Школа в наследство для попаданки – 1. Замуж по завещанию
Пегас косил удивительными медовыми глазами, всхрапывал, недоверчиво перебирал тонкими ногами и хлопал подвязанными крыльями. Но все же осторожно приблизился к ограде. Поняв, что “нянька” не возражает, конь навалился широкой грудью на бревна ограды и с хрустом съел яблоко.
Софи с умилением смотрела, как он ест и брызгает соком во все стороны. Она сразу же протянула коню еще один плод.
– Красавчик! – леди Мелмот погладила коня по золотистой морде. Потом повернулась к подруге: – Джули, хочешь потрогать? Он славный!
Хочет ли она прикоснуться к этому чуду? К мифическому существу?!
От этой мысли по телу Юли промчалась дрожь, а кожа покрылась мурашками.
Конечно же, хочет! И никогда себя не простит, если сейчас не сделает этого!
Забыв про новое платье, попаданка двинулась ближе к загону. Подчиняясь памяти тела, стянула перчатку и поднесла к ноздрям коня, чтобы тот мог познакомиться с ее запахом.
Виррен фыркнул, мотнул головой, но потом ткнулся носом в ладонь девушки, надеясь отыскать еще одно яблоко.
– Нет-нет! – засмеялась Юля, еле сдерживая восторженный вопль. – Ты красавец, но яблок тебе больше нельзя!
И вдруг на нее накатила волна разочарования. Словно кто-то вылил на голову ведро холодной воды. Юля вздрогнула. Конь отошел, топнул копытом и недовольно фыркнул.
Странное состояние длилось всего секунду. Не понимая, что это было, попаданка глянула на пегаса. Тот смотрел на нее с ожиданием в золотистых глазах.
– Все равно нельзя! – она погрозила пальцем, будто первоклашке.
А сама невольно поежилась: отголоски странных ощущений были еще сильны.
– Ох, Джули, – рассмеялась София, – ты сейчас совсем как твоя тетушка! Она тоже сначала по голове гладила, а потом пальцем погрозила.
– Леди, – напомнила о себе миссис Пимс, – вы уже слишком долго стоите у коней, это могут счесть неприличным!
София открыла было рот, чтобы возразить дуэнье. Потом взглянула на пегаса и молча стала выбираться из толпы. Джулиана и виконт последовали за ней.
Вся компания вышла на свободный от людей пятачок и огляделась. Толпа отнесла их далеко от стоянки кэбов.
– Придется обходить торги с другой стороны, чтобы отыскать свой экипаж, – мрачно подытожил Десмонд.
Они двинулись в нужном направлении, но уже через пять минут внимание девушек привлек цыганский табор и шатер гадалки, расписанный алыми и золотыми символами.
– Джули! Смотри! – София схватила подругу под руку. – Ах, давай узнаем свою судьбу!
Юля скептически посмотрела на грубую роспись поверх парусины и попыталась отбрыкаться от глупой затеи:
– Софи, это пустая трата времени и денег. Наболтает тебе неграмотная старуха невесть что, а ты поверишь и будешь следовать ее словам. Зачем тебе это?
Всякого рода гадания и экстрасенсов она никогда не любила. А уж теперь и вовсе решила сторониться этой братии. Вдруг ее раскроют? Она до сих пор не выяснила, есть ли в этом мире инквизиция и что грозит за переселение душ!
– Ты не понимаешь! – рыжая Мелмот уже загорелась идеей. – Завтра у Шелли будет прием с танцами, и мы сможем рассказать про эту гадалку! Да мы станем украшением вечера!
Шелли? Новое имя заставило девушку насторожиться. Но Софи не дала ни минутки, чтобы подумать.
– Идем! – она потащила за собой и подругу, и компаньонку. – А вы, виконт, подождите нас здесь. У девушек есть секреты, и незачем мужчинам их знать!
– Кажется, сегодня кто-то обогатится на один золотой, – зевнул Марк, не скрывая скептицизма.
Сам он со скучающей физиономией прислонился к поилке для коней. Мол, буду вас ждать сколько придется.
Но Юля заметила тоскливый и жаждущий взгляд, который виконт бросил в угол лужайки. Оттуда то и дело раздавались звуки ударов и громкие крики. Похоже, шли кулачные бои или что-то подобное. А еще поблизости мелькали подозрительные лощеные мужчины средних лет с приклеенными к губам улыбочками. Они вежливо кланялись прохожим и спрашивали полушепотом:
– Ставками интересуетесь?
Один такой тип приблизился к Марку, но тот отрицательно покачал головой. Правда, не сразу.
Заминка была секундной, но все же была, и Юля ее уловила. Неужели жених Джулианы еще и игрок? Как бы это проверить?
Она хотела вернуться и прямо спросить, но Софи буквально втащила ее в шатер, а кто-то задернул полог, отрезая виконта от спутниц.
***
Внутри шатер был оформлен по всем правилам профессионального надувательства. Полупрозрачные занавеси, красные и синие светильники, насыщенный аромат благовоний, подушки и ковры. Старая гадалка сидела в центре шатра перед низким мозаичным столиком и задумчиво смотрела на вошедших.
– Добрый день! – вежливо поздоровалась с ней внезапно оробевшая София.
– И вам не хворать, – отозвалась старуха хриплым, прокуренным голосом. – Что, леди, заглянули развлечься? Ну так старая Малла поможет узнать вам свою судьбу! Кто первый? Испугались?
Юля не боялась, она старуху-цыганку даже всерьез не восприняла. Просто разглядывала яркие занавеси внутри шатра. Некоторые выглядели очень дорогими, хотя и потертыми.
Миссис Пимс мышкой притаилась у входа. Пожилая дуэнья искренне боялась проделок своей подопечной и того ореола таинственности, которым был окутан шатер гадалки.
А вот Софи вскинулась, как цирковая лошадь, и тут же плюхнулась на подушку перед столиком:
– Я не боюсь! Гадайте мне!
Цыганка уточнила:
– По руке или карты раскинуть?
– По руке! – леди Мелмот стянула перчатку и предъявила старухе ладошку с мозолями от поводьев.
Та взяла протянутую конечность, погладила сухими чуткими пальцами и усмехнулась:
– Норовистая вы лошадка, леди, да только в течение года выйдете замуж, а потом нарожаете супругу рыжих дочерей ровно полдюжины!
София дернулась, широко открыв глаза, и обернулась к подруге:
– Нет! Это неправда!
– Так на руке написано, – хмыкнула цыганка. – Если хотите, могу еще и карты раскинуть, узнать, какой масти будет ваш муж и как вы будете жить.
– Нет-нет-нет! – напуганная внезапными брачными перспективами, леди Мелмот вскочила и дернула подругу за руку: – Вот, лучше Джулиане скажите, когда она замуж выйдет!
Старуха взглянула на вторую гостью, которая все это время со скептическим видом оглядывалась вокруг, и кивнула ей на подушку:
– Садись, птичка залетная, давай ладонь.
Юля, поняв, что обращаются к ней, настороженно глянула на цыганку. Та смотрела так пристально и проницательно, что девушке стало не по себе. А еще эта странная улыбочка, играющая на тонких губах старухи…