Власть (СИ)

– А что полковник рассказал Совету? Нас упоминал? – дельно поинтересовался возбужденный Ботаник, белея в темноте телом покойника.
– Вроде бы, нет, – ответила Чертовка. – Нас считаю – пропавшими без вести.
– Странно, – задумчиво произнес я. – Полковник ведь мог сказать, что мы дезертиры. А вдруг мы вернемся?
– Видимо, он не рассчитывает, что мы вернемся, – медленно проговорил Кос, блестя глазами. – Если бы Спартак сказал, что мы дезертиры, то ему бы пришлось объяснять – как так он оставил нас в живых. Полковник ведь совершенно точно не стал рассказывать о том, что произошло в лесу рядом с Киберградом.
– А добраться в город он мог только с помощью альвов, – подхватил я рассуждения друга. – Наверное, они-то ему и пообещали, что в городе нас больше никогда не увидят. Без Агнес лес бы мы не пересекли.
– Или у полковника внезапно заиграла совесть – и он не стал порочить нашу память. Все-таки Спартак солдат. Мы столько с ним служили. Если он уверен, что нас рано или поздно достанут альвы, то смысл ему называть нас дезертирами? – предположил Ботаник, почесав нос кончиком ногтя.
– Тоже верно, – бросила Чертовка. – Но теперь нам надо устранить не только Агату, но и Спартака. Если он узнает, что мы в городе, то полковник сделает всё, чтобы уничтожить нас. Спартак не простит нам то, что произошло в лесу. Мы ведь его бросили на верную смерть, хотя он и заслужил это.
– А жизнь-то становится всё веселее и веселее, – мрачно прошептал я, начав надевать костюм. Тело уже почти обсохло.
– А что же такое предложил Спартак альвам, раз они вывели его из леса? – задался вопросом Кос, тоже став облачаться в бронекостюм.
– Похоже, что он теперь работает на них, – уверенно предположила Чертовка. – Только это от него могло потребоваться альвам.
– А Спартак как-то поймет, что мы устранили его работодателей? – поинтересовался друг.
– Может, не сегодня и не завтра, но точно поймет, – сказал я, надевая шлем и включая ночное видение. Мир раскрасился в несколько цветов и их оттенки. Теплокровные объекты выглядели, как багровые силуэты различной интенсивности, а остальной пейзаж оказался похож на то, что я видел, будучи под действием «Кошачьих глаз».
– Чертовка, где там твоя коробчонка, которую ты из города пригнала? – язвительно поинтересовался Кос, неожиданно вспомнив Царевну-лягушку.
– Сейчас пешком пойдешь, – огрызнулась девушка. Ей было не до смеха.
Ведьма двинулась сквозь заросли, приказав киборгам следовать за собой. Они все вместе, шурша листвой, покинули берег реки. Я проводил их взглядом, а потом неодобрительно покосился на друга.
– А я что? – всплеснул он руками. – Неженками какими вы все стали.
– Пошли, – буркнул я и двинулся прочь.
Фургон обнаружился метрах в пятидесяти от берега. Боковая дверь была сдвинута до упора и внутри сидели киборги. Автомобиль просел чуть ли не до земли. Тут сыграли свою роль: и его плачевное состояние, и вес киборгов.
Я протянул, сокрушенно покачав головой:
– Вот это скрытность… Что ты охранке на воротах скажешь, Чертовка? Картошкой запаслась на пару лет – вот днище и волочится по дороге?
– Полезай, – отрывисто бросила она, кивнув на фургон. – Взрослые обо всем уже договорились, пока дети голышом плескались в речке.
– Завидует,– ехидно оскалился Кос, ткнув локтем в ребра Ботаника.
– Заткнись уже! – синхронно выкрикнул я и Чертовка. Мы удивленно посмотрели друг на друга.
Кос прошептал, мелко хихикая:
– Еще даже не живут вместе, а уже какая слаженность…
  
Глава 11
 
Фургончик не спеша катился к городу. Скорость была небольшая, но мы всё равно ощутимо подпрыгивали на ухабах, сидя в салоне. Одни только киборги располагались в своих креслах, будто влитые, да ещё и ящики с грузом не особо сильно скакали.
— Нет, она точно водить не умеет, – процедил Кос, в очередной раз щёлкнув зубами на кочке и едва не откусив себе язык. — Больше я с ней никуда не поеду. Всю жопу отбил.
Ведьма нас слышать не могла — салон и водительское место разделяла стенка из тонкого металла, к которой клёпками крепились мягкие панели.
В машине раздавалась приглушённая музыка, льющаяся из хрипящих динамиков. Казалось бы, что в город прибывает очередная женщина, которая решила взять судьбу в свои руки и зарабатывать на хлеб собственным трудом, например, гоняя фургончик в деревню за каким-нибудь продовольствием с последующей перепродажей в городе, но всё было не так… Если сотрудники охранник станут досматривать машину, то тут же обнаружат забитый людьми салон, а потом найдут и оружие, спрятанное под сиденьями.
Ботаник из-за этого нервничал больше всех. Он иногда откидывался на спинку узкого кресла и молитвенно возводил глаза к крыше фургончика. Губы его в этот момент легонько двигались.
— Ой, да перестань ты, – рыкнул на него вполголоса Кос. – Никто нам не поможет, а уж тем более боги. Им на людей насрать.
– Паша, всё будет нормально, – попытался я успокоиться парня. – Если Чертовка сказала: что нас не остановят. Значит, так и будет.
– За семью переживаю, – промямлил лекарь, уперев взгляд в ботинки. На голову парня падал лунный свет из приоткрытого люка. – Без меня — им крышка.
В этот момент машина остановилась. Мотор ещё пару секунд потарахтел, а потом затих. Все окна были закрыты небольшими металлическими листами, приваренными к петлям, так что мы не могли видеть, что происходит на улице, но по ощущениям фургон уже должен был въехать в город.
Люди сидели тревожно затаив дыхание. Напряжение нарастало – машина не двигалась с места. До нас через люк стали доноситься невнятные голоса. В темноте лихорадочно блестели глаза Ботаника. Он учащённо дышал и кусал губы.
Кос хрипло произнёс, посмотрев на меня:
— Если откроют дверь, то валим всех к хренам, а потом уходим через ворота и в лес?
Он решительно потянулся к плазменной винтовке. Я торопливо бросил, несильно ударив его по руке:
-- Подожди. Пока всё нормально. Рано ты грабли распускаешь.
В эту секунду голоса стали отдаляться, а потом и вовсе стихли. Хлопнула водительская дверь, а спустя секунду зарычал мотор. Фургончик куда-то медленно двинулся, катясь с одинаковой скоростью.
– Ф-у-у-у-х, – облегчённо протянул Ботаник, обмякнув в кресле, словно опорожнился после долгого запора.
– Рано, – прошептал Кос, жёстко усмехаясь. – Вдруг за рулём не Чертовка и нас прямиком в лапы охранки везут?
Лекарь опять напрягся. Бросив на него раздражённый взгляд, я постучал в переборку – всё равно ведь ничего не теряем: свои там или чужие.
В ответ донёсся холодный голос ведьмы:
– Как только я открою дверь, сразу же бегите к окну, а потом к соседнему дому. Ящики оставляем в фургоне.
– Так точно, – по-военному гаркнул я, непроизвольно улыбнувшись. Тревога снедала и меня.
В салоне сразу же стало заметно легче дышать. Теперь всё были просто по-деловому собранны. А как только фургончик остановился – и открылась боковая дверь, то мы пулей понеслись к единственному окну, расположенному в каком-то тёмном гараже, заставленном разнообразными автомобилями.
Во время бега меня по спине больно бил большой рюкзак с бронекостюмом и шлемом. Мы заблаговременно решили облачиться в повседневную одежду, чтобы не привлекать внимания. Оружие хоть спрятать можно, а вот в броне нас мигом бы задержали.
Прежде чем добежать до окна, я успел заметить, что возле открытых ворот стоят двое вооружённых мужчин. Они были обращены к нам спинами и делали вид, что не слышат никаких подозрительных звуков, которые издавали бегущие люди и киборги. Вот так города и захватываются.
Я первым перепрыгнул подоконник и оказался на грязной улице. Одинокий фонарь разгонял тьму в метрах ста от меня. Прохожих тут не наблюдалось. Я торопливо пошёл к ближайшему дому, держа оружие в чехле вдоль тела. Визуально оно сливалось с моей фигурой. Это если кто-то любопытный всё же обратит на меня внимание из какого-нибудь окна.