Кольцо кардинала (СИ)

Павел улыбнулся, обводя взглядом знакомые места.
— Я жил здесь около полугода. В этом месте нет суеты, тут люди живут в гармонии с окружающим миром. Монастырь достаточно большой. В нем проживает около шестидесяти учеников, два десятка учителей и настоятель.
Павел похлопал Пассанга по плечу.
— Это место теперь будет твоим домом, малыш.
Их заметил монах в желто-красных одеяниях. Он быстро спускался от ворот по пологому склону. Его лицо было очень доброжелательным. Мужчина слегка поклонился всем и пожал руку Павла.
— Здравствуй, давно ты не был в наших краях.
— Да. Но дорога жизни опять привела меня к вам. На этот раз я не один.
Павел придержал Варю за локоть.
— Это моя сестра Варя. Лев и Николь, наши друзья родом из Италии. А вот этого молодого человека мы нашли здесь, его зовут Пассанг.
Павел и учитель, не спеша пошли к храму. Остальные потянулись за ними.
— Родни у него много, — продолжал Павел разговор о Пассанге, — и, не смотря на это, желающих приютить его людей не нашлось. Мальчик он хороший, сообразительный. К сожалению, мы не можем взять его с собой, наше путешествие имеет определенные риски.
— Ты хочешь поговорить об этом с настоятелем? — поинтересовался монах.
— Да!
Чем ближе к храму они подходили, тем больше людей их окружало. Они были рады гостям. Павел вдруг из ворчливого молчуна превратился в общительного доброжелательного человека. С каждым обитателем монастыря он говорил так, как будто они очень давно знакомы.
— А он популярен! — заметил Лев, скинув свой рюкзак у одного из красных столбов, окружающих молитвенный барабан. Девушки последовали его примеру. Варя потерла уставшие плечи.
— Про это место Павел рассказывал мне лишь один раз. Не знала, что он жил тут так долго.
— Идите сюда! — громко позвал их Павел. — Мы сначала зайдем в храм, а потом пройдем к настоятелю.
Перед входом Павел разулся, и все последовали его примеру. Внутри помещения цветовая гамма сочетала три краски: золотую, красную и белую. Однако к главным цветам добавились еще и пестрые разноцветные флажки, окружающие большую позолоченную статую человека, сидящего в позе лотоса. Николь приподнялась на носочки и, придержавшись за плечо Павла, прошептала ему на ухо.
— Это Будда?
Монах повернулся, неодобрительно посмотрел на нее. Николь поняла, что она делает что-то не так.
— В храме женщины не должны касаться мужчин, а тем более монахов. Это запрещено.
Николь тут же отдернула руку.
— Прости, я не знала! — стушевалась девушка, отведя взгляд.
— Это не Будда, — пояснил Павел. — Буддизм широко распространился в Бутане после прихода в эту страну в восьмом веке Падмасамбхавы или Гуру Ринпоче, как все его тут называют. Гуру Ринпоче можно перевести как Драгоценнейший учитель. Именно его сейчас мы видим перед собой.
— А зачем эти флажки? — поинтересовалась Варя. — Я видела такие же за воротами.
— У каждой религии есть свои символы. Здесь это молитвенные флажки, барабан, Гуру Ринпоче, драконы и национальные цвета. Молитвенные флажки отличаются между собой не только цветом, но и формой, нанесенными на них текстом и рисунками. Считается, что ветер и дождь разносят добрые слова, написанные на них по миру, передавая их содержание и смысл всему.
Поклонившись Гуру Ринпоче, они перешли в другое здание.
— Здесь живут учителя. На трех человек выделяется одна комната. Настоятель живет в самом конце коридора.
Монах постучал и, дождавшись ответа, открыл дверь.
— Павел заходи, остальные пусть подождут.
Павел перевел просьбу и скрылся за дверью. Друзья остались в темном коридоре, а монах пошел к выходу, обозначенному ярким дневным светом. Стены здания были толстыми, но через дверь они слышали разговор. Смысл его понимал только Пассанг. Мальчик прижался боком и головой к стене, весь вид его говорил о том, что суть беседы его не радует.
Павел вышел к ним через четверть часа.
— Ну что? — с беспокойством в голосе спросила Варя.
— Его возьмут в ученики. Днем будет учиться, вечером работать наравне со всеми.
Варя поникла, она взяла Пассанга за руку, и они пошли к выходу. Павел смотрел сестре в спину. Все ему казалось, что она не хотела расставаться с мальчиком. В любом случае безопасность ребенка была важнее их желаний. «Позже мы обязательно вернемся сюда, и тогда спросим его о том, чего он желает сам!» — решил Павел.
Лев отвлек его от тяжелых мыслей:
— Ты прав, им мы рисковать не можем! Тем более, что мальчик должен сам определить свою судьбу!
Николь покачала головой.
— Как? Он еще так мал?
Лев усмехнулся:
— Поверь, каждое его действие имеет смысл, а все решения продуманы.
— Ладно, Пассангу все покажут здесь сегодня же, а мы сможем передохнуть до завтра.
Они вышли во двор и увидели как Варя и Пассанг крутят молитвенный барабан.
— Надо убрать вещи, — заметил Павел. — Нас разместят в левом крыле, поэтому пойдем сразу туда.
Подойдя к двум затейникам, они решили задержаться. Николь села на рюкзак, а Павел и Лев встали по сторонам прохода у столбов навеса.
— Ему тут будет нелегко. Пассанг не привык к дисциплине, — заметил Лев.
Павел усмехнулся.
— Согласен. Но все же здесь он будет среди людей, получит образование, возможно, найдет себя. Мы не имеем права подвергать его опасности!
Лев поморщился, он слышал позади разговор Вари и мальчика. Они говорили каждый на своем языке, однако это их совершенно не заботило. Обоим было весело.
И тут что-то пошло не так. «Цвяньк! Швык!» — послышалось позади. Лев спокойно обернулся, и после этого на его лице сразу отразилась крайняя степень удивления. Он отпрыгнул в сторону, а Павел, заметив реакцию друга, решил тут же последовать его примеру. И он вовремя успел, так как в этот момент между ними, подпрыгивая на лестнице и позвякивая, прокатился барабан с мантрами. Красный цилиндр с позолочеными надписями катился с пригорка, а за ним вдогонку понеслась толпа молодых послушников. Все они кричали и размахивали руками.
Лев повернулся и посмотрел на Варю. Девушка ловила ртом воздух, широко раскрыв глаза. В этот момент из класса выбежал учитель танцев. Его лицо стало красным, оно дрожало от напряжения. Мужчина метнул на Варю раздраженный взгляд и поспешил на помощь своим ученикам.
Варя буквально провыла. Лев поспешил к ней. Она смотрела на барабан, не понимая, как такое вообще могло случиться.
— Я, я не специально, он сам отвалился. Мы лишь решили его, как следует раскрутить! — оправдывалась она.
Лев развернул девушку к себе, сжал в своих объятьях.
— Варя!
Варя не смотрела на него, она все пыталась обернуться, чтобы выяснить, чем же закончится погоня за барабаном. Любознательный человечек находился на грани панической атаки.
— Варя! — мягко позвал ее Лев.
— Что?
— Все хорошо, не бойся! Никто не пострадал, просто барабану суждено было сломаться именно в этот день!
Варя сразу успокоилась, она перестала нервничать, расслабленно прижалась к груди Льва.
— Спасибо.
Пассанг между тем присел около оси, которую буквально вырвало из потолка.
— Тут что-то есть!
Это уже было интересно, Павел присел на корточки, перенес вес на одно колено и, просунув руку внутрь, достал из полости желтый тубус. Он передал свою находку одному из монахов, а тот осторожно открыл тайник. Оттуда он извлек листы крепкой исписанной бумаги. Проведя пальцами по строкам, монах вдруг забеспокоился. Он стал что-то очень эмоционально говорить своим товарищам, его голос буквально дрожал от волнения. Суетливо собрав бумаги, он ринулся вглубь здания, по пути выкрикивая отрывистые фразы. Начался переполох. Кто-то уже бежал к той группе, которая догнала барабан, застрявший в деревьях, другие прощупывали ось.
— Что происходит? — спросила Николь.
— Мы нашли рукописи, оставленные основателем храма. Бумаги очень ценные, они были составлены около пяти веков назад. В них первый учитель оставляет потомкам свои заветы и наставления. Однако этот человек был еще тем затейником. Рукописи он спрятал, а своим ученикам сказал, что только многократное повторение мантры «Ом» у храма и душевный покой позволит им найти их. С тех пор они этот душевный покой и потеряли. Каждый новый настоятель объявляет новый поиск, и каждый раз после безуспешного его окончания, они считают, что среди монахов нет того человека, который достиг просветления, ибо только человеку с чистой душой откроется тайна.