Человек в зеркале (ЛП)

Я всегда впадала в ярость, когда мы куда-нибудь вместе с ней выходили. Единственное, что мне хотелось сделать, это встретиться лицом к лицу с пристально пялящимися людьми и сказать им, чтобы они, бл*дь, перестали пялиться, показывать на нее пальцем и шептаться, она была таким же нормальным человеком со шрамами, но я не могла ничего им сказать, потому что тогда бы привлекла еще больше внимания и сделала бы только хуже своей подруге. Поэтому я свирепо смотрела на этих придурков, метая искры ярости, либо полностью их игнорировала.
Именно благодаря ей я узнала, каким поверхностным и жестоким может быть мир. У нее не было ни единого шанса. Они отвергали ее исключительно из-за ее внешности. Глубокая боль и жалкое отчаяние, которые она постоянно ощущала, постоянно жила в ее глазах, сокрушая ее маленькое сердце. Иногда она говорила мне, что сожалеет, что не умерла тогда и выжила после того нападения.
Летом мы обычно ходили завтракать на пикник в парк. Мы отправлялись рано, когда там почти никого не было. Тогда я еще жила с родителями. Как-то вечером она позвонила мне и попросила прийти завтра пораньше, чем обычно. Она сказала, что испекла мой любимый с двойным шоколадом торт. Тогда я любила поесть, поэтому ушла из дома в пять часов утра. Когда я добралась до нее, в ее окнах было темно. Удивленная я вошла через заднюю дверь и прокралась по лестнице к ней в спальню. Думая, что она проспала.
Но Айша лежала в своей постели и была холодная как лед.
На прикроватном столике стояла пустой пузырек из-под таблеток, а также мой любимый шоколадный торт с двойным шоколадом и два письма — одно для меня, а другое для ее родителей. Я не плакала и не кричала. Я села на кровать рядом с ней и прочитала письмо. Она извинилась за шок, который мне доставила, но писала, что я сильная и смогу это пережить и помогу справиться с ее потерей ее родителям, сообщив им о смерти.
Когда миссис Блэкмор ушла, я быстро вернулась в гостиную и забрала правила хозяйки дома. Сняв очки и распустив волосы из тугого пучка, я легла на кровать и с растущим недоверием просмотрела семь страниц тщательно отпечатанных инструкций.
На них содержались подробные инструкции по каждому аспекту жизни ребенка. Начиная, как следует использовать карточки для обучения и кончая, как стоит синхронизировать работы ребенка, когда он завершит задания. Еще хуже было то, что все это строго регламентировалось и также строго регулировалось.
Завтрак в 8.00, перекус в 10.30, ланч в 1.00.
Не только время приема пищи, но и то, что можно было съесть и перекусить, было подробно описано.
Проветривать его комнату только утром с 8.00 до 11.00.
Не разрешалось Закари выходить на улицу.
Затем…
Носить головной убор на солнце.
— И где он найдет это солнце, если ему не разрешено выходить на улицу?
Это было все так нелепо, что к тому времени, когда я дочитала до конца, я уже не знала, смеяться мне или плакать.
«Мне очень жаль, — решила я про себя, — миссис Кинг, но нет. Просто нет, я не останусь.»
 8 
 Шарлотта 
Я лежала на кровати и пялилась в потолок. Теперь меня беспокоило, как я смогу вообще существовать в доме, где все так жестко контролируется той, кого я считала психопаткой. Я хотела помочь Закари и, возможно, его отцу. Я все еще чувствовала давнее чувство вины перед Айшей. Я мало, что для нее смогла сделать. По ее голосу я должна была тогда догадаться, что она собирается покончить жизнь самоубийством. Может сейчас мне представилась еще одна возможность помочь как-то отцу мальчика. Может мне дан второй шанс искупить свою вину.
Возможно, меня не случайно сюда занесло и есть для этого какая-то причина. Но с другой стороны, я была не из тех, кто охотно будет терпеть и мириться с дураками. В один прекрасный день я взорвусь и выскажу миссис Кинг все, что о ней думаю, и это будет выглядеть очень плохо, очень плохо для моего резюме.
У меня зазвонил телефон. Я встала с кровати, ответила на звонок, снова легла в постель.
— Привет, — сказала Эйприл. — Ну, как дела?
— Я не уверена. — Я накрутила на палец прядь волос.
— Что ты имеешь в виду?
— Здесь очень странная ситуация.
— Странная?!
— Странная в том, что мать напоминает ненормальную в бреду, отец попал в ужасную аварию и стал затворником, которого никто никогда не видит. Ребенка вырвало, потому что он слишком разволновался, когда увидел свою мать. У меня есть восемь страниц инструкций, начиная с того, как вытирать ему задницу, и заканчивая тем, сколько граммов хлопьев я должна ему давать на завтрак.
— О! Вот это да! Боже мой!
Я вздохнула.
— Именно так я и думала.
— И что же ты собираешься делать?
— Пока еще не знаю. Я ненавижу сдаваться, не попробовав.
— Не думай, что ты сдаешься. Ты же знаешь, что ты мне нужна.
— Да, знаю. Но я не могу уехать, когда все так неправильно.
— Ты действительно думаешь, что сможешь помочь?
— Да, я думаю, что у меня есть шанс подтолкнуть этого парня. Он сильный духом. Он немного раздавлен, но думаю знаю, как заставить его выйти из своей скорлупы.
— А как же Годзилла?
— Вообще-то она совсем непохожа на Годзиллу. Эта женщина выглядит так, словно сошла с обложки модного журнала. Она очень, очень красива.
— Похоже, она ходячая бомба. Ты думаешь, что сможешь справиться с ней?
— Все будет зависеть…
— От чего?
— От того, сколько времени она будет проводить здесь. Похоже, она проводит много времени, наслаждаясь собой, а нанимая меня, я так думаю, что она еще больше захочет уделять себе времени. Дам ей пару дней и посмотрю, как пойдут дела. А теперь довольно обо мне, как ты себя чувствуешь?
— Я в полном порядке. По правде говоря, я чувствую себя на вершине мира.
— Что ты там делаешь?
— Я лежу в постели.
Я рассмеялась.
— В этом я не сомневалась. Сейчас десять часов утра, и ты только что занимались сексом, не так ли? То, как ты сильно встряхиваешь своего бедного ребенка, заставит его подумать, что это чертовый Мартини.
— Очень смешно. Вообще-то я не занималась сексом. Юрий просто подумал, что мне нужно расслабиться.
— ОМойБог! Он занимался с тобой оральным сексом.
— Может и так, — самодовольно заявила она.
Я тоже улыбнулась.
— Помнишь тот первый день, когда ты вернулась после встречи с Юрием?
— Ага. — Ее голос звучал мечтательно.
— Помнишь, я сказала, что хочу посмотреть, как вы занимаетесь сексом?
— Ага.
— Беру свои слова обратно, — сухо закончила я.
Она только бесстыдно рассмеялась. В мою дверь постучали, и я сказала Эйприл, что перезвоню, а сама пошла открывать. Снаружи стояла женщина примерно моего возраста.
Она широко улыбалась.
— Привет. Меня зовут Мелли. Я личный помощник миссис Кинг и пришла узнать, как у тебя дела. Может тебе что-нибудь нужно?
Я улыбнулась в ответ. Приятно было встретить искренне дружелюбное лицо.
— Я в полном порядке. У меня еще не было возможности оглядеться и разобраться в своих обязанностях, но спасибо за предложение. Я действительно ценю это.
Ее улыбка стала еще шире.
— Поверь мне, когда я говорю, что здесь ничего особенного не происходит. Этот замок самое скучное место на земле. В деревне есть одна пиццерия, где подают резиновую пиццу. В библиотеке полно стариков, пахнущих сосисками. Чайная лавка хороша. Но настоящая спасительная благодать — это паб. По ночам здесь довольно жутко, — ее глаза замерцали, — но иногда приходят большие мускулистые фермеры.
Я рассмеялась.
— Нам надо как-нибудь пойти с тобой выпить. Это будет весело.
— Да, было бы здорово.
— Хорошо, я дам тебе несколько дней освоиться. Я в комнате рядом с кухней. Если тебе что-нибудь понадобится, просто заскочи, я буду рада помочь.
— Спасибо, Мелли.
— Ладно, мне пора возвращаться к серым будням. Увидимся за ланчем?