Танго на троих (СИ)
— И не своими, кстати. Потом обсудим, а сейчас избавься от неё. Но сделай это красиво.
— Это как, на тройке гнедых, что ли, отправить?
— Можно и на такси, просто побудь добрым и галантным парнем, и телефончик, кстати, у неё возьми.
— Братуха, ты точно устал, — Геныч посмотрел на меня, как на тяжелобольного. — Ладно, иди, сделаю всё в лучшем виде.
*****
Вика плакала. Она не истерила и не всхлипывала. Просто опустила голову, а слёзы лились по её щекам и капали на руки, в которых она теребила платочек. Вика плакала беззвучно и очень горько, а я сидел рядом и ощущал себя полным мудаком. Обычно женские слёзы меня раздражали и злили. Сейчас они угнетали меня. Я отчётливо понимал, что выходка Вики была актом возмездия, что всё от отчаяния, но не был готов простить, да и сам не заслужил её прощения. Я не уверен, что между нами была любовь, но Вика стала для меня особенной. Она никогда не была одной из… — она была вне конкуренции.
Почти год назад я стал её первым мужчиной и от осознания, что эта нежная принцесса была только моей, меня переполнял восторг. Мне и раньше попадались девственницы, но это вызывало лишь досаду и сожаление. Я всегда предпочитал умелых и опытных женщин, которые знали, как доставить мне удовольствие. Теперь Вика стала именно такой. Это я терпеливо лепил из невинной красивой девочки роскошную соблазнительницу, которая дарила свои умелые ласки и прекрасное тело только мне. Но что-то я упустил в этом процессе воспитания. Вероятно, то, что у моей девочки тоже есть гордость и самолюбие. Она поступила так, как подсказала ей интуиция или её шлюховатые подружки. Неверно подсказали. Но этого уже нельзя изменить.
И разрыва отношений, наверное, было в любом случае не избежать. Ведь я бы всё равно встретил Диану, и вся моя удобно настроенная жизнь полетела бы ко всем чертям. До этой встречи я искренне не считал изменой все мои случайные перепихи. Это было не что иное, как обычный выброс гормонов. Такими были все мои короткие связи до вчерашнего вечера. И если бы мы не расстались с Викой, то вчера бы я ей точно изменил. Изменил телом, душой, мозгом и каждой клеточкой моего организма. Это была не просто связь — это было слияние и поглощение. Поглощение меня, как я уже понял.
И пока философ во мне окончательно не вытеснил человека, я обратился к Вике:
— Вик, что ты хочешь?
— Я хочу только тебя, — судорожно вздохнув, ответила моя заплаканная девочка.
— Малыш, мы с тобой уже всё выяснили, и ты сама меня бросила.
— Я была очень злая тогда, но ты же сам не согласился на разрыв. Почему сейчас, что изменилось? — Вика заглянула мне в глаза.
— К чему вопросы? Разве ты не знаешь?
— Из-за Артура, да? Жень, но у нас ничего не было, это правда, спроси даже у него самого.
Я начал раздражаться.
— Тогда скажи мне, Вика, сколько раз подобное «ничего» у тебя случалось за время наших отношений?
— Жень, ты о чём? Да мы с ним даже целовались не по-настоящему.
Я поморщился.
— Вот только избавь меня от подробностей.
— В отличие от тебя, я тебе не изменяла, — ощетинилась Вика.
— Ты изменила мне в тот момент, когда позволила чужой руке лечь на твою задницу. Ты мне продемонстрировала это, Вика. Я бы мог с тобой поступить так только в том случае, если бы ты была мне не нужна.
Вика испуганно распахнула заплаканные глаза.
— Но… но ведь ты мне изменял!
— Ты это видела? Ты видела своими глазами, как я это делал? Видела, как я лапал других тёлок? Видела, как целовал их?
От собственных слов подкатила тошнота к горлу. Я старательно избегал поцелуев с другими женщинами. Легкодоступные и раскрепощённые, они слишком активно использовали свои рты, чтобы я не смог побороть чувство брезгливости. Были, конечно, исключения, но это, скорее всего, на уровне интуиции. И лишь с Дианой с меня сорвало все тормоза и запреты — мне было мало, я хотел большего. С ней я захотел всего.
— Но я же застала тебя… — несмело напомнила Вика.
С кем, бля*ь, она меня застала? Да я даже не помню, с кем я был — ни имени, ни масти. Только знаю, что не с мужиком.
И я взорвался:
— Где ты меня застала? В нашей общей спальне? А может, у тебя дома? Я тебя не звал и не ждал, и ранить тебя не собирался. Это ты пришла, нашла и всё испортила.
— Женечка, прости меня, — испуганно пробормотала Вика, снова заставляя меня ощутить, какой я мудак.
— Это ты, Вик, меня прости, — я открыл пассажирскую дверь, намереваясь выйти, но Вика вцепилась в мою руку.
— Женя, я просто хотела, чтобы ты ревновал, хотела вернуть тебя.
Я осторожно освободился от захвата и произнёс:
— Если для тебя это важно, то первое у тебя получилось — я ревновал. А для второго ты выбрала неверный способ. — И, поцеловав дрожащие пальчики Вики, я ушёл прочь.
Глава 30
2018
Ди
2018 год
Диана
Остаток субботнего дня я уже в приподнятом настроении налаживала свой быт. Организовала на завтра доставку и сборку мебели, которую выбрала и оплатила заранее, заказала бытовую технику и всякие мелочи. Не каждая контора рвалась исполнить срочные воскресные заказы, но самые строптивые быстро осознали, что заказчице необходимо пойти навстречу, и всё разрешилось очень мирно в мою пользу.
Осталось наведаться в квартиру и проверить, как ребята справились с поставленной задачей. Конечно, это следовало сделать прежде, чем организовывать доставку мебели. Феликс иногда ругает меня за непоследовательность, но я продолжаю действовать так, как вздумается левой пятке.
В планировку своего нового жилища я решила не вмешиваться, но потолки, стены, пол — всё подверглось обновлению. Бригадир Андрей ещё вчера уведомил меня об окончании работ и готовности к сдаче. Но ещё вчера я не планировала возвращаться в Москву, а раз уж я теперь здесь, то самое время всё проверить.
Когда я подъехала к своему дому, уже стемнело, и повсюду зажглась иллюминация. Симпатичная рыжая высотка находилась по соседству с четырьмя такими же свечками-близнецами, и все вместе они составляли жилой комплекс «Пять звёзд». А на четырнадцатом этаже одной из звёздочек находилось моё скромное гнёздышко.
Выйдя из лифта, я подошла к двери и попыталась открыть её своим ключом и… ничего. Дверь моей квартиры оказалась запертой изнутри. Странно, может, уборку закончить не успели? Я вдавила кнопку звонка. Какой же противный звук, надо бы заменить его. Открывать мне никто не спешил, тогда я снова попробовала открыть ключом, но лишь убедилась, что не ошиблась — дверь закрыта изнутри. Я позвонила опять — в ответ тишина. Прислушалась, но за дверью не было слышно ни звука. Что за игрушки? Я утопила кнопку звонка и держала, пока не устал палец — реакции ноль. Мне оставалось лишь позвонить бригадиру и объяснить ему ситуацию.
Андрей искренне удивился, извинился, но обещал подъехать минут через сорок. И что — мне почти целый час здесь торчать? Но и уйти я тоже никак не могу — не позволю улизнуть тем, кто окопался на моей территории. И вдруг внутри квартиры раздался звонок мобильного. Всё интереснее и интереснее. Забарабанив в дверь с удвоенной силой, я предупредила:
— Так, если дверь немедленно не откроете, то вызываю слесаря за ваш счёт, а заодно и полицию.
И — о, чудо! Замок щёлкнул, и передо мной приоткрылась дверь, за которой показался молоденький взъерошенный парнишка лет шестнадцати, с очень испуганными глазами. Резко толкнув дверь, я вошла внутрь. В квартире было темно и пахло чем-то отвратительно-приторным. Я включила свет в прихожей и уставилась на сощурившегося подростка — высокий, щуплый, в потёртых джинсах, футболке и босиком. На бомжа не похож, судя по одежде, а красть у меня пока ещё нечего.
— Ты кто и что делаешь в моей квартире? — Я напустила на себя строгости и, кажется, здорово напугала пацана. Это я умею.
Конечно, мой наезд для неокрепшей детской психики мог бы выглядеть жестоко, но ведь это не я вторглась в его жилище. Паренёк так ничего и не ответил и, отодвинув его в сторону, я пошла на запах. Включив свет в гостиной, обнаружила потрясающую картину — посреди пустующей комнаты на надувном матрасе, в окружении ароматических свечей, сидела юная хрупкая девчушка, прижимая скомканную простыню к обнажённому телу. Рядом с матрасом ополовиненная бутылка какого-то игристого и два фужера. Пара круглых свечек, источавших отвратный запах, опрокинуты и воск застыл на моём новеньком, ещё недавно идеальном полу. Ну, всё, держите меня семеро!