Переполох в академии сиятельных лордов

– Куда же мы идем?
Поначалу Розолс кидал нервные взгляды через плечо, но стоило замку остаться позади, как молодой человек явно воспрянул духом.
– В дальний лес, – честно сообщил его спутник. – Надо проверить, как прижились осенние древесные посадки.
– Что, неужели отправить больше некого?
– Отправить то можно и кого-то другого, да только настоящий… хозяин должен сам знать положение дел в своем поместье. Лес растет медленно, важно понимать, сколько деревьев можно забрать ежегодно, чтобы не навредить. И обязательно возместить ущерб.
Вот то единственное, что примиряло Иветту со злосчастным выбором судьбы, – полезные знания и навыки, позволяющие приносить пользу своей семье и дому. Лишь наследнику сиятельного рода полагалось такое образование. Ее сестер учили совсем другому.
– И где этот лес?
– У оврага, ближе к границе с землями Ардемалов.
– О-о…
Ларс ощутимо приободрился: далеко, к моменту возвращения девицы наверняка будут в своих постелях.
Наследник Тауринов выглядел донельзя довольным: гость и не предполагал, насколько коварны его планы.
– Расскажи мне об академии.
– Что тебя интересует? Я постараюсь ответить. Но помни: лично я там не был, знаю обо всем только со слов брата.
Хотя бы что-то…
– Говорят, там строгие порядки?
– О да! За нарушение внутренних правил студенту полагается дополнительная неделя обучения в период каникул. И ты… – Ларс запнулся, – должен быть готов. Там армейская дисциплина и требования…
– И что, кроме воинской стези ничего выбрать нельзя? – Иве затаила дыхание.
– Там обучаются главы сиятельных родов. Конечно, там учат и управлению, и стратегии, и политике, и судейству. Впрочем, судейству обучают уже на старших курсах. А… есть еще лекари… Брр! – Гость передернул плечами с явным пренебрежением. – Но разве это стоящее дело – в чужих болячках ковыряться?
Розолс и не представлял, что своим ответом вселил в душу Иве робкую надежду.
– А правда, что в Академии сиятельных лордов запрещено появляться женщинам?
– Ага, там мужское царство, можно забыть о манерах и парадных одеждах. Свобода! Исключения – дни посещения родных, вот тогда мамочки и сестры наведываются, чтобы кровиночек проведать и себя показать при случае.
– Совсем ни одной женщины?! Во всей академии?! – В горле враз пересохло.
– Да… По этому поводу даже шутка есть. Дескать, ректор так стар, что видел зарождение империи Индорг, но совсем забыл о том, что бывает между мужчиной и женщиной. А хотя нет, – поправился Ларс. – Одна все же есть! Но, между нами говоря, судя по тому, что говорят о ней студенты… ее и женщиной-то назвать нельзя.
– Почему?
– Она страшна, как смертный грех, и так же сурова! Ростом с оглоблю, худая и плоская, как палка, с мешками под глазами, синюшным цветом лица, прокуренным басом и язвительным характером! Преподает в академии танцы, известна на всю империю как Горгона. Конечно, лично я госпожу Горгону не видел, но описывают ее именно так…
– О-о… – разочарованно протянул наследник Тауринов: моральной поддержки тут не предвидится. – А что с условиями? Студенты живут… как?
– А, ты про жилое крыло? Сама академия – это огромный замок, и целых два крыла отведены под жилые комнаты. В каждой – два или три студента, зависит от…
– Что?! Отдельно жить нельзя?!
– Э, – Ларс шутливо толкнул Иве в плечо, отчего девушка чуть не рухнула, запнувшись ногой за ногу, – в чем смысл одиночества? Это же лучшие годы! И они хороши именно студенческим братством! Или… – старший приятель коварно понизил тон, – тебе есть что скрывать?
– О чем ты? – всполошилась Иве.
– Мало ли! – неприкрыто захохотал Ларс. – Может, ты скрываешь от всех свою выдающуюся мужественность!
– Фу… – нервно дернувшись, отозвался Таурин с негодованием во взгляде. – Как можно о таком вообще болтать…
– Привыкай! – хмыкнул гость, немного погрустнев: вот уж ему о студенческих годах оставалось только мечтать. – В отсутствие женщин все куда проще – и не такое услышишь, от брата знаю.
Сердце девушки стиснуло предчувствием неизбежных страданий: мало того что необходимо как-то сосуществовать с мужчинами, скрывая свою тайну, так еще придется выслушивать поток плоских шуток и похабных рассуждений. Как справиться со всем этим?! Почему судьба и император так жестоки?!
 
Взращенное за годы навязанного обмана самообладание позволило Иветте справиться с наплывом противоречивых чувств, напомнив о первоочередной цели – использовать Ларса, чтобы добыть редкую травку. Своими рассказами он невольно укрепил девушку в ее намерениях. Выбора нет – придется продолжить обман, который в условиях обучения в академии почти неосуществим. Следовательно, усилия для сохранения тайны придется приложить запредельные. И тут никакая магия или тайные знания лишними не будут.
Первый этап – направить энергию и возможности Ларса себе на пользу. Ну и, конечно, немного проучить его за все причиненные страдания.
– Так что там тебе поручено осмотреть? – заметив, что юный приятель о чем-то глубоко задумался, отвлек его Ларс.
– Признаюсь, прошлогодние посадки – лишь предлог, – тут же воспользовалась Иве поводом, удивив спутника.
Расслабленно заложив руки в карманы и искренне наслаждаясь отсутствием навязчивых сестриц Таурин, гость всматривался в просвечивающее сквозь кроны столетних деревьев заходящее солнце. И он заранее был согласен на любую причину, позволяющую ему ускользнуть из коготков перспективных невест.
– Надеешься отвертеться от тренировки? – подвел Розолс беседу к волнующей его теме, намереваясь извиниться за свою чрезмерную агрессивность. – Можешь положиться на меня – готов бродить по округе хоть до утра. Тем более на сегодня уже натренировались… Извини, я должен был сдерж…
– Дело не в этом, – перебил Таурин. Голос Иве всегда казался Ларсу очень приятным – звонким, в чем-то даже музыкальным. Куда приятнее его грубоватого баса. Но в последние годы и голос приятеля стал более низким. – Есть одно дело, которое мне бы хотелось завершить до отъезда. Только вот кости слегка ломит…
С гримасой боли, которую и разыгрывать не пришлось, Иветта потянулась, словно стремясь размять затекшие мышцы. Давно зная Розолса, она не сомневалась в его раскаянии за утреннее побоище, прекрасно понимая, что спровоцировало его раздражение, вызванное поведением сестриц. Но сейчас девушка планировала использовать мучивший собеседника голос совести в своих интересах. Ведь, как ни крути, а тумаков ей надавали!
– Скажи, – немедленно подтвердил ее представления о себе Ларс, – что ты задумал? Я помогу, обязательно помогу!
Эх! Если бы не странная насмешка судьбы и Иве действительно была сыном Лоффи Турина, не было бы для нее друга вернее и надежнее. Вот и сейчас Розолс продемонстрировал свой справедливый и в обычных обстоятельствах беззлобный характер.
– Замысел мой непрост, – поспешно предупредил отпрыск рода Тауринов, но и немедленно подсластил пилюлю, отвесив приятелю огромный комплимент: – Впрочем, для такого взрослого парня, к тому же побывавшего в бою, задача наверняка не столь трудна. Помнишь разлом на границе с Ардемалами? Он прямо за лесом. Так вот, на его южной стороне ближе к дну растет один мох…
– Мох?! – переспросил Ларс, не веря своим ушам.
Этот странный малец всегда засматривался на всякую траву с куда большим интересом, чем на магически закаленные клинки из коллекции своего отца. С самых детских лет это удивляло – первое посещение оружейной комнаты хозяина замка Тауринов Ларс помнил и по сей день. Тогда сердце в его груди отчаянно билось, а глаза широко распахнулись, желая охватить все красоты и уникальные особенности прославленного оружия.
 
А Иве? Он разве что не зевал, вынужденно плетясь следом за отцом, вызвавшимся устроить мальчишкам экскурсию по залу воинской славы рода Тауринов. В какой-то момент Ларс подловил мелкого на том, что, глядя в лезвие меча, как в зеркало, он корчил забавные рожицы.