На пути к высокому хребту (СИ)

Увидев Рабе с тушкой белки они замерли. Остановились в двух шагах от этой странной парочки. Неуверенно потоптались на месте, не решаясь приблизится.
– Вы ее поймали? – удивленно спросил Зарк. – Но как?
Рабе сделала два шага к ним и пошатнулась. Она была пьяна.
Ее подхватил под руку возница.
– С вами все в порядке? – озабоченно спросил он.
– Да… Я… Я просто… устала.
Девушка кинула тушку белки Зарку, а он отшатнувшись, отбил ее мечом и та улетела дальше в кусты.
– Как вам удалось ее убить? – не веря своим глазам, спросил он.
– Не знаю, лер, я ее задушила. Так испугалась…
– Испугалась и задушила? – ошарашенно повторил возница.
– Вот это я понимаю княгиня! А что будет, Зарк, если она своими ручками схватит без испуга? Хе-хе, – он нервно рассмеялся:
– Испугалась и задушила. Ха-ха.
Они втроем вышли к остальным эльфарам. Те образовали круг, встав спина к спине. Увидели своих и раненный эльфар, зажимая рану, спросил:
– А где белка?
– Умерла, – отозвался Зарк и тоже нервно рассмеялся:
– Льерина ее от страха задушила. Эльфары вытаращились на девушку, а та огляделась и вроде как не к месту произнесла:
– Кони не храпят.
– Да и что? – прислушавшись, спросил Зарк.
– Опасности больше нет, – вместо девушки отозвался возница.
  
Глава 7
 
Планета Сивилла. Верхние планы бытия
Перед возвращением в свой замок, я решил навестить «Град на горе». Хотел оставить там, сбежавших ко мне спецназовцев – обормотов и картежников, что без ссор не могли прожить и дня, а заодно поговорить с Авангуром о мастере астрала:
«Может он что знает»?
К своему удивлению я очутился не как обычно на крепостной стене, вернее на площадке с фонтаном, где до недавнего времени жила моя русалка крула. А в высоких палатах, украшенных белым мрамором, резьбой и скульптурами. Присмотревшись, я узнал в них самого себя в разных одеждах и как бы совершающих подвиги. То повергаю дракона и стою с гордо поднятым над головой копьем, то…
В общем я только усмехнулся, покачал головой и дальше смотреть на это великолепие не стал. Культ моей личности процветал во всю, даже в художественных формах. Видимо Мата моя новая управительница, решила, что без этого ни как. Подданные должны видеть мои подвиги и благоговеть.
Осмотрев убранство большого зала, увидел вычурный трон, подошел и сел на него. По все видимости это был мой дворец.
Тут же «материализовалась» девушка управляющая.
Чинно вошла в тронный зал и поклонилась. Следом вбежали воины и девушки в красивых нарядах. Воины встали возле трона, а девушки с опахалом за ним. Все красавицы как на подбор. Я только с опаской посмотрел на лесных эльфарок.
«Что можно от них ждать? На прыгнут сзади и вцепятся в горло».
Но те вели себя спокойно, не выделяясь от остальных девушек.
– Господин, – хорошо поставленным голосом проворковала Мата, – ваш народ рад приветствовать Вас в Вашем замке.
И тут же грянула музыка, и неизвестно где находящийся хор красиво затянул:
– Славься Град на горе…
Из меня полезла неразлучная троица и то же затянула псалом.
– Пошли вон! – тихо приказал я им.
А то удумали махать руками и змеями пред моим сиятельным лицом.
Пока хор прославлял «Град», появились Рохля и Авангур. Они встали в сторонке и ждали окончания приветствия.
Я понимал, что здесь существуют свои правила и как говорила моя бабушка:
– Не нами придумано, не нам отменять.
Поэтому терпеливо ждал окончания хорового пения. Как только он закончилось, управительница уперла руки в бока, ну точно как Лианора и нахмурила брови.
– Вы, трое бездельников! – обратилась она к спецназу духов. – Подошли сюда и рассказали, где шлялись. Троица тут же юркнула за трон. И Рострум громко зашептал мне в ухо:
– Господин… Спасите!.. Это не женщина, это управомучительница.
– Сами, сами, – отмахнулся я. – Все сами решайте.
И тут же раздался приглушенный писк Мастера. Это стража выпихнула их пред управительницей. Мастер при этом споткнулся и упал.
 
– Это все он, – произнес Мастер и решительно показал пальцем на Мессира.
– И ни че ни я, – отрезал тот и ткнул пальцем в Рострума. – Это все он.
У Рострума затряслись колени. А змеи выпрыгнули из глаз и извиваясь устремились прочь унося его глаза.
– Глаза! Мои глаза! – заорал он. – Я ни причем! Это все он! – и ткнул пальцем в меня.
От неожиданности я даже растерялся. Как то странно замкнулся круг на мне. И я ничего лучшего не придумав, ответил, честно глядя в глаза управительнице:
– Он врет. Это не я.
Хотя сам не понимал, что не я, почему не я и в чем собственно меня обвиняют? Просто попадая в ситуацию когда тебя непонятно в чем обвиняют, я поступил как ребенок и ответил первое, что пришло в голову.
Управительница поклонилась и сурово произнесла:
– Я разберусь, господин.
В этой фразе я услышал приговор несчастному и не только я это услышал.
А так как меня никто здесь наказать не мог, то от ее слов мне стало легче. А два бездельника изобразили сильное стремление помочь Роструму и заорав в две глотки:
– Держи их! – Бросились прочь из зала.
«Каждый раз когда я попадаю на свою гору, происходит что-то невообразимое» – подумал я и покачал головой:
«Надо же! Я испугался своей управительницы»!
Подошли Авангур и следом Рохля. Рохля со странной опаской поглядывал на девушку.
Та зыркнула на него и произнесла, – не задерживайся, у тебя много работы.
– Да, дорогая, конечно, – пролепетал он.
Я посмотрел на хранителя, который съежился под ее взглядом и удивленно спросил:
– Дорогая?
Авангур расхохотался:
– Наш Рохля влип. Еще глядишь и женится.
Рохля еще больше ссутулился и пряча глаза проблеял:
– Командор, спасите… Отправьте меня на мое служение…
– А что так? – удивился я. – Сам пойдешь, без нас?
И поглядел на стоявшую в стороне, и смотревшую на нас девушку, которая сузила глаза и ими расстреливала Рохлю. Мне даже показалось, что увидел в этом взгляде смертельный приговор для слабохарактерного хранителя:
«Еще слово и я тебя расстреляю»!
– Пойду, командор! – живо отозвался Рохля. – Только отпустите!
Я посмотрел на него, потом на управительницу и подумал:
«Я тебя здесь не держу. Сам остался… Но что-то ты сделал неправильно».
И ко мне пришла мысль поразившая меня.
«Рохля соблазнил Мату. А та девушка хваткая своего не упустит. Заявила на него права. Теперь он хочет удрать».
Мне стало смешно:
«Не хорошо, парень, обманывать девушек, а потом убегать от них».
– Я думаю, что ты один не справишься, Рохля, – сделав вид, что думаю, ответил я. – Тебе нужен помощник.
– Я согласен, – сразу же ответил он. – возьму Рострума и его команду.
– Ну это вряд ли, – покачал я головой, отметая его устремления. Они мне здесь нужны, да и помощники они такие, что скорее в гроб сведут. А возьми вон мою управительницу. Эта никому спуску не даст.
– Ты как? – обратился я к девушке, – пойдешь с Рохлей помогать ему в его служении?
– Пойду! – твердо и решительно словно жена декабриста, отозвалась девушка.
Рохля от такой постановки вопроса разинул рот. Он глотал воздух, словно рыба вытащенная из воды, силясь что-то сказать, но я опередил его:
– Не благодари, брат, – похлопал его по плечу и подтолкнул к девушке.
– А ты, – я с улыбкой посмотрел на довольную, словно объевшаяся сметаной кошка, девушку, – найди себе замену.
Рохля не в силах произнести даже одно слово, мог только моргать и переводил взгляд с меня на девушку и обратно. По его виду можно было подумать, что жизнь хранителя в один момент рухнула и злая судьба ударила по голове, лишив дара речи. Но все же он смог собраться.
 
– Почему-у?… – еле слышно прошептал он.
– Потому что, я обещал тебе помощь, Рохля, и держу обещание, – ответил я. – Вы начнете, а мы с Авангуром как освободимся, придем укреплять твое служение. Ну иди, не стой столбом, – похлопал я его по плечу и подтолкнул. – Я верю в тебя мой названный брат.