Повелительница с клеймом рабыни (СИ)

Общение с Верховными демонами – с Люцифером, с моими покровителями, с Велиаром, который уже стал моим учителем в пыточном искусстве, с Вельзевулом – напоминало танец на минном поле. Один неверный шаг, и тебя ждёт боль – долгая и въедливая, по сравнению с которой смерть – лишь досадная, пусть и непоправимая, случайность. Я была комком нервов, осторожности, похоти и жестокости, я только начинала ковать свою ледяную броню… В мире демонов я спасалась в объятиях Самаэля. Я поверила в его любовь, и какое-то время очень хотела полюбить его в ответ. Но его маниакальная страсть ко мне, его готовность пойти на всё ради меня пугали остатки человека во мне, и вызывали настороженность демона.
А узнай я тогда о чувствах Ферокса… я бы просто не поверила ему. Я бы лишь сильнее замкнулась от него, постоянно ожидая подвоха. Визиты в Реншаар престали бы мне дарить желанный отдых. И обнимая своих детей, я бы постоянно думала о том, что на уме у их отца. Это стало бы невыносимым.
Я поднялась на ноги, встала на самый край уступа. Высота была головокружительной, но я не боялась нечаянно оступиться – я чувствовала за своей спиной его, моего дракона. Который не позволит, чтобы со мной что-то случилось. Хотя бы в эту ночь.
- Наверное, – произнесла я, с удовольствием подставляя лицо ночному ветру, – сейчас надо сказать, что-то вроде «как много времени мы потеряли»… Но…
Я не договорила. Я услышала, как дракон поднялся, ощутила его приближение… на мои плечи легли большие горячие ладони.
- Не надо ничего говорить, котёнок, – сказал Ферокс, осторожно прижимая меня спиной к себе. – Тем более, слова, в которых звучит сожаление о свершившимся.
- То есть? – спросила я, прикрывая глаза.
- Не жалей о том, что было сделано. Особенно, если ты уже не можешь этого изменить.
Он развернул меня лицом к себе, провёл пальцами по щеке, наклонился и поцеловал. И тут же мне стало жарко – моя драконья сущность, словно освободилась от слегка транквилизирующей эйфории полёта, и тут же проснулся зов крови. Судя по тому, как порывисто Ферокс прижал меня к себе, он ощутил то же самое. Взмахом руки, дракон открыл портал, за которым распознавалась обстановка нашей спальни в Реншааре.
- Пойдём, Милена, – прошептал он. – Наша ночь ещё не закончилась.
- Да, – я с удовольствием позволила ему увлечь меня в портал. – Не закончилась…
Тихий, даже какой-то боязливый стук в дверь, вырвал меня из воспоминаний. Ферокс приподнял голову с подушки и громко и недовольно сказал:
- Кто там ещё?!
Я тоже нахмурилась – чтобы потревожить нас с Фероксом в спальне, у кого-то должны быть очень веские причины.
- Повелитель, повелительница, – в приоткрывшуюся дверь просочился слуга. – Простите за вторжение, но… Повелитель, пришёл господин Адэн, говорит – у него важный разговор к вам.
Тихо зарычав сквозь зубы, дракон уронил голову обратно на подушку.
- Что там стряслось? – проворчал он, и не глядя махнул слуге рукой, отпуская его. – Сейчас приду.
Слуга, с явным облегчением, тихой мышью выскользнул за дверь. Я обеспокоенно приподнялась, посмотрела на мужа:
- Что могло случиться?
Насколько мне было известно, Адэн – сын главы Красных богов-драконов, Ансгара, практически всё время проводил в постоянном стане армии, что находился милях в ста, к северу от Реншаара. И какие новости его могли привести в столицу? И если уж привели, почему он пошёл сразу к Фероксу, хотя сначала должен был прийти к своему отцу?
- Учитывая все последние события – всё что угодно, котёнок, – ответил мне Ферокс, откидывая одеяло и выбираясь из кровати.
Он подобрал с пола брюки, надел их, но больше никакой одеждой озабочиваться не стал. Так и пошёл к дверям спальни – босой, с голым торсом, на ходу кое-как приглаживая растрёпанные волосы – явно намереваясь показать красному дракону, насколько не вовремя тот  явился со своим важным разговором.
Оставшись одна, я откинулась на спину, потянулась до самых кончиков крыльев. Я чувствовала, что улыбаюсь, и радовалась, что в этот момент меня никто не видит – улыбка, наверняка, была наиглупейшей. Я ощущала какую-то сладкую лёгкость – воспоминания о прошедшей ночи кружили голову. И мне так не хотелось, чтобы эти ощущения заканчивались. А ещё мне хотелось, чтобы Ферокс быстрее вернулся… чтобы снова быть со мной… чтобы я снова могла чувствовать его… чтобы он, ещё раз сказал, что всё это – не сон. И тогда я бы вновь смогла бы ощутить это непривычное чувство – счастья. Это единственное, что в данный момент имело для меня значение. Зачем пришёл Адэн – мне было абсолютно всё равно, если это не касалось Дайоны.
Снова открылась дверь и в спальню вошла служанка. Молодая драконесса почтительно поклонилась мне:
- Повелительница, повелитель просит вас выйти к нему и господину Адэну.
Я даже немного испугалась  – да что там произошло? Я качнула головой, как бы отмахиваясь от попытки построить предположение – зачем, если можно всё узнать, что называется, из первых рук – и стала выбираться из кровати. Не дожидаясь приказа, служанка подала мне чёрный, в ярко-алых разводах, шёлковый халат, помогла устроить крылья в прорезях ткани. Наскоро привести в порядок волосы не стоит и пытаться – на одно расчёсывание у меня уходит четверть часа. Так что я лишь откинула их назад, чтобы не падали на лицо.
Тихо шурша складками шёлковой ткани, я вышла в смежную со спальней комнату. Муж сидел в лёгком кресле перед небольшим столиком, а Адэн Дэррактур Шэррис стоял перед повелителем едва ли не навытяжку. Выглядел он чуть более молодой копией своего отца – массивный, с волосами цвета пролитой крови, жёсткими чертами лица и прямым взглядом. Увидев меня, красный дракон повернулся и несколько суетливо поклонился мне:
- Повелительница, приветствую вас.
Я кивнула ему, прошла, ко второму креслу у того же столика, и опустилась в него.
- Что происходит? – спросила я Ферокса.
Тот выглядел серьёзным, но в уголках чёрно-огненных глаз пряталась улыбка.
- Скажи, Милена, – спросил он. – Ты не знаешь, что за сумеречный шакал бегает по моему дворцу?
Вопрос оказался настоль неожиданным, что я даже не сразу поняла его. Несколько секунд похлопала глазами, а потом, наконец, ответила:
- Знаю. Это новый страж Аккэлии.
- Вот как? – похоже, Ферокс даже слегка удивился. – И откуда он у неё? Сумеречные шакалы – очень редкие твари.
- От Асмодея, – ответила я, откинувшись на спинку кресла. – У него хобби – он коллекционирует всякое магическое зверьё.
Лицо Адэна стало растерянным:
- Но откуда он…
- А вот это уже не важно, – сказал Ферокс. – Ты слышал, Адэн, шакал – зверь демонессы. Остальное – не твоя забота.
- Да, конечно, – опомнился красный дракон. – Простите за беспокойство, повелитель. Повелительница.
Он по очереди поклонился сначала Фероксу, потом мне, и, испросив взглядом разрешения, быстро покинул комнату.
Я посмотрела на мужа:
- И что это сейчас было?
Ферокс открыто усмехнулся:
- Стража дворца три раза засекла во дворце сумеречного шакала. Тварь эта редкая, выводок тёмных эльфов. Вот они и заподозрили, что во дворец пролез их шпион.
- Шпион с домашней зверушкой?
- Эльфы непредсказуемы, – пожал плечами Ферокс.
- Это да, – согласилась я, припомнив их самоубийственную идею с помолвкой.
- Стража доложила об этом Адэну, тот, соответственно пришёл ко мне. А поскольку по докладам, зверь всякий оказывался близ кого-то из твоих или наших детей, я решил, что ты можешь об этом что-то знать.
- Ты верно решил.
- А ведь эти шакалы действительно очень редкие, и от того весьма ценные, – заметил Ферокс. – И Асмодей просто так отдал его тебе?
- Разумеется, нет, – я усмехнулась, и сама почувствовала, какой злой получилась эта усмешка. – Недавно я подарила ему одну прелестную драконессу. Шакал для Келл стал его ответным подарком.
- Драконессу? – Ферокс чуть нахмурился. Потом задумался, явно что-то вспоминая. И понимающе кивнул. – Нижони Рутерат. Так вот куда она пропала…