Танго на троих (СИ)
— Так что, не идём никуда? — я повернулась к большому зеркалу и внимательно себя осмотрела. Согласна, ружьё было бы не лишним. На фоне очень тонкой талии моя грудь, полного третьего размера, смотрелась впечатляюще. Обычно она выглядит скромнее, когда я так явно не подчёркиваю талию. Позади меня, почти вплотную, стоял Юрий.
— Откуда ты такая, Диана? — с придыханием спросил он.
Память откинула меня на много лет назад, где, в такого же цвета платье, я была на вершине славы.
— С Олимпа, вестимо.
Глава 8
2003
2003 год
Воскресное утро было солнечным. Я была бы рада поспать подольше, но солнышко сквозь незашторенное окно слепило глаза. Я уткнулась лицом в подушку, но сон уже не шёл. Из кухни тянулся аппетитный аромат свежей выпечки, и желудок требовательно заурчал. Ах, да — я же ела почти сутки назад. Днём не успела, а вечером мы с Серёжей танцевали почти до упаду. И когда я к десяти часам вечера вернулась, мне было лень даже челюстью работать.
Странно, Эльвира вечно на диете, а тут такие ароматы — небось своего Гоблина решила порадовать. Часы показывали половину девятого. Пойти позавтракать или сначала помыть голову? Недолго думая, сделала выбор. Процедура мытья головы была обычно долгой, сложной и забирала очень много шампуня и времени. Носить на голове такую гриву было нелегко — волосы отросли уже ниже попы и были густыми и тяжёлыми. Ухаживать за ними без мамы я не привыкла, и мне было невероятно трудно, но отрезать их я не решалась.
В дверь ванной комнаты постучали, когда я сушила волосы полотенцем. Бабкин голос нежно пропел из-за двери:
— Дианочка, ты тут?
Интересно, если я скажу, что меня здесь нет, она пойдёт меня искать в другом месте? Но я решила не вредничать.
— Да, Эльвира, я мыла голову.
— Детка, ты скоро выйдешь, а то у нас гости?
Что это ещё, блин, за гости? Неприятно заныло под ложечкой — хоть бы не те, о ком я думаю. Но что-то мне подсказывает, что именно ТЕ.
— Мне волосы надо высушить, — отозвалась я.
А ещё мне необходимо успокоиться, досчитав до трёх миллионов, и поразмышлять под гудящим феном.
Спустя десять минут, чистая и одетая в джинсы и футболку, я вышла к гостям. Ещё слегка влажные волосы перехватила сзади мягкой резинкой. Войдя в гостиную, я сразу наткнулась на ледяной взгляд голубых и таких зачем-то похожих на мамины, глаз. Видимо, это и есть моя тётушка. Если бы взглядом можно было уничтожить, то меня бы уже соскребали с пола.
Надежда сидела за столом с видом императрицы перед объявлением своей беспощадной воли попавшим в немилость подданным. Облегающее тёмно-синее платье подчёркивало стройную фигуру и не слишком заметную грудь. Платиновая блондинка была, наверное, красивой, но я не могла быть объективной по отношению к этой белой крысе.
Рядом с ней сидел пухлый очкарик с добродушным лицом. Он был явно старше блондинки и, однозначно, милее. Пухляк смотрел на меня с любопытством и улыбался. Напротив этой парочки расположились лучезарная Эльвира и грозный полковник. И все дружно пялились на меня, а у меня создалось ощущение, что я на суде присяжных.
— Давай-ка, Дианочка, присаживайся к столу, будем знакомиться и завтракать. — И, ужас какой — бабка указала на место во главе стола.
Ох, а можно мне где-нибудь в углу посидеть? А лучше свалить подальше от этого стола и от этого дома с его опасными обитателями.
Но я молча, нетвёрдой походкой подошла и села за стол. Передо мной стояла чашка какао, а на широком блюде посреди стола лежали, сложенные конвертиками, вкусно пахнущие блинчики. Желудок тут же громко отреагировал на аромат голодным урчанием. Какой позор! Эльвира снисходительно улыбнулась и поспешила объяснить гостям:
— Дианочка просто вчера не поужинала, она очень много занимается и сильно устаёт, а о еде часто забывает.
Бабкиным масляным голосом можно было дверные петли смазывать. Что это с ней?
— Диана, — продолжила Эльвира, — познакомься, это твоя тётя Надя.
— Надежда Ивановна, — неласковым тоном поправила бабку «ледяная сосулька».
— А это Эдуард Алексеевич, — как ни в чём не бывало продолжила бабка.
Я молча кивнула гостям, потому что в зобу уже давно дыханье спёрло. Нет, ну а что мне было ответить — «очень приятно»? Так это враньё. А то, что я Диана, они и так в курсе. Чтобы усмирить пустой желудок, я взяла в руки чашку и, выпив сразу половину тёплого напитка, закашлялась под пристальными взглядами.
— Я на минутку, извините, — придушенным голосом просипела я и вылетела вон из кухни.
— Ужас какой! — послышался брезгливый голос тётки.
Я заперлась в ванной, прокашлялась и сполоснула лицо холодной водой. Господи, помоги мне это выдержать. Осторожно выходя из своего укрытия, услышала голос полковника:
— Нет, ну а что вы хотели, да я бы вообще обосрался под такими взглядами, а она лишь поперхнулась.
— Лёнечка! — воскликнула шокированная бабка.
— А что Лёнечка? Вы познакомиться собрались или смертную казнь ей выносить? Что глазами лупите? Знаете, как это выглядело — ты, девочка, пока кушай, а мы в тебя постреляем.
— Да что вы такое говорите, Леонид Петрович? — холодный тон тётки сменился на обиженный.
— Да я говорю, как есть. Я в своём доме, а вы у меня в гостях, а не на заседании суда над врагом народа. А если вы приехали вые*нуться, то можете валить к себе домой, и там друг перед другом выё*ывайтесь.
Громыхнул стул, и послышались тяжёлые, торопливые шаги полковника, покидающего поле боя после разгрома врага.
Я рванула в свою комнату. Вот это Полкан! Вот это он выдал! Дать оценку его действиям не получалось, так как я слишком разволновалась. Из коридора послышался визгливый тёткин голос и всхлипывания, сливающиеся с причитаниями расстроенной бабки и тихим бухтением Пухляка. Уходят, а точнее, сбегают, как трусливые крысы. Ну и скатертью им дорога, и ветра попутного и порывистого.
Эльвира вторглась на мою территорию спустя часа два. Наверняка распиналась перед Полканом. Глаза у бабки были покрасневшие, нос слегка распух. Она тяжело вздохнула и спросила:
— У тебя были на сегодня планы, Диана?
Были? Неожиданная постановка вопроса и, видимо, не судьба этим планам сбыться.
— Я планировала съездить на кладбище, а потом встретиться с девочками, — ответила я.
— Девочки могут и подождать, а на кладбище зачем? Ты же туда каждую неделю ездишь. Что ты там делаешь одна — страшно ведь.
— Я разговариваю с мамой и мне совсем не страшно, — призналась я с ноткой вызова в голосе.
— Ну, ладно, — смутилась бабка, — через неделю съездишь. — И на мой вопрошающий взгляд пояснила: — Диана, нам необходимо собрать твои вещи, можно пока только самые необходимые, на первое время, и я отвезу тебя к тёте Наде.
В глаза мне Эльвира не смотрела. Всё же вынесли мне приговор. Сердце колотилось по рёбрам, позвоночнику и, кажется, даже в горле. Просить, чтобы меня оставили здесь, не было никакого смысла. Бабка всё видела, всё понимала, но всё равно приняла решение. Ну что ж, этого следовало ожидать. Просто я немного расслабилась, а теперь пришло время собраться и сгруппироваться.
На такси до тёткиного дома мы добрались за тридцать пять минут. Если учесть, что сегодня воскресенье, то на маршрутке, в будний день придётся ехать больше часа до центра и ещё плюс час до школы. Как же мне теперь быть — вообще, что ли, не спать? Ладно, придумаю что-нибудь, лишь бы не другая школа.
На лифте мы поднялись на двенадцатый этаж шестнадцатиэтажного дома и остановились перед красивой, бронированной дверью. Замуровались, как в бункере, значит, есть повод бояться. Дверь нам открыл Пухляк и широко улыбнулся.
— Проходите, мы вас ждём, вот тапочки, пожалуйста. — Хозяин квартиры раздал нам тапочки и проводил в просторную кухню, где за накрытым столом восседали три ледяные скульптуры. Дубль два!
Скользнув мельком по тётке, мой взгляд остановился на русоволосом парне. Это и есть тот сволочной, белобрысый Артурчик? Красивый мальчик, но неприязненный взгляд голубых, как у матери, глаз и презрительно искривлённые губы меня сразу насторожили. А что я, собственно, здесь ожидала — ковровую дорожку, фанфары и шарики?