Апостол Старых Богов #1. Перерождение (СИ)

Справа бард играл на лютне, а темнокожий ван-гуанец аккомпанировал на барабанах. Несколько человек собрались вокруг, пританцовывая и хлопая в ладоши. Неподалёку толпа зевак собралась вокруг факиров, показывающих огненное шоу. Пожиратели огня и Танцоры с пламенем демонстрировали своё мастерство на радость публики, а стоящий в стороне человек использовал магию, чтобы пламя в воздухе принимало различные формы — всё это было необычайно красиво.
На секунду Луна и сама засмотрелась на факиров. Вдруг слева блеснуло лезвие в свете огней, и девушка среагировала мгновенно. Она перехватила руку нападавшего, обезоружила, выхватив нож, и ударом рукояти в лоб вырубила убийцу. Мужчина в цветастой карнавальной одежде осел, пытаясь собрать глаза в кучу, а Луна уже покинула место схватки.
Это был рядовой мокрушник из Гильдии. Либо Ассасинариум ценит её так низко, что подослал зелёного недо-ассасина, либо наоборот, поднял всех от мала до велика для её поимки.
— И надо было мне слушать старика Мейса! — ругалась она.
День назад она похитила записи графа Байлица по проекту “Пространственные Врата” и передала их Грегору, чтобы тот их проверил. Вот только каким-то образом Байлиц узнал, что это сделала Луна. Девушка принимала ванну в тот момент, когда ассасин гильдии вломился в её дом. Благо, парень молодой, неопытный, его больше заботили сиськи, нежели какое-то там задание. Пока этот бочонок со спермой пялился на голую Луну, она смогла его вырубить, а затем и допросить. И, судя по всему, пора было уносить ноги из Дэлли. Связной Грегора сейчас находился в Кхалимуне — кигийском городе, захваченном Империей. Туда-то и следовало направиться. Только бы выбраться из города, а там во весь опор, через Брирм и в Империю. Девушка чувствовала, что единственный способ очистить своё имя перед Ассасинариумом — получить доказательства того, что планы графа Байлица угрожают человечеству!
Выбравшись с площади, Луна выхватила верёвку с крюком и ловко забралась на крышу. Тут она могла добраться почти до самых конюшен, минуя людей внизу. Она неслась, как ветер, прыгая с одного дома на другой. Свист, и она метнулась в сторону, пропуская мимо несколько метательных ножей.
— Луна, Луна. Как же ты умудрилась так разозлить Ассасинариум? — напротив девушки возник человек в чёрных кожаных доспехах и маске. Однако, переплетённые на затылки дреды не оставляли сомнений:
— Вийкон, прочь с дороги, — сквозь зубы сказала Луна.
— Боюсь, что не могу. За твою голову Ассасинариум объявил повышение. Попаду в Мастера, да ещё и срублю лёгких деньжат, — весело сказал Вийкон.
— Таких уж лёгких? — усмехнулась девушка и, выхватив короткий канайский кинжал, приготовилась к бою.
— Легче не бывает, — в руке Вийкона вспыхнул сгусток огня, и ассасин метнул его в Луну.
Та прыгнула в сторону, но огненный шар, ударив в черепицу, взорвался, охватив крышу огнём.
— Ну, вот и всё, — хмыкнул Вийкон.
Вдруг из пламени на него бросилась тень.
— Какого?.. — Вийкон едва успел поднять свой одноручный нортенторнский меч, как Луна оказалась рядом, нанося сокрушительную серию ударов.
Ассасину пришлось отступать, но он собрал силы в кулак и ударил Кинезисом. Ударная волна откинула Луну на несколько метров, и девушка больно ударилась спиной о черепицу. Вийкон уже оказался рядом и заносил клинок для решающего удара, когда девушка резко выбросила руку вперёд. Метательный нож, что был у неё в рукаве, серебряной молнией сверкнул в ночи, вонзаясь в плоть ассасина, и Вийкон с удивлением уставился на свою грудь.
— Ах ты… Тварь! — захрипел он.
Луна уже вскочила на ноги и одним чётким ударом кинжала оборвала существование Вийкона.
— Уф… — она устало наклонилась, уперев руки в колени. — Ещё немного. Ещё чуть-чуть.
Конюшни были уже рядом.
Том сидел у костра, навалившись на дерево, и смотрел на звёзды. С тех пор, как он покинул Геммамонтем, он всё никак не мог налюбоваться красотой неба.
— Если всё время смотреть вверх, можно не увидеть, что находится под ногами, — заметил Корвус.
— В данный момент под ногами трава. Не думаю, что за ближайшие пару минут что-то поменяется, — парировал Том.
— Да я же не об этом!
Ворон спустился с ветки и сел рядом.
— Давай ещё раз обсудим наш план и проверим, всё ли ты хорошо запомнил.
— Друг мой ворон, я считаю, что проблемы нужно решать поэтапно. Ты даже не представляешь, сколько раз мои планы катились чертям под хвост из-за каких-то неучтённых деталей. Вот доберёмся до Храма Талии, а там посмотрим.
— Хорошо. Почему мы не можем сразу направиться туда? Зачем нам проходить через Брирм?
— Затем, что в этом городе мы сможем наконец понять, что творится в стране. Если ты не заметил, Валант и Империя в состоянии войны. И путь надо выстраивать исходя из этого. Ты прости, но я не горю желанием наткнуться на имперский легион в процессе.
В кустах послышался шорох, и Том мгновенно напрягся. Ворон тут же обернулся наручем на руке Анка. А спустя мгновение из кустов выскочил заяц. Заверещав, он бросился от огня в сторону, исчезнув в темноте.
— Вот это он дал дёру! — воскликнул Корвус.
А дёру заяц дал не зря. Из кустов вылетела стрела и вонзилась в дерево буквально в десятке сантиметров от лица Тома. Анк тут же вскочил, выхватив меч, и приготовился:
— Кто бы ты ни был, ты совсем охренел что-ли?! — крикнул он в темноту.
В кустах снова послышались шорохи, а потом… Из чащи вышла девочка лет пятнадцати с русыми волосами, заплетёнными в косу. Она была одета в светлую кожаную куртку и хлопковые штаны в обтяг, а за спиной у неё был колчан стрел. В руках девушка держала изогнутый короткий лук, а на поясе висел широкий нож для разделки туш. Охотница.
— Ради Бога Единого, умоляю, простите! Я услышала шум, и думала, что это дичь! Совсем не ожидала встретить людей в этой глуши!
— А свет костра тебя не смутил? — удивился Том, убирая меч в ножны.
— Господин, простите, я увлеклась, не обратила внимания.
Том засмеялся:
— Хороша охотница, не обратила внимания на костёр.
Девочка склонила голову, щёки её полыхали.
— Простите меня.
Том снова сел у огня и поворошил угли:
— Не страшно. Присаживайся. Ночи ещё холодные, согрейся.
Девочка робко подошла к огню и села, отложив в сторону лук и протянув к пламени руки.
— Как тебя зовут? — спросил Том.
— Энни, — представилась юная охотница.
— А меня можешь звать Волком, — сказал Том.
Он твёрдо решил не называть никому настоящего имени. Кто знает, вдруг слух о побеге рабов из рудников уже распространился, и их станут искать. Да, тени залечили все три клейма (раба, убийцы и вора), как и другие шрамы и следы повреждений, но кто знает… Имя Томас Анк не должно дойти до Наказующих.
— Скажи мне Энни, какой охотник охотится ночью? Это же полный идиотизм — ни черта ж не видно!
Энни снова смутилась:
— Я… Я просто очень торопилась. Мой отец сейчас дома, и он болен. У нас заканчивается еда, и я отправилась на охоту, чтобы хоть что-то раздобыть. Вот только за весь день так ничего и не подстрелила.
— Дерьмово, — подметил Том. — Соседи не помогают?
Энни помотала головой:
— Мы живём одни, недалеко от тракта. Мой отец занимается выделкой шкур и кожи. А потом продаёт свои изделия в Брирме. Но сейчас он сильно заболел.
— И ты оставила отца одного? — поинтересовался Том, протягивая девочке хлеб и головку сыра.
— Ой! Спасибо! — воскликнула она радостно. — Я и сама уже сутки ничего не ела.
Она принялась жевать:
— С папой осталась моя старшая сестра, Анастейша.
— Ясно.
Том откинулся спиной на дерево. 
— У нас полно своих забот, — голос Корвуса зазвучал в голове.
— Я знаю, — ответил мысленно Том. — Но… Не могу объяснить. Просто ты посмотри на неё. Девочка в отчаянии. Если она останется сиротой, кто знает, как повернётся жизнь? Вдруг ей придётся жить на улице, воровать или ещё чего похуже. Я однажды прошёл через это.