Теплый снег (СИ)

Подхватив сестру на руки, Невада понес ее на руках, дабы не дать потеряться и помочь справиться с этим восхождением. Малышка не сопротивлялась. По усталости на ее лице и исчезновению ажиотажа было видно, что продолжать так до самого конца она не сможет.
— Братик, — шепнула на ухо Хиония.
— Да?
— А кем ты хочешь стать?
— Кем скажут, тем и стану. — Не колеблясь, ответил мальчишка.
— И ты совсем-совсем ничего не хочешь?
— Честно говоря... — Левой рукой, придерживавший сестру за спину, Невада медленно начал водить вверх вниз, как бы поглаживая ее. — Я просто хочу остаться с вами.
— Это хорошо. — Хиония улыбнулась. Девочка была прижата животом к груди Невады и потому могла видеть всю ту толпу людей, что поднималась вслед за ними. — Потому что я тоже хочу остаться рядом с братиком.
Мальчишка улыбнулся. Эти теплые, но приятные слова вызвали в нем радость и легкое смятение. Мать, наблюдавшая за всем этим со стороны, слегка щурилась. Она лучше остальных знала, что предназначение может быть как даром, так и проклятьем. И именно поэтому все те эмоции, что сейчас ощущал Невада, она понимала.
Вскоре, оказавшись на нужном втором этаже, семья остановилась. Людей здесь было так много, что и сосчитать было сложно. Пройти выше, туда, где располагался храм, было просто невозможно и именно из-за этого вперед пропускались лишь сами дети, участники торжества.
— Хорошо, — Лагерта повернулась к Неваде и, взяв из его рук сестру, подхватила ее одной левой рукой, а правой помогла сыну снять теплую куртку.
Оставшись лишь в белом, Невада задумчиво взглянул на кусочек земли под своими ногами. Людей было так много, что стоять приходилось практически вплотную друг к другу. Повсюду слышались голоса. Повернув голову на один из них, мальчик увидел семью, что наставляла свою дочь. Девочка плакала и улыбалась одновременно. В тоже время ее бабушка, сгорбившись, диктовала ей какие-то наставления и слова напутствия.
— Сынок, — неожиданно раздался голос матери. Обернувшись, Невада увидел грустную улыбку на губах Лагерты. В ту же секунду ее правая рука легла на его голову. — Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, — ее рука начала трепать пепельные волосы мальчика, слегка покачивая его голову, — но, чтобы не случилось, мы всегда будем на твоей стороне. Слышишь меня? Если ты станешь торговцем, лесником или даже проводником, ничего с нами не случится. Да, мы останемся здесь, но ты всегда сможешь вернуться.
Невада поднял голову вверх, смотря на свою мать с влажными, наполненными сомнения глазами. Ее слова будто отвечали на всего немые вопросы и тем самым заставляли волноваться еще больше.
Сжав свои ладони в кулаки, мальчишка кивнул и уверенно произнес: «Я понял».
Лагерта улыбнулась. Убрав руку от головы мальчика, женщина сделала шаг назад.
— Тогда иди. Мы будем ждать тебя дома.
Невада резко развернулся. Вклинившись в линию идущих вперед детей в белом, он точно так же, как и они, начал подниматься вверх. Ступив на лестницу, он ощутил хлопья снега, летевшие на него.
В округе стояла тишина. В ней выражалась величественность и важность этого момента. На первом этаже взрослые, разделившиеся на две части и тем самым образовавшие широкий коридор, пропускали детей вперед.
Среди толпы прохожих кого только не было. Люди самых разных профессий и призваний стояли здесь, вспоминая, как и они когда-то, шли в этих белых одеяниях вперед, переживали и думали о своем будущем.
— Смотри, смотри! — Девушка с длинными, пышными, светлыми волосами, стоявшая в обтягивающих черных штанах, сапогах на высоком каблуке и ярко-красной кофте с черными узорами, начала указывать пальцем на линию детей в белоснежных одеяниях, идущую вперед. — Это они. Дети, что получат сегодня призвание.
— Вообще-то я вижу. — Мужчина, стоявший рядом с ней, был одет так же в красно-черные оттенки. Его суровые черты и вытянутое лицо из-за роста смотрели как бы поверх всей толпы, наблюдая за происходящим.
— В этой стране так странно происходит получение призвания. — Девушка улыбнулась, слегка склоняя голову на бок. — Интересно, среди этих детей есть кто-нибудь, кто станет одним из нас?
— Возможно.
— Стоит ли нам дождаться конца мероприятия?
— Нет. — Мужчина повернулся спиной к детям и храму, направляясь в сторону выхода из города. — Если там и будет кто-то из наших, он сам придет потом к нам. Не будем торопить события.
Девушка покосилась сначала на детей, а затем и на своего спутника, после чего тяжело вздохнула и медленно направилась следом за ним. Люди вокруг них начали расступаться, пропуская вперед, и потому никаких препятствий на своем пути они не встречали.
Тем временем Невада уже подошел к огромному белокаменному зданию, возвышавшемуся над всем городом. Это здание, выполненное в готическом стиле, считалось самой большой постройкой в этом городе. На входе его стояли две женские статуи, облаченные в легкие, как бы шелковые одеяния, и символизировали эти статуи ни богов и ни ангелов, а духов снега и ветра.
Дети медленно, друг за дружкой, входили в храм через его главные ворота и выходили из его черного выхода. Ожидая своей очереди, Невада заметно волновался. Пусть ветер и не был сильным, падающие на мальчика снежные пушинки вызывали ощущение прохлады. Приложив руки к губам, Невада выдохнул в них горячий пар.
«Если есть хотя бы какая-то вероятность того, что мое призвание будет связано с этим местом, я бы хотел, чтобы так оно и было». 
Наступила очередь Невады войти в храм. Широкие двустворчатые двери медленно приоткрылись перед ним, пропуская яркое сияние, идущее откуда-то изнутри, наружу. Вместе с небольшой группой детей, что стояла возле него, Невада медленно вошел через двери внутрь этого огромного белоснежного здания.
Теплый воздух ударил в лицо, заставляя тело, простоявшее на морозе, затрепетать. Сияние стало еще ослепительнее, но глаза быстро привыкли к нему. Перед детьми предстал огромный зал, наполненный колоннами и разными деревянными сидениями, а впереди виднелся постамент и стоящая на нем девушка. Облик этой служительницы храма казался удивительным. Длинные пышные волосы цвета снега струились по ее спине, спускаясь до бедер. Ее лицо в форме сердца, пухлые губы и большие кукольные глаза с радостью и трепетом смотрели на подходящих друг за другом детей. Будучи облаченной в легкое, совершенно неподходящее для зимы белое одеяние, которое покрывало и ее голову, она протягивала руку детям, закрывала глаза, произносила какие-то слова, и уже через секунду на нежной детской коже появлялось изображение призвания.
Подойдя к этой прекрасной незнакомке, Невада медленно протянул ей свою руку. В этом месте говорила лишь она и потому в момент, когда очередь Невады подошла, вокруг царила тишина. При виде волнения в глазах мальчика, девушка улыбнулась, протянула ему свою ладонь и начала ждать. Расслабив сжатую в кулак руку, Невада медленно протянул ее и вложил в протянутую женскую ладонь. Незнакомка моментально накрыла его руку своей свободной левой рукой, закрыла глаза и начала шептать. Тех слов, что она шептала Невада не смог разобрать то ли из-за волнения, то ли из-за непонимания ее языка.
Глубоко вздохнув, мальчик закрыл глаза. Как ни странно, но когда его ладонь оказалась в руках этой незнакомки, страх его улетучился. На смену ему пришлось спокойствие и умиротворение. И именно тогда, когда его мысли и тревоги отступили на второй план, он смог задуматься о том, чего он действительно желает.
«Хочу делать что-то значимое». 
Перед глазами засиял свет, а его рука, удерживаемая девушкой, на секунду ощутила какую-то легкость. Приоткрыв веки, мальчик увидел, что между ним и служительницей храма появился дух. Более того, сейчас именно этот дух удерживал мальчика за руку, в то время как удивленная незнакомка шаг за шагом отступала.