив гнома караулить.
Неторопливый, манерный эльф оглядел мага с ног до головы, держа ножницы так, как будто они – бокал дорого вина. 
– Тут не подают! – замахал эльф свободной рукой, сделав пару шагов навстречу Марио походкой канатоходца под куполом цирка.
– Убери мне бороду, белка (пренебрежительное обращение к эльфам), а усы оставь подковой (такие в имперских тюрьмах носят только осужденные по националистическим статьям), будто бы я с кентавром подрался! 
Михаил скинул с себя накидку, обнажая костюм водопроводчика с феем, потирающим кулаки в набедренной сумке.
– У меня не дешево! – предупредил эльф.
– Один раз живем!
Серебряная монета полетела прямо в руки цирюльнику.
– Дроби свои мысли на кусочки, прячь их от программы-надзирателя, а лучше скрывай за фальшивыми мыслями, – предупреждал в памяти Михаила Пликс. – Они недолжны знать, что ты на пути к «выходу»!
  
Глава 16. Удар водопроводчика
 
Гул уличной толпы нарастал, становясь навязчивей и злей. Это были не просто крики, это были жадные до чужой боли молитвы к неведомому жестокому богу. 
Рафи Нож гордо стоял в клетке из кованых витых прутьев в три пальца толщиной. Летевшие в узника объедки и тухлятина, несмотря на ограду, все же иногда долетали до цели. О чем может думать приговоренный к казни? Для Рафи время растянулось, и он наслаждался медленно двигающейся повозкой с впряженным в нее мулом. Вот она аптека, с которой он брал поменьше, чем с остальных. А вот и хоббит-аптекарь, зло бросающий в клетку гнилой овощ. Вот лавка сапожника, седого лысеющего мастера, который за ухо забирает из ликующей толпы своих двух балбесов сыновей. И лица, лица, лица… каждое со своей историей и с внезапно проснувшейся ненавистью к бандитствующему игроку.
Рафи видел всех. И запоминал всех. Его бизнес подразумевал определенную специфику, которую умный игрок не мог не учитывать, а Рафи не относился к глупым игрокам.
Вышел к толпе и эльф-цирюльник, оставив Марио в кресле клиента. Зеркало говорило, что небритость была побеждена, и теперь лицо мага украшали усы, бросающие вызов обществу.
– Смотри! Там, на столе фрукты, – прошептал Сашуас. – и эльф как раз не видит.
– С каких пор ты воруешь? – неодобрительно поморщился Марио.
– Ворую? Мы вообще-то еще и убиваем. И ты этому эльфу целый серебряный за усы отвалил! – нахмурился в ответ фей.
Скинув с себя простынь, Марио тоже пошел к выходу, по пути сунув одно яблоко в сумку к Сашуасу.
– Наконец-то этого бандита накажут по заслугам, – озвучил эльф свои мысли.
– Не сегодня, – процедил маг, как раз выходя из цирюльни к зачарованному гному, безразлично стоящему у входа. 
Повозка охранялась гномами и людьми. Маг насчитал шесть гномов в доспехах и двоих человек с копьями из числа городской стражи, один из копейщиков вел за узду мула.
– По предыдущим установкам отбой. Атакуй колонну, как только услышишь взрыв! – шепнул Марио гному на ухо, едва наклонившись.
– Сашуас, твой выход. Планируешь в клетку с Рафусом, кидаешь под телегу фаерболл и сразу же ставишь щит. Далее ложишься спать. Перед этим всем скажи Рафи, чтобы падал вниз клетки и закрыл тебя и свою голову руками.
– Так себе план, Марио! – покачал головой фей.
– План хорош. Спать во время боя для тебя норма. Проснешься, все уже закончится. Съешь шляпку гриба на плюс четыре к удаче!
Маг подсадил фея в правую ладонь, закидывая в рот ножку гриба на плюс один к удаче. 
– Готов?
– Это унизительно.
Сашуас сморщился, прожевывая гриб, но упираться не стал.
– Три, два, один!
И Марио метнул фея в клетку с узником. Ошибиться было нельзя, но фей вполне мог. Однако в этот раз он сгруппировался, прижав к себе маленькие ножки руками. В момент баллистического падения Сашуас перешел на парящий режим с вращением на раскрытых крыльях, чтобы проскользнуть сквозь прутья клетки.
– Быстро на пол, голову руками закрой и меня под себя! – крикнул уцепившейся за камзол Рафи фей.
Заклинание «энергощит» работает мгновенно, когда маг видит или предполагает опасность. Вот и сейчас бухнувший между мулом и телегой фаерболл был погашен энергощитом падающего в обморок Сашуаса. Рафи Нож послушно осел на дно узкой клетки, закрывая собой спящего фея.