Варщик (СИ)
— Мне нужно выйти в город.
— Не надейся! — Шустрик пожал плечами. — Тренер не выпустит.
— Устрой нам встречу! — я сел на кровати и посмотрел Шустрику в глаза. — Прости, что прошу. Но моя жизнь висит на волоске, и с каждым часом он становится тоньше.
… … …
— Можешь даже не начинать, Сайлок! — в каморке Тренера пахло куревом и бухлом. На стенах висели плакаты подпольных бойцов. Перебинтованные руки, разбитые лица, блестящие от пота тела. На подоконнике стоял старый кубок за второе место в сезонном чемпионате Серебряной лиги.
Помимо запахов вредных привычек был и другой. Запах специй. Тот, что ярче других выделялся в составе гербухи. Не изучи я рецепт — не почувствовал бы его. Тцин. Понятно. Здесь Тренер хранил гербуху на продажу.
— У меня есть предложение!
— Какое у тебя может быть предложение?! — Тренер хмыкнул, обдав меня перегаром. — Ты торчишь десять тысяч, пацан! Тебе не хватит жизни, чтобы рассчитаться с этим долгом!
— До поединка с Томагавком — два дня. Я дважды выйду в город и продам как можно больше гербухи. Сотню из заработанных отдам Вам, а вы сделаете ставку, что я выстою первый раунд против Томагавка. Выигрыш заберете себе.
— Что за дерьмовый план?! Ты не выстоишь и тридцати секунд! Не смеши! Даже Медный не выстоит целый раунд против Томагавка!
— Вы ничем не рискуете! На кону будут стоять мои деньги и моя жизнь! Кому, если не мне, интересно продержаться две минуты?
— Что значит я ничем не рискую?! — Тренер сжал сбитые кулаки. — Ты за кого меня принимаешь?! Дураку понятно, что ты не вернёшься в аквариум, если я тебя отпущу! Угадай на кого ляжет твой долг?!
— Я вернусь.
— Прости, пацан, но это всего лишь слова. Я и сам бы не вернулся на твоём месте, так что…
— Я поручусь за него!
Мы с Тренером повернули головы к двери. Шустрик смотрел на Тренера, уперев руки в бока. Пацан выглядел уверенно. Мне услышанное не понравилось, я открыл рот, но Тренер опередил:
— Возьмёшь на себя долг, если он не вернётся?
— Да! — не задумываясь ответил Шустрик.
— Это другой разговор…
… … …
Мне чертовски не хотелось подставлять Шустрика. Если быть честным, то… Думаю, я и в правду не вернулся бы в аквариум. Рассчитывал, что Тренер поведётся и отпустит, а теперь… Теперь от моего поведения зависит жизнь парня. Чёрт! Стоило ли вообще в это ввязываться?
— Много людей живёт в городе? — спросил я у Шустрика после ужина.
Мы находились в городе. Об этом я знал и без подсказок. Рецепты, которые я готовил для них содержали координаты погружения. Каждый раз я отправлял людей в примерно одно и тоже место. Своё зелье сделал по тому же подобию. Но координаты погружения слегка изменил, оставив в допустимых пределах.
— Не знаю, — Шустрик пожал плечами. — Много, наверное.
— А где можно узнать?
— Что?
— Население?
— В сети.
Разумеется, чхать я хотел на численность населения. Ответа «много» хватило за глаза. Но я задал вопрос, потому что хотел узнать про источники информации. И услышал то, что хотел услышать. По одежде, девайсам и поведению пацанов и так было понятно — миры не просто схожи. Почти идентичны. По крайней мере сейчас мы находились в одной эре. Говорили на одном языке. Для меня — на русском, для Шустрика — спрашивать не стал. Время утекало, будто вода сквозь пальцы. Главное, что в мире была сеть. Это говорило куда больше, чем кроссовки, выкидной нож и сигареты с фильтром.
— У тебя есть доступ в сеть?
— Нет. Зачем?!
— Как зачем?! Чтобы что-то узнать!
— Для этого есть терминалы!
— Точно, — я кивнул. — Терминалы же…
Информацию получал дозированно. Есть терминалы? Хорошо. Я сделал вид, что вспомнил. Не стоило доводить Шустрика до отчаяния. Он и без того психовал:
— Как ты собираешься продать больше пяти пакетов?
— А в чём проблема?
— В чём проблема?! Как думаешь, почему мы продаём гербуху дороже? Потому что продаём ночью и в опасном районе! Лишние деньги получаем за риск, — Шустрик опустил кепку на глаза. — Я думал у тебя есть план!
— Считай, что у меня есть план, — я похлопал его по плечу. — Лучше скажи, чего стоит опасаться?
— Боже, и зачем я за тебя поручился…?
Про выход пацанов в город знали все. Я думал придётся прятаться или шифроваться. Нет. Тренер пришел к полуночи и махнул рукой. Он не боялся, что его сдадут. Незачем. Тренер не лез в дела пацанов, не навязывал тренировки и даже наоборот — помогал за умеренную плату.
Впервые я прошёл по коридору мимо столовой. Тренер остановился у железной двери с кодовым замком и заслонил кнопки телом. Модуль пискнул шесть раз. Дверь открылась.
— Утром постучишь, как договорились, — сказал Тренер и крепко сжал моё плечо. — И про друга не забывай! Если вытворишь что-то, он будет расплачиваться за тебя!
Пять дней без воздуха и вот он… Не свежий и не бодрящий, но свободный. Как же задолбало сидеть в бетонных стенах.
Город встретил прохладой. Ночь — темнотой. Я оказался на глухой улочке. Впрочем, она выглядела глухой в сравнении с улицами знакомых городов миллионников. Шустрик сказал, что здание Болотной лиги находится в центральном районе. Тогда почему на улицах так мало людей? Наступила ночь. Но разве это помеха для молодёжи?
В кармане у меня лежала начертанная от руки карта. Не совсем карта — фрагмент. Десять линий и ползущая стрелочка. Шустрик нарисовал, как добраться до нашего угла.
Фонари работали через один. Застегнув куртку, я сунул руки в карманы и побрёл по улице. В высотных домах горело слишком мало света. Прохожие — молчаливые пьяницы. За десять минут по раздолбанному асфальту не проехало ни одной машины.
Об убежище я побеспокоился заранее. Шустрик поделился со мной местом, где иногда отсиживался, когда на улицах становилось совсем туго. Последний подъезд заброшенного дома в одном квартале от нашего угла. Я нашёл его быстро. От вида полностью заброшенного семиэтажного дома в центре города стало не по себе. Пробежав четыре пролёта, я нашёл квартиру с красной дверью. В комнате с разбитым окном плюхнулся в кресло.
Что с этим городом не так? Он выглядел чуть лучше, чем город переживший апокалипсис, но хуже, чем город в экономическом кризисе. Думается, находился где-то посредине. Ходить по улицам опасно. Мало-помалу становилось понятно, почему пацаны выбирали аквариум вместо бродяжничества.
Прислушался. В доме тихо. Сгрёб с подоконника пластмассовые горшки и облупившуюся краску. Разложил пакеты с гербухой. Пятнадцать штук. Каждый из рецептов имел изъяны. Некоторые — очень крупные, некоторые поменьше. Варщик, либо плохо сделал своё дело, либо смешивал компоненты большими порциями. При фасовке соотношение менялось. Гербуха работала, но была далека от идеала. Это я и собирался поправить.
Работа кропотливая, но интересная, а главное — шла на пользу. Пакеты разделил на две группы. Первая с завышенным содержанием голубого компонента, вторая — с заниженным. Перебросив лишнее из одних в другие, уравновесил костяк рецепта. Разницу в весе восполнил за счёт серого ингредиента. На последнем этапе нужно было раздробить все крупные комочки и тщательно перемешать. Шесть пакетов отправились в карман, когда я почувствовал тепло:
Вторичная характеристика алхимия повышена до — 2
Общий объём материи увеличен до — 0,78 относительных единиц.
Связи вторичных характеристик алхимии имели особенно красивый цвет. Пурпурный. В общей структуре материи смотрелись диковинно, будто гирлянды на ёлке. Их было две. Нравились больше остальных.
Закончив с пакетами, я рассовал их по карманам и пошёл на точку. Моё место — рядом со светофором у автомата с газировкой. Нашёл его быстро и замер, поглядывая по сторонам.
Первый покупатель подошёл через сорок минут. Обычный работяга — не иначе. Дёрганный, красные глаза. Я сжал кулак в кармане и приготовился. Шустрик говорил, что опаснее всего те, кто просит в долг или скидку. Гербуха нужна для снятия напряжения. Ночью за ней ходят те, кому особенно приспичило. Нервные, злые, агрессивные. Пьяный и озлобленный мужик, которому пацан отказывает в скидке, может стать серьёзной проблемой.