Я не другая. Я просто хочу вашей крови
– Я спрошу, – кивнула я, не сдерживая кровожадной улыбки.
Что там Каин говорил насчет того, что люди не должны узнать о существовании блудов? Ему придется хорошенько постараться, чтобы не нарушить это правило и не навлечь на себя гнев охотников.
Прищурившись, дед одобрительно усмехнулся.
– Кстати занятная вещица, – вскользь заметил он, снова надевая очки.
Я машинально накрыла рукой серебряную подвеску, холодящую ключицы.
– Это не мое, – рассеянно ответила я. – Мне нужно ее вернуть.
Поправив очки, дед разблокировал свой планшет.
– Подумай хорошенько, – заметил он, не отрывая сосредоточенного взгляда от экрана. – Мне кажется, она тебе очень идет.
Глава 13В койфейне «ДаблШот», несмотря на ранний час, было людно. Что ж, тем лучше. Я не хотела привлекать слишком много внимания.
Заказав капучино, я скинула с себя джинсовку и присела за дальний столик. Два симпатичных парня по соседству окинули меня заинтересованными взглядами.
Интересно, если бы не мои розовые волосы и экстремальное мини в стиле японской школьницы, заметили ли бы они меня? Очень сомневаюсь.
Резко отвернувшись, я обхватила картонный стаканчик ладонями и замерла, пытаясь собрать мысли воедино. Вот только все они упорно возвращались к Юсуфу из моего сна.
«Что-то связывает нас. И я не успокоюсь, пока не выясню, что именно», – прошептал он перед тем, как овладеть моим телом. И несмотря на то, что все происходило во сне, я даже сейчас ощущала власть этого мужчины над собой.
Что-то действительно связывало нас.
И чтобы выяснить правду, я приперлась сюда в девять, блин, утра в надежде, что Юсуф примет мое вчерашнее завуалированное приглашение! И уселась одна, как дура, со стаканчиком остывающего кофе в подрагивающих руках.
«Десять минут, и я сматываюсь отсюда», – подумала я, с мрачным лицом делая первый глоток.
С моей стороны было слишком наивно полагать, что Верховный охотник, потомок абигоров и черт-знает-кого-еще, объявится в этой забегаловке с утра пораньше в робкой надежде увидеть меня.
Обычно такие брутальные парни на следующий день после секса даже имени своих партнерш не помнят. И уж точно не пьют с ними кофе в многолюдном заведении.
Второй глоток дался мне чуть легче. Капучино уже не так обжигал, и я подумала, что вполне можно взять кофе с собой и прогуляться по городу. А почему бы и нет? Погода располагала. Я даже примерный маршрут наметила – Городской морг. Да, звучит не очень, зато какие там аллеи! И Самсона я бы не против еще раз увидеть…
– Прости, не думал, что с утра будут такие пробки, – как ни в чем не бывало выдохнул Юсуф и, отложив черный мотоциклетный шлем, с шумом уселся на стул напротив.
Перехватив мой ошарашенный взгляд, он сверкнул белоснежной ухмылкой и, подмигнув, расстегнул черную косуху.
– Отпадно выглядишь, – скользнул он чисто мужским взглядом по моему наряду. Особенно его привлекла короткая клетчатая юбка, а точнее мои бледные худющие ноги.
– Ты тоже выглядишь довольным и хорошо выспавшимся, – приподняла я брови, разглядывая широкое скуластое лицо сидящего передо мной парня.
Если Каин напоминал роскошную величественную пантеру, то тотемом Юсуфа точно являлся матерый вожак волчьей стаи.
– Я провел ночь с одной горячей красоткой, которая напрочь лишила меня сна, – хмыкнул Юсуф, не сводя с меня бесстыжих глаз.
По телу пробежала легкая дрожь.
– Даже не сомневаюсь, что каждую ночь твою постель согревает новая красотка, – переключила я свое внимание на кофе.
Юсуф помолчал, наблюдая, как я отпиваю горячий напиток.
– Я однолюб, – тихо проговорил он, дождавшись, когда я подниму на него глаза.
Я покачала головой. Ну да – ну да, хорошая шутка. Да от этого парня тестостероном за версту несет. Ни за что не поверю, что он проводит вечера в одиночестве!
– Кстати ты забыл в моей спальне кое-какую вещицу, – я достала из кармана серебряную подвеску и положила ее на стол. Волчьи глаза в виде камушков преломили солнечный свет и засияли покруче любого бриллианта.
– Этот амулет приносит своему хозяину удачу, – улыбнулся Юсуф, разглядывая звериную морду. – И он выбрал тебя. Поэтому теперь это твое.
Я с опаской посмотрела на поблескивающее украшение. После оживающего дракона-татуировки я уже была готова ко всему. Вдруг по ночам эта побрякушка превращается в огромного волкодава и сгрызает всё на своем пути?!
– Как ты вообще пробрался в мою комнату? Я, на минуточку, на пятом этаже живу! – нахмурилась я, окидывая Юсуфа подозрительным взглядом.
Спрашивать, откуда он знает мой адрес, я даже не стала. Судя по всему, это уже не тайна ни для блудов, ни для охотников. Пора мне вешать на входную дверь и окна вязанки чеснока и головы убитых в бою животных.
– Это не так сложно, – усмехнулся Юсуф и многозначительно посмотрел на меня. – Гораздо сложнее было уйти, не тронув тебя.
Я возмущенно пискнула.
– Ты даже не представляешь, какая ты милая, когда спишь, – понизил голос этот прохиндей. – И тебе очень идет твоя белая маечка и шортики.
Так, всё!
– Не вздумай больше подкрадываться ко мне, когда я сплю, – прошипела я, гневно сверкая глазами.
Юсуф восхищенно присвистнул.
– У тебя глаза сейчас темно-синие, как океан! Никогда такого не видел!
Раздраженно фыркнув, я откинулась на стуле. Если уж мои глаза начали менять цвет, значит дело плохо – до нервного срыва рукой подать!
– Я серьезно, не делай так больше, – уже спокойнее повторила я, замедляя пульс.
Мужчина примиряюще поднял ладони.
– Хорошо, я постараюсь.
Я хмыкнула. Интересно, он сам-то себе верит?
На какое-то время за нашим столиком повисла тишина. Я задумчиво поглаживала кончиками пальцев амулет, а Юсуф с улыбкой смотрел на меня и ждал, когда я созрею для нового вопроса.
– Как ты проникаешь в чужие сны, Юсуф? – наконец, спросила я, поднимая глаза.
Каин говорил, что блуды общаются между собой при помощи осознанных снов. Неужели и охотники обладают этим умением? А что если блуды и охотники – это две стороны одной медали, как ангелы и демоны?
Юсуф побарабанил пальцами по столу и бросил на меня изучающий взгляд исподлобья.
– Я не имею права рассказывать тебе всей правды, – поиграв желваками, медленно проговорил он. – Поэтому просто прими тот факт, что в этом мире есть немного волшебства.
– А ты, значит, волшебник? – скрестив руки на груди, прищурилась я.