Кружева от госпожи Феи (СИ)
«Ириан поспорил на тебя. Что влюбит в себя, и ты выйдешь за него, но он никогда тебя не любил и менял девушек, как перчатки. Ты хочешь стать одной из них? Такой же использованной?», — спросил ее Белиан.
Но как оказалось… одним из спорщиков был и сам Бел, и об этом Елении в гневе поведал Ириан. В тот вечер он сделал ей предложение, подарил то самое кольцо, говорил, что если она наденет его на палец, то сразу поймет, что он с ней честен и не изменял, но Еления не слушала, бросив подарок ему под ноги.
Помолвку с Белианом она разорвала, но от былой дружбы с его высочеством не осталось и следа. Он предал ее, унизил и девушка не желала с ним общаться и видеться.
«Кто же додумался прибрать к рукам изобретение артефактора Кросмана?», — думала она, сидя в кресле и сложив на коленях руки.
Самого артефактора в зале суда не было, но вместо него стоял ухоженный юноша в университетской мантии черного цвета с изображением дракона на груди.
— Мое имя Канкер, я адвокат и представляю интересы профессора Кросмана, — в его руке лежала толстая, едва скрепленная кожаными шнурками папка с множеством листов.
Рядом с ним, сложив руки на груди и выпятив нижнюю губу, был второй мужчина, тоже в мантии, но другого цвета.
Еления не обучалась в университете «Фафнира», но знала, что зеленое носят зельевары или лекари. «Хотя, кажется, у вторых они салатового, а не изумрудного цвета…».
— Я профессор Петир и требую у суда вынести решение в мою пользу! Я участвовал в разработке артефакта по определению готовности и качества зелий, чтобы ни одно из них не испортилось раньше времени и студентам стало проще их готовить. Приготовленные лично мной зелья послужили материалом для проведения проверки артефакта. И я не потерплю, чтобы эта слава досталась тому, кто только и делал, что составлял магические формулы, вплетая их в осовремененные котлы нового образца.
— Да бросьте Петир, старина, — шутливо проговорил адвокат. — Мы много раз обсуждали с вами договор и то, что после завершения эксперимента и если он будет удачен — вы не станете претендовать на авторские права.
— Ничего подобного я не говорил и не подписывал! — прогнусавил профессор.
— Имеются подтверждающие этот факт бумаги и свидетель, — не согласился его оппонент, потрясая кипой бумаг. — Свидетельница и практикантка лорда Кросмана с вами бы не согласилась. Вы лично при ней подписали документ, — он вытащил из папки бумагу и хотел передать ее профессору, но Елении не понравилось, какой ненавидящий взгляд Петир бросил на документ и порывом ветра, ее вырвало из руки адвоката, и она оказалась у Елении «Вдруг этот профессор вздумает разорвать ее на клочки и поджечь».
Прочитав договор и сверившись с подписями в других документах, которые советник поднес ей, девушка сделала неутешительный вывод: «Я, конечно, слышала, что у лорда Кросмана имеются завистники и есть чему завидовать, но это уж слишком. Коллега по университету, казалось бы, научное лицо, которое должно быть заинтересовано в прорыве и улучшении качества жизни всего государства, в первую очередь для студентов, печется о презренном металле», — но тут же одернула себя. «Думай, как королева, а не поклонница творчества Кросмана. Нельзя быть предвзятой».
— Я не верю подписи какой-то соплячки, всем известно, что любовница лорда может сказать и не такое, — огрызнулся Петир.
— Я бы попросил вас, выбирать выражения, — холодно проговорил Канкер.
— Нашли кому угрожать! Вы еще слишком юны для адвоката, и не знаете жизни. Кросман одурманил вас своими изобретениями, как и половину королевства. Платит ли он вам за это или вы живете за счет одних лишь идей и служения вашему хозяину? — ехидно спросил Петир.
— Мне платят более чем, чего нельзя сказать о вас и… — Канкер осмотрел старую потертую мантию с торчащими на груди нитками. — И вы называете себя профессором? Да мне стыдно, что вы носите эмблему нашего магического университета, таким торгашам в альма-матер не место.
— Господа, тихо! — советник призвал их к порядку. — Леди Еления?
Девушка еще раз ознакомилась с документом:
— Пригласите свидетеля! — провозгласила она.
Свидетеля, точнее свидетельницу пришлось ждать недолго, ровно столько, чтобы адвокат выпустил магического вестника, и в конце коридора открылся портал. Вместе со свидетельницей, пришел молоденький студент в зеленой форме.
— Приветствую вас, — с Еленией поздоровалась белокурая девушка с короткими едва достающими до плеч волосами и большими карими глазами. Вместе с мантией синего цвета на ней была пышная юбка, до щиколоток, ботиночки и белоснежная рубашка с тонким галстуком.
«Ух ты! Не знала, что в магическом университете есть такая форма. Неужели она студентка?», — подумала Еления, когда советник привлек ее внимание покашливанием.
— Добрый день. Вы, видимо, леди… — она прочитала ее имя в договоре. — Сусперия Адерли, и с вами…
— Это студент первого курса, протеже профессора Петира, — с улыбкой ответила Сусперия.
— Что? Привели сюда еще и желторотого птенца? — профессор усмехнулся, сложив на груди руки.
— Именно так, — она еще шире улыбнулась Петиру. — Саймон Морли был помощником профессора Петира. Именно он собирал и готовил все ингредиенты для будущих зелий, которые использовали, как пробный материал. Саймон одаренный юноша, думаю, он станет вашей прекрасной заменой, профессор, — девушка ободряюще похлопала товарища по плечу.
Студент слегка смутился, и поправил съехавшие с курносого носа очки.
«Такой молодой и талантливый, надо же…».
— Говорите, юноша! — разрешила Еления.
— Я… — неуверенно начал он. — Х-хот-тел б-бы рас-сказ-зать…
— Курам на смех! Этого заику в будущие профессора? — Петир высмеял несчастного. — Да он даже двух слов связать не может без этого заикания, Сусперия, вы решили превратить королевский суд в балаган? Постыдились бы перед своим… патроном.
Еления заметила, что профессор хотел назвать его другим словом, но осекся и исправился.
— Ну же юноша, смелее. Мы собрались здесь ради правды! — Еления улыбнулась ему.
— Кхм! Я хотел бы рассказать о том, что негласно присутствовал в тот самый день, когда профессор Петир решил помочь лорду Кросману в его изобретении. Глава моей кафедры не знал, что я нахожусь с ним в одном кабинете, потому что я…
— Он перебирал архив и стоял за шкафами, — закончила за него Сусперия, но поймав строгий взгляд советника, замолчала.
— Верно! По чистой случайности в тот день нам задали очень много заданий по другому предмету, и лорд Кросман разрешил нам поработать в кабинете-лаборатории. Когда они вдвоем с профессором Петиром вошли внутрь и стали обсуждать прошедшую сессию, Петир первым заговорил об изобретении Кросмана. Лорд сразу же предупредил его о том, что все изобретения закреплены за его именем, и напарников он себе не ищет. Профессор заверил его, что действует ради блага науки, и ему искренне интересно, чем все закончится, он готов вручить свои зелья лорду просто так, как хороший коллега, и занять скромную роль наблюдателя. Вызвали адвоката, сэра Канкера, свидетельницей со стороны Кросмана стала Сусперия, а со стороны зельевара — я Саймон Морли.
— Сэр Канкер составил четкий договор, который вы, миледи, держите в руке. Все подписи я могу подтвердить магической печатью, — она вытащила из кармана круглую печатку с драконом и отдала советнику.
— Печать тоже подлинная, попробуйте, леди Еления, — подтвердил он и вручил ее девушке. Еления поочередно приложи ту к подписи лорда и студентов, — витиеватые буквы замерцали и потухли. — Вопросов нет. Раз Саймон Морли стал вторым свидетелем, и вместе с тем участвовал в готовке всех зелий, то ему и стоит просить лорда Кросмана о вписании его имени в патент на изобретение, а не вам, профессор Петир, — подвела черту Еления.
— Да что расфуфыренная леди смыслит в делах королевского суда?! — повысил голос Петир.