Не кровный Брат (СИ)
Конечно, я ему не сестра. Я бы даже не подумала обижаться на эту фразу, но тон голоса и тот смысл, который Кирилл заложил в слова, меня просто убил наповал — будто его сестрой назвали какого-то маргинала или обезьяну в зоопарке. Зачем это надо было делать вот так, при всех? Ему дома мало оскорблений, хочется ещё и прилюдного порицания?
— Ну, дела-а-а… — протянул полноватый парень, что сидел передо мной. — Эй, не кисни — на радуге зависни! — подмигнул он мне и засмеялся.
Похоже, он отвечает в этом классе за балагурство. Я попыталась изобразить подобие улыбки, но вышел кривой и нервный оскал, да и руки слишком сильно вцепились пальцами в планшет, который я зачем-то с обняла, как родного, что выдавало не лучшее душевное состояние.
— Меня Даня зовут. Отомри ты уже, — позвал он меня более настойчиво, когда я и на это ничего не ответила. — Идём, все ушли давно.
Я моргнула влажными глазами и поняла, что мы и в самом деле стоим в классе вдвоём: я — с планшетом, Даня — со мной.
Молча взяла сумку и последовала за ним из кабинета. Мы дошли вместе до машины. Даня, видимо, сам по себе парень не плохой — пытался разговорить меня и не вёл себя как урод, хоть и тоже, как остальные одноклассники, был чьим-то богатым сыном. Не то, что некоторые. Я даже отвечала на его вопросы и засмеялась пару раз.
— Давай, не тухни. До завтра, — подмигнул Даня мне и помог сесть в авто, где меня уже ожидал Кирилл.
— Ну, наконец-то, — недовольно высказался парень. — В следующий раз пойдёшь пешком, когда вдоволь натреплешься с этим болваном. Трогай, — сказал он водителю, хлопнув по спинке его кресла рукой, и тот послушно завёл мотор.
Села — и снова как на иголках. Эти поездки с Кириллом в машине просто невыносимы для меня морально, а ведь это только вторая! Но придётся так ездить целый год.
Гнетущее настроение юноши я чувствовала на себе, будто бы у него куча бед, а всему виной — Лиза Александрова.
И зачем только Павел решил нас отдать в один класс? Хотя бы в разных аудиториях, пусть и в одном лицее, мне было бы куда легче. Я же в конце года от такой жизни седая стану, и с дёргающимся глазом. В старой школе меня любили и никто не обижал. Моя неокрепшая ещё психика просто не готова к такому внезапному прессингу сводного братца.
Машина остановилась возле дома, и я стала нервно дёргать ручку двери, которая почему-то не хотела поддаваться. Парень повернул голову и хмуро наблюдал за моими попытками справиться с ней неловкими пальцами.
— Ну ты и бестолочь, — вздохнул он и покачал головой, а потом протянул прямо через меня руку и нажал на ручку.
На миг я забыла, что нужно дышать. Ощущение его руки на мне даже через одежду опалило будто огнём, хотя через ткань чувствовалось лишь еле различимое тепло. Когда дверь поддалась, я отпихнула от себя Кирилла, который просто ещё не успел убрать руку, и вряд ли задержал бы её на мне дольше положенного. Я не могла больше терпеть его прикосновение, путь даже без какого-либо особенного смыла. Пулей выскочила, чувствуя, как развеваются за спиной распавшиеся в очередной раз волосы от быстрой ходьбы, и как приятно остужает мягкий воздух сентября мои пылающие щёки.
В доме никого не было, кроме домработницы Ирины. Я прошла в свою комнату, что была мне крепостью. Бросила сумку на пол и упала на кровать «звездой».
Сама не знаю, почему так разволновалась? Как дура вела себя. Ну дотронулся он чуть, и что? Не умышленно же, ведь я, и правда, не могла открыть сама эту дверь, потому что опять-таки перенервничала. А перенервничала из-за Кирилла. Как посмотрит на меня своим «фирменным» взглядом — так и мозги мои отключаются сразу. Совсем брат меня уже запугал своими нападками. Даже лицо захотелось остудить. Прошла в ванную и плеснула прохладной воды на кожу — стало легче.
Походила по комнате. Места не могла никак найти себе. Завтра будет день ещё более сложный. Как опять завтра ехать с ним в одной машине?! Он даже когда молчит — мне нелегко, а если уж заговорит — конец всему. Ну чем я так провинилась перед ним, хоть бы сказал? Нагрубил на людях сегодня — нагрубит и ещё. А что же он будет вытворять дальше наедине? Он уже показал не раз, что он не собирается соблюдать мою психологическую зону комфорта: пихнул в бок вчера у фильтра с водой — раз; снял заколку с волос — два; протянул руку через меня, когда мог бы выйти и открыть дверь машины со стороны улицы — три.
Спокойствие, только спокойствие… Втянула воздуха и начала считать про себя до десяти — вроде бы, отпустило. Он не должен видеть мою реакцию. Боюсь я его или нет, мне нужно держать «покер-фейс», иначе так и будет меня ковырять. А так — реакции не будет, и ему вскоре надоест. Хоть на автобусе езди в школу, да родители не поймут. И никто не поймёт, станут задавать неудобные вопросы. Придётся всё-таки с ним сидеть в одной машине. Сяду завтра вперёд, а он пусть катается на задних рядах!
***
Ближе к вечеру я решила пройтись по улице с музыкой в ушах. Я гуляю так часами одна, и мне вовсе не скучно. Это только моё время — время музыки и улиц. Переоделась в свой любимый джинсовый сарафан, белую маечку и носки, пошла обувать кеды. Уже на выходе, стоя с ключами в руках, затормозила — искала песню в плей-листе. Меня небрежно оттиснули в сторону.
Кирилл со спортивной сумкой на плече пробирался к двери, которую я невольно загородила.
— Поаккуратнее нельзя? — кинула ему в спину.
— А чё ты раскорячилась у двери? — не остался братик в долгу. — Отойди дальше, и можешь хоть лечь на полу — я те слова не скажу.
— Отстань от меня, — грубо буркнула ему. Достал уже за сегодня.
— Я к тебе и не приставал, — сделал он такое лицо, как будто я вызываю у него крайнее отвращение, и "пристал" бы он ко мне разве что в параллельной вселенной, где всё наоборот. — Возомнила о себе, Чучело. Мечтай дальше.
Парень вышел и хлопнул дверью.
Я мигом вскипела, и снова принялась считать до десяти про себя, шумно вдыхая воздух и мысленно приказала себе успокоиться. Спустя пару минут мне удалось восстановить равновесие настолько, что уже не хочется бежать за ним следом и мутузить по голове чем-нибудь тяжёлым. Прогресс — я уже умею успокаиваться после стычки с братом за две минуты — поаплодируйте Лизе стоя! Включила музыку и вышла на улицу.
***
Уроков нам не задали, и сегодняшний вечер прошёл так, будто лето и не кончалось. На самом деле это — лишь иллюзия, и завтра начнутся все прелести учебного года. Я собирала сумку, опираясь на расписание в электронном дневнике. Тяжеленные учебники, слава Богу, таскать с собой не нужно, все задания в планшете. Возьму с собой тетради, ручки и блокнот с карандашом — я всегда ношу его с собой, чтобы порисовать в перерывах. И обязательно несколько резинок для волос, наученная уже горьким опытом.
Погасила свет и улеглась в постель. Судя по звукам из окна, которое выходило на сторону крыльца дома, Кирилл всё ещё общается после тренировки со своими друзьями — слышно их разговоры, фырканье байков и звонкий смех девчонок. Как они только не боятся кататься с ними? Я бы умерла со страху на этом байке, даже если бы водитель вёз меня со скоростью беременной черепахи.
Сон не шёл, и я зашла в соц. сети. Сразу же в ленте замелькали фотки Светки с довольно симпатичным, но очень уж взрослым парнем Женей. У них всё завертелось не на шутку.
Поболтали немного с Литвиновой, рассказала ей о выходках братца — она снова его ругала на чём свет стоит, но легче мне от этого не стало. Договорились с ней, что завтра она придёт в гости после занятий и расскажет свои последние новости.
Когда я заблокировала экран телефона и положила его на тумбочку, за окном было уже тихо — друзья-байкеры разошлись по домам. Ну, теперь можно и спать ложиться. Завтра сложный день, мне нужно быть отдохнувшей и полной сил. Чувствую, они мне ещё ой как понадобятся…
***
Утро следующего учебного дня прошло спокойно.
Как всегда ко времени, когда нам нужно было выезжать, родителей уже не было дома. Кирилл крутился в кухне вместе со мной за завтраком, но ни слова не проронил — что ж, так даже проще. Поиграем в молчанку. Но, к моему огорчению, радость длилась не долго…