Война Евы (СИ)

- Просто пиши дальше, у меня нет на это времени, - пытаюсь освободиться, но наша «звезда» держит меня крепко, - послушай, я и так всё свободное время трачу на поиск удачных цитат из твоей последней книги. Ты ведь понимаешь, что я не обязана это делать?
- Если будет мало рекламных постов, книгу перестанут покупать, - с умным видом сообщает госпожа автор.
- Этим ты должна заниматься, - припечатываю её.
- У меня творческий кризис, - восклицает Стефания, тут же освобождая мои руки и улетая в соседний отдел.
- Звездааа, - протягивает Саша, как только за девушкой закрывается дверь.
- Я говорила, что её не нужно было так раскручивать, - иду к своему столу, - слишком капризная.
- Но теперь на ней держится почти весь наш доход. Кто ещё в семнадцать лет так знаменит, как Стефания? Её канал на YouTube набрал более пятисот тысяч последователей за полгода, - замечает второй редактор.
- Вчера уже пятьсот пятьдесят тысяч было, - сажусь в кресло и открываю вкладки на компе.
- Теперь понятно, почему она любимица главного редактора. Мы должны пылинки с неё сдувать, - Саша поправляет макияж, игнорируя мой взгляд.
- Мы должны помнить, что рано или поздно этот мыльный пузырь лопнет. Её тексты не стоят такого внимания.
- Пока – пипл хавает, - жмёт плечом Саша, - ей даже прощают примитивный язык и километровые диалоги ни о чём. Ведь главное – идея. Интересно, народ скоро поймёт, что семнадцатилетняя пустышка просто не способна дойти до подобных мыслей самостоятельно? – не без провокации спрашивает второй редактор, косясь на меня.
- Если не будешь болтать – ещё не скоро, - закрываю эту тему и ухожу в работу.
То, что я помогаю главной звезде нашего издательства писать книги – секрет за семью замками. Я даже договор подписала, что не буду разглашать эту информацию. Имя Стефании стало брендом, и это именно я создала кумира для молодёжи, помогая юной и неопытной писательнице выпустить свой первый роман в пятнадцать лет. Прошло два с половиной года, и теперь тираж Стефании не многим отличается от тиража известных российских фантастов. И это тоже моя заслуга.
Но чем дальше едет поезд, тем больше я понимаю, какого монстра создала.
Вот только теперь меня уже никто не слушает; теперь Стефа, как она просит называть себя, на короткой ноге с главным редактором – а это значит, что она неприкасаемая. Я даже не могу создать ей конкурентку. Мне просто запрещают это делать. Уйти я тоже не могу – мне нравится моя работа в издательстве. Здесь я на своём месте. Здесь я делаю то, что хочу, а не то, чего хочет моя мать.
Пусть она и поспособствовала тому, чтобы в своё время меня сюда взяли…
Но за несколько лет упорной работы я доказала, что достойна своей должности, и план матери потерпел крах: она очень надеялась, что я не справлюсь, или что это быстро мне надоест.
Как же она удивилась, когда я взяла квартиру в ипотеку и съехала из дома спустя пару месяцев.
- Ева! – голос главного редактора вынуждает меня оторвать взгляд от экрана, - Зайди ко мне.
Поднимаюсь на ноги, иду в кабинет начальства.
- Доброе утро, Роман Николаевич, - здороваюсь с шефом.
- Ты отказала Стефании в просьбе? – с ходу наезжает на меня тот.
Смотрю в цепкие глаза главвреда, - как я по-тихому зову Романа Николаевича, - и отвечать откровенно не хочу.
- Не игнорируй мои вопросы! – повышает голос этот когда-то импозантный, а теперь – помешанный на деньгах нервный мужчина с сединой в волосах.
- Что она вам сказала? – спрашиваю, отводя взгляд в сторону.
- Что ты не стала помогать ей, когда она просила о помощи, - чётко произносит главвред.
- Вы же понимаете, что я не обязана помогать ей с каждым романом? – спрашиваю прямо.
- Ты подписала договор!
- О том, что не расскажу о своей помощи, - произношу сухо, - а не о том, что стану писать за неё все последующие бестселлеры.
- Ты много о себе думаешь, - сообщает мне главвред, - Стефа сама пишет свои книги. Ты лишь подкидываешь ей идеи. И тебе за это доплачивают!
 
- Я подкидываю ей идеи, редактирую её нечитабельные тексты, веду блог с её цитатами и делаю ей рекламу в соц.сетях. Да, я слишком много думаю о себе, - сведя брови к переносице, отвечаю, - И, конечно, без меня она бы справилась спокойно… Могу я взять отпуск на пару недель?
- Не горячись, - мгновенно меняет тон главвред, - мы все знаем о твоём КПД. Именно поэтому ты получаешь больше всех остальных редакторов.
- Я не жалуюсь на свою зарплату, - спокойно отвечаю, - я лишь прошу не заставлять меня делать то, чего я не обязана делать. Если у Стефании есть мозги, она будет тратить время на чтение хороших книг и развитие своего таланта, а не на светские тусовки и публичную жизнь.
- Как только она исчезнет с радаров, все быстро о ней забудут, - напоминает главный редактор законы нашего мира, - её имя должно быть на слуху, ты сама это прекрасно знаешь. Она просто не может позволить себе тратить время на самосовершенствование.
- Теперь она замахнулась на слишком серьёзный роман. А это значит, что «консультаций» и прочей «помощи» потребуется слишком много. У меня действительно нет на это времени.
- Давай, я освобожу тебя от других обязанностей! Будешь вести только Стефу. Будешь её личным редактором! Мы тебе даже должность такую пропишем – всё будет официально! – глядя на меня глазами самого счастливого в мире коммивояжёра, предлагает Роман Николаевич; даже руки ко мне простирает, пытаясь уверить, что предлагает приобрести не рабский контракт, а золотую жилу.
- Мне надо подумать, - коротко отвечаю, после чего выхожу из кабинета главвреда.
- Ругал? – уточняет Саша, стоит мне вернуться на место.
- Предлагал новые условия, - без особых подробностей отвечаю.
- А ты везучая. Мои авторы годятся лишь для заполнения задних полок в магазине, а у тебя в наборе и популярный автор, и новый контракт.
- Хочешь меняться? – смотрю на Сашу совершенно серьёзно.
- Нет, спасибо. Мы бы с ней не смогли ужиться вместе, - вспоминая мою «подопечную», отмахивается та.
- Кстати, куда пойдёшь обедать?..
- Никаких обедов! – едва не врываясь в наш офис, неожиданно заявляет главвред, - Он приедет раньше, чем мы думали!
- Кто? – удивленно переспрашиваю.
- Красавчик начальник отдела, - Саша растягивает на губах довольную улыбку, - его ждали во второй половине дня!
- Так, Ева! Саша! Шагом марш в зал совещаний!
Мы переглядываемся и не спеша выходим в коридор; когда доходим до зала, я даже останавливаюсь от удивления.
- Ты чего застыла в проходе? – Саша стучит мне по плечу, и я делаю шаг в сторону, - Ого! Полным составом…
- Даже верстальщик пришёл, - изумленно произношу, разглядывая всех присутствующих, - все что, заранее знали?
- Я же говорю тебе: ты совсем не интересуешься жизнью издательства, - заводит старую пластинку второй редактор и усаживается в одно из кресел за огромным круглым столом.
- У меня нет на это времени, - повторяю свою заученную фразу, а затем произношу негромко, - так… ладно дизайнеры… но иллюстратор здесь зачем? И корректор… у этого руководителя отдела маркетинга будут какие-то особые полномочия? Здесь же реально - все.
- Забыла тебе сказать, - Саша поднимает голову, предлагая мне либо сесть рядом, либо наклониться; выбираю последнее, - ходит слушок, что наш главный дал ему карт-бланш. Нас, вроде как, ждут большие реформы.
- Да что это за человек такой? – уже искренне удивляюсь.
- Говорят, он любой бизнес с нуля поднимает. Что-то вроде гениального консультанта. У него вообще неограниченный спектр знаний.
 
- Ты поэтому прозрачную блузку надела? – спрашиваю ровно.
- Вот, всегда ты всё опошлишь, - закатывает глаза Саша.
- Не знаю, не замечала за собой, - также ровно парирую, затем выпрямляюсь.
- О, Ева, ты тут! – в зал заходит Стефания.
- А ты здесь зачем? – спрашиваю у неё.