Человек в зеркале (ЛП)

Загипнотизированная великолепием, с которым она была изображена, я подошла ближе к картине и уставилась на нее. Было что-то такое в ее глазах. Художник запечатлел нечто неуловимое. Я не могла точно сказать, что это было, но поняла, что со временем пойму. Пока я пыталась разгадать таинственное скрытое послание, оставленное художником зрителю в своей картине, снаружи послышался стук каблуков, остановившихся у двери в комнату.
 5 
 Шарлотта 
Моментально, я отошла от картины на середину комнаты, поспешно поправила очки и пригладила волосы. Через несколько секунд тяжелая дверь распахнулась, и на пороге появилась женщина с картины. Художник не преувеличил ее красоты.
Мне показалось, что ей лет тридцать пять, но она вполне могла сойти за мою младшую сестру. Она разговаривала с кем-то по телефону, но в тот момент, когда увидела меня, встретившись взглядом, я вежливо улыбнулась, она присела, скрестив стройные ноги, кожа на ее пятках была такой гладкой, как у ребенка, а юбка темно-розового костюма высоко приподнялась на безупречных ногах.
Она не торопилась с ответом, внимательно слушая говорившего на другом конце провода, с беспокойством, внимательно рассматривая меня — лицо потом мою фигуру, затем ее глаза вернулись к моему лицу. Я так и осталась стоять, вежливо отведя взгляд. Наконец, она закончила разговор, который явно был не столь важен, но она не хотела его заканчивать из-за меня. Она сразу же устанавливала свои правила. Она хотела, чтобы я почувствовала себя неуютно, с самого начала показав свой авторитет. Она не знала, что от ее действий, меня трудно заставить испытывать неловкость. Каждый раз, когда со мной играли в такие ничего не значащие игры, мне просто было жалко этих людей.
— Шарлотта?! — спросила она ровным, как мед, голосом, и ее взгляд переместился с моих мешковатых темных брюк на уродливый белый джемпер.
Я вежливо улыбнулась.
— Да.
— Ты совсем непохожа на Шарлотту.
Я понимала, что это оскорбление, но я была профессионалом. Я даже не собиралась зацикливаться на таком никчемном комментарии. Наоборот, я улыбнулась еще шире.
— Сожалею, но меня так зовут.
— Да. — Ее губы скривились в холодной снисходительной улыбке. — Мне нужна была более опытная няня, ... постарше, но мне сказали, что ты самая лучшая.
— Я очень стараюсь, — тихо сказала я, не отводя взгляда от ее глаз.
Она приподняла идеально выщипанную бровь.
— Полагаю, ты справишься. — Она взглянула на свои часики на тонком ремешке. — Мне нужно присутствовать на одном мероприятии, так что у меня нет особо на тебя времени. Начнем. — Она нажала кнопку на панели рядом со своим креслом. — Приведи Закари в гостиную, — приказала она, прежде чем снова сосредоточить свое внимание на мне. — Экономка покажет тебе все и расскажет, что нужно знать, как устроено все в доме: время приема пищи, расписание Закари и т. д. Однако все указания, касающиеся образования или время препровождения Закари, будут исходить только от меня. Понятно?
— Да.
— Итак, с какими бы проблемами ты ни столкнулась, должна докладывать о них мне и только мне. Это абсолютно ясно?
Я молча кивнула.
— Абсолютно.
— И еще тебе нужно знать, что отец Закари живет в Южной башне. Пять лет назад он попал в аварию, которая сделала его совершенно... — она замолчала, подыскивая нужные слова, — совершенно неприглядным. Поэтому он старается не показываться на глаза слугам и не выходить во внешний мир. Если ты случайно встретишь его во время выполнения своих обязанностей, пожалуйста, не поднимай головы, продолжай вести себя так, будто его не видишь.
Я была уверена, что мои брови исчезли в линии роста волос. Это была самая странная вещь, которую я когда-либо слышала.
— Если меня не будет здесь… иногда я остаюсь в нашей квартире в Лондоне и возникнет какая-нибудь чрезвычайная ситуация, ты можешь поговорить с отцом Закари по внутренней связи. Телефон есть у тебя в комнате, как и в каждой комнате этого замка. Это понятно?
— Да.
Она встала и направилась к тяжелому деревянному столу в углу комнаты. Проскользнув за него, вытащила из ящика пачку бумаг.
— Я твой работодатель, а не отец моего сына, поэтому, если тебе будут даны какие-либо указания относительно Закари, которые выходят за рамки того, что я изложила на этих страницах, ты должна сначала связаться со мной. — Миссис Кинг протянула мне скрепленные скрепкой бумаги. — Здесь все. Дай мне знать, если что-то неясно или…
Я подошла и забрала у нее бумаги.
— Спасибо.
— Изучи их. Они очень важны.
— Обязательно, — пообещала я.
В дверь вежливо постучали.
— Войдите, — приказала миссис Кинг.
Дверь распахнулась, и хорошо одетый маленький мальчик с бледным болезненным лицом вошел в дом вместе с экономкой, пухленькой женщиной с черными волосами с проблесками седины и румяными щеками. Как только ребенок увидел мать, он отпустил руку экономки и бросился к ней. Она обошла стол и остановилась, поджидая его.
В этот момент у нее зазвонил телефон, она взяла трубку одной рукой, а другой легонько постучала по кончику носа маленького мальчика. Его прекрасные зеленые глаза смотрели на нее с обожанием. За этой сценой было очень странно наблюдать. Полная преданность мальчика своей матери казалась странной, почти как в викторианском романе. Он даже не выказал никакого любопытства по поводу моего присутствия, совершенно для него незнакомого человека.
— Я буду через полчаса, — сказала мать в трубку. — Я как раз собираюсь выходить.
Мальчик любовным жестом прислонился головой к ее юбке, она нежно положила руку ему на голову, я уже было начала изменять свое мнение относительно нее. Скорее всего она действительно любила своего сына. Возможно, я была слишком к ней строга. Поскольку отец фактически жил отшельником, атмосфера этой семье была по меньшей мере странной. Мои мысли были прерваны внезапным приступом кашля мальчика.
— В чем дело, дорогой? — Спросила миссис Кинг.
Без всякого предупреждения мальчик дернулся назад и его вырвало длинной струей прямо на юбку матери. Она так пронзительно закричала от ужаса, что я чуть не выпрыгнула из своей кожи, инстинктивно оттолкнув своего ребенка от себя.
Мой рот открылся от шока, когда мальчик упал на ковер и мгновенно заплакал. Экономка не двинулась с места, и когда я недоверчиво взглянула на нее, она отрицательно качнула головой, как бы предупреждая, чтобы я молчала.
— Что ты стоишь и пялишься на меня? Разве не видишь, что ты ему нужна? — Миссис Кинг набросилась на меня.
Я мгновенно перешла к действию. Положив на стол ее инструкции, подошла к мальчику и взяла его на руки. К моему удивлению, он спокойно вытянул вверх руки и без сопротивления оказался в моих объятиях. Я подняла его с пола, он смотрел на мать сквозь слезы на глазах.
Она схватила бумажные салфетки со стола за ее спиной и сердито стала тереть юбку.
— Я и так уже опаздываю, — воскликнула она, бросив салфетки и с ужасом глядя на пятно. — Фу... и этот запах. Мне нужно переодеться. — Она взяла телефон и, по-видимому, начала звонить кому-то, с кем договорилась встретиться, полностью забыв про нас.
— Пойдем со мной, — прошептала мне экономка.
Неся мальчика, я последовала за ней из комнаты. Проклятия его матери затихли вдалеке дома, пока экономка вела меня по темному коридору.
— Я миссис Блэкмор, — сказала она, перекрывая тихие всхлипывания ребенка.
— А меня зовут Шарлотта.
— Иди сюда, дорогая, — сказала она, открывая другую дверь.
Мы прибыли в очень простую серо-белую кухню. Вся эта роскошь предназначалась для хозяйки. Здесь же собирались только слуги.
— Побудь с ним. Я пойду поищу чистое полотенце, — сказала она и исчезла за другой дверью.
Я вытащила носовой платок, опустилась на колени и вытерла рвоту с его подбородка. Я смахнула слезы с его лица, изо всех сил стараясь его утешить, но он не переставал плакать.