Hot for teacher (СИ)

20 лет назад.
Как и обещал, Джеймс превратил в мою дальнейшею школьную жизнь в полнейший ад. Надписи "очкастая лохушка", "воронье гнездо" или "уродка" на моём шкафчике, парте и даже на столе в школьной столовой, где я обычно сидела с Мэри, не сходили в течении года. Он постоянно со своими дружками дожидался меня в коридоре, чтобы отпускать про меня шуточки, что я так и помру девственницей, что ни один парень не захочет ко мне прикасаться. Каждый день ошивался с очередной новой подружкой-шлюшкой возле меня, чтобы намекнуть, что мол завидуй, и ты никогда не окажешься на её месте. И каждый вечер я приходила домой вся в слезах. Казалось мне вообще не должны волновать его тупые оскорбления, но больно было от того, что делал это всё человек, который тебе ещё с третьего класса нравился. И, несмотря на все те слова, которые он мне говорил, я всё по прежнему верила, что Джеймс изменится, он поймёт что всё что он говорил неправда. С этой мыслью я жила до выпускного, пока не случилось, то что в навсегда изменило моё отношение к Джеймсу Уайту.
Наше время.
Из этих дурацких воспоминаний меня вырвал тихий голос над ухом.
— Майклз, если захотела поплавать, ты бы хоть предупредила, чтобы я взял собой плавки.
Джеймс стоял в хлопковых серых штанах и чёрной футболке.
Господи, да еще и в такой ситуации он пытается отпускать свои шутки. Он никогда не изменится.
Не оборачиваясь, я сказала:
— Уайт, а ты всё таки не можешь без своих дурацких шуточек. Давай к делу, зачем ты позвал меня?
На что он сел на пирс и как можно ближе придвинулся ко мне.
— Я хотел тебе сказать: "спасибо".
Я просто не поверила в это, Джеймс Уайт говорит мне "спасибо". Повернувшись к нему, я увидела как луна освещала его лицо. Его голубые глаза при свете луны казались ещё светлее, а пряди волос спадали на его лоб из-за ветра.
— С-спасибо? — с явным заиканием произнесла я.
— Блин, Майклз, ты же вроде не тупая, а делаешь из себя дурочку. Да, именно это я и сказал, спасибо. Ведь ты помогла найти Монику.
— Это была моя обязанность, как ни как я её учительница.
На что Джеймс довольно хмыкнув, он уставился она озеро.
— А знаешь, ты оказывается была права.
— На счёт чего?
— Из меня никчемный отец. Я даже не знал, что Джастину нравится эта девочка. У нас никогда не было друг от друга тайн, а тут вот что.
В его голосе было столько боли, что не осознавая я положила свою руку на его плечо.
— Я не должна была этого говорить, так что ты меня прости. Джеймс, у тебя замечательный сын, может он просто не хотел тебя лишний раз тебя беспокоить.
— Ты не понимаешь, он для меня всё. Если бы вместо Моники потерялся Джастин, я бы этого не пережил.
Вдруг в уголках его глаз застыли слёзы. Слёзы? Джеймс Уайт умеет плакать? Но как бы мне не хотелось сейчас подшутить над этим, мне искренне стало его жаль. Каким бы бездушным он был в школе, именно в этот момент я поняла, что у Джеймса Уайта есть эмоции, он может чувствовать.
Поддавшись эмоциям, я крепко прижала Джеймса к своей груди, чтобы он слышал как бьётся моё сердце, как сильно его переживания меня волнуют. Я думала, что он вот вот меня оттолкнёт, скажет, что ему не нужна моя жалость, но он лишь уткнулся в моё плечо, неровно дыша.
— Джеймс, посмотри на меня.
От моего требовательного голоса он сразу поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза. Я обхватила его лицо руками, проводя подушечками больших пальцев по его щекам, прошептав:
— Джеймс, ты прекрасный отец, знай об этом.
— Спасибо, Ханна.
Так обнявшись, мы просидели в тишине минут 10, после чего Джеймс заговорил.
— Ты не против, если мы искупаемся. Вроде вода кажется тёплой. Ну так как, Ханна?
— Я не против, только у меня нет с собой купальника.
— А он нам и ни к чему.
Тут Джеймс начал раздеваться, медленно и мучительно, как будто специально дразня меня. Сняв футболку, мне представился вид его накаченного мощного тела. После этого он начал развязывать узел на хлопковых штанах. В мгновенье мои щёки вспыхнули румянцем, а глаза непроизвольно закрылись от стыда. Как у него получается превращаться из грустного романтика в горячего мачо? Почему становится одновременно стыдно и жарко? Развязав узел, он остался в одних боксерах. Боже, его тело лепили греческие скульпторы, если это не так, то почему он выглядит как Аполлон?
— Я думаю, Ханна, что мы не в том возрасте, чтобы смущаться и закрывать глаза.
Но я так и не открыла глаза, слишком стыдно было.
Прыгнув в воду, Джеймс начал брызгаться. Ну ей богу, ещё мальчишка.
— Ну же, Майклз, водичка тёплая и я не кусаюсь, — подмигнул мне, Джеймс нырнул под воду.
Я решила воспользоваться этим моментом, и быстро сняв халат и ночнушку, я осталась бежевых кружевных трусиках. Боже, какой стыд, стоять перед Джеймсом Уайтом в одних трусах. Не раздумывая я прыгнула в воду, она и в правду оказалась тёплой. Но почему то нигде не было Джеймс. Тут меня охватила паника, а если он захлебнулся и утонул? Как вдруг что-то схватил за ногу и потянуло в воду. Я даже не успела закричать, в рот сразу попала вода. Через секунду хватка на моей лодыжке была снята, я тут же всплыла. Как сразу услышала дикий смех.
— Ты бы видела своё лицо, чуть от страха не умерла.
Это был Джеймс. Ну конечно, кто бы ещё мог совершить такой тупой поступок.
— Джеймс Уайт, ты совсем больной? А если бы я захлебнулась? Ты об этом подумал?
Отвернувшись о него, я якобы начала плакать.
— Ханна, прости. Я просто хотел подурачиться.
Он поплыл ко мне близко, прикасаясь своей грудью к моей спины.
— Не плачь, пожалуйста. Ханна, повернись ко мне.
Резко повернувшись, я схватила его за плечи и надавила на них, чтобы он опустился в воду.
— Будешь теперь знать как со мной шутить, Уайт.
Я не долго решила его помучить, и всё таки дала возможность ему всплыть. Когда Джеймс всплыл, он медленно притянул меня к себе, так что моя голая грудь соприкасалась с его. От такой близости по спине пробежали мурашки, а дыхание участилось.
— Я тебе никогда не говорил, что у тебя потрясающий смех.
— Очень странно слышать от вас такие комплименты, мистер Уайт.
— М-м, значит мы перешли на вы, мисс Майклз?
То, как он меня назвал, заставило моё напряжение внизу живота усилиться ещё больше, а сердце биться чаще. Я непроизвольно закрыла глаза и закусила нижнюю губу.
— Мисс Майклз, вы в свете луны такая привлекательная. Я не могу сдерживать себя рядом с вами.
Медленно его сильные руки приподняли меня за бёдра так чтобы я обвила его талию ногами. Наклонившись к моей шее, Джеймс слегка подул на неё, что вызвало табун мурашек по моему телу. И не раздумывая, я впилась жадным поцелуем в его губы, такие мягкие, такие сладкие его губы. Чуть посасывая нижнюю губу, я полностью зарылась в его волосы, которые при лунном свете стали ещё светлее. Его правая ладонь как бы случайно задела и не без того чувствительную грудь подбираясь к моей шее, а левой ладонью сжал мою ягодицу, от чего вырвался негромкий стон. Своими ловкими пальцами он снял с меня трусики. Когда я осознала, что я осталась полностью голой, Джеймс прошептал мне прямо в поцелуй:
— У тебя очень красивое тело, не стесняйся его, детка.
Знал бы, каких усилий мне стоило получить такую фигуру.
— Боже, Уайт ты слишком много говоришь. Лучше займись делом.
Он сразу меня понял и медленно спустил одну руку на моё бедро медленно продвигаясь к моему сокровенному месту. Как так получается, что только одни его прикосновения заставляют мой разум отключаться полностью.
Вдруг в кустах послышался хруст ветки. От страха я сильно прижалась к Джеймсу, будто прося защиты.
— Похоже прерывать наши занятия вошло у кого-то в привычку. Думаю, на пора возвращаться, пока наши соседи что-нибудь не заподозрили.
На что я кивнула. Подплыв к пирсу, Джеймс первый вылез и снял свои боксеры. От такого зрелища я чуть не подавилась собственной слюной. Ну действительно, минуту назад мы полуголыми целовались в воде, а тут мне стыдно посмотреть на него. Твою мать, Ханна, у тебя какие-то странные приоритеты.