Сенгварец (СИ)

Вместе с тем есть тенденция среди аристократических родов, в уходе из этого общественного Договора. Аристократы всеми силами стараются избежать того, чтобы ехать на Стену. На местах у многих кружит голову от той власти, которую они получают.
На самом деле есть ровно два пути. Первый путь заключается в том, что все стороны общественного договора четко его исполняют. Кто-то пашет землю, делает мечи, строит, а другие умирают за то, чтобы это происходило.
Другой путь заключается в принуждении первых работать и нежелании вторых умирать. История Империи Дакветор, где пошли именно по второму пути говорит нам, что если договор не соблюдается стороной, у которой есть сила, он перестает соблюдаться и той, кто пополняет эту силу. До сих пор мы преодолеваем последствия этой ошибки Дакветоров. До сих пор среди аристократии витает мечта о том «золотом» времени, когда наличия трех имен в именовании было достаточным поводом для того, чтобы считаться избранным лентяем.
Это не вопрос чести, долга или этики. Это вопрос выживания. Договор должен соблюдаться. Зараза алчности и жажды власти должна искореняться самыми жесткими и радикальными методами. Разумных, которые поддались этим соблазнам, необходимо ставить в один ряд с дерра, ибо нельзя считать разумным того, кто идет на поводу низменных эмоций и чувств. Нужно всегда иметь в виду, что такие разумные не исправляются. Удовлетворение личных пристрастий всегда стоит, и будет стоять у них на первом месте.
Необходимо выпалывать таких индивидуумов из имперского общества, не давать им возможность влиять на события, а также передавать свой образ мыслей другим…
Терон Аассен
Город Освойл. Экспедиционный отряд Принца Вестфолена
Город горел. И подожгли его не имперцы. По большей части. Сопротивление легионерам было ожесточенным… и совершенно провальным. Вестфолен привел с собой именно тех, кто уже имел опыт боя в городах. Дознанцы, которые проникли в город накануне, доставили командованию исчерпывающую информацию о том, кто, где и сколько.
Это была бойня. Деннар этого не собирался отрицать. Имперские войска вошли в этот город, как завоеватели. И военная машина сработала холодно, четко и опустошающе.
Стены у города со стороны моря не было. И это еще одна черта тех, кто собирался тут «править». И кто бросил тех, кто им поверил, на убой, на мечи имперских воинов.
И сейчас Вестфолен стоял во дворе замка виконта Освойла. А перед ним, на коленях, стояли жены виконта. И еще две девочки лет трех и пяти, испуганно смотрели на сурового дядьку в черной броне и стоящих вокруг дознанцев, в их серых комбинезонах.
А богато жил виконт. Здесь очень мало было тех, кто держал лошадей. Ездовых, а не молочных. Не нужны тут лошади, некуда ехать. Разве что к сенгварцам, но те относились с побережникам с сильной прохладой. Хотя и те, и другие формально жили в одной провинции.
Замок имперцы не штурмовали. Потому что его никто не охранял. Вот в городе пришлось силу применить изрядно. А замок, который стоял немного на отшибе, не в городской черте и даже пристань имел собственную, встретил имперцев открытыми воротами.
А еще Вестфолена сильно волновал вопрос, а где, собственно, воины? И корабли. Здесь должно было быть множество боевых кораблей (боевых, конечно, по меркам побережников). Но их не было. И у принца было очень нехорошее предчувствие, куда могли уйти все эти корабли.
— Замок осмотрен, — к Вестфолену подошел один их дознанцев. — Кроме Освойлов никого.
Деннар молча кивнул. А потом подошел к женщинам.
— Вы понимаете, что будет дальше? — спросил Вестфолен.
— Империя не прощает предательства, — глухо ответила старшая женщина. — Я прошу лишь о снисхождении к детям.
— Этого можно было не просить, — холодно ответил Вестфолен. — Вы знаете, куда направился ваш муж?
— Я думаю, вы уже знаете, ваше высочество, — ответила женщина. — В последние дни наш… муж был очень… обеспокоен. Никто не предполагал, что престол отреагирует так серьезно. И он решил уходить к Крестэйру.
 
— Вы решили отколоть от Империи провинцию, — спокойно ответил Деннар. — Странно, что вы рассчитывали на другую реакцию.
— Я из Рода Диэр, — с достоинством ответила женщина. — И я всегда предупреждала, что Империя этого не потерпит. Поэтому я сейчас здесь. Мы здесь.
Она мотнула головой в сторону второй женщины.
— Мы не снимаем с себя вины, — продолжила Освойл. — Но просим ваше высочество дать нам шанс.
Вестфолен некоторое время молча смотрел на склонненые головы. Потом сделал знак и подскочившие к женщинам дознанцы подняли их.
— Империя всегда воздает по делам, — произнес Вестфолен. — Сегодня воины под моим началом, вместо того, чтобы бороться с дерра, убивали разумных. И еще предстоит еще немало смертей. Вы могли это предотвратить. Или покинуть город, предупредить имперские власти…
— Ваше высочество, — к принцу подошел мужчина. — Обнаружены агенты местного мэроса.
Вестфолен с интересом посмотрел на подошедшего.
— Они говорят, что… обязаны жизнями им, — негромко, так чтобы женщины не слышали, произнес мужчина и кивнул в сторону пленниц.
Вестфолен хмыкнул и кивнул.
— Как я и говорил, Империя всегда воздает по заслугам! — снова зазвучал в тишине двора его голос. — И дает шанс. Этих на корабль. Здесь все сжечь.
  
Глава 6
 
26 день весны. Флот Морского Народа. Корабль виконта Освойл. Каюта виконта. Ранний вечер
Каюта Скирира Освойла была отделана не хуже, чем кабинет иного герцога. На стенах плотная темная ткань, с верхним слоем не из пуана, но лишь чуть дешевле, мебель явно из Империи (а если быть точнее, из замка виконта), книжный шкаф. Самое главное, здесь было тепло (поэтому же, собственно, и ткань на стенах). На корабле имелась не просто печь, а угольная печь. Такая, какими отапливались большие особняки в Империи. Разумеется, не обошлось без удобных кресел, внушительного вида письменного стола с медными письменными приборами, большого дивана и отдельной спальни.
В новый мир виконт решил не волочь обременение, в виде жен и дочерей. Он еще не оставил надежду обзавестись сыном. А жены… Это были выгодные варианты, не более того. Теперь, когда побережники решили полностью порвать с Империей, эти варианты больше были не нужны, да и другие имелись, помоложе и красивее.
Скирир сидел в одном из двух кресел, с высокими спинками, которые стояли в гостевой зоне кабинета наискосок друг к другу. Прямо сюда, под ноги сидящим в креслах, шел теплый воздух. А смотрели они на большую картину. На этой картине была нарисована та жизнь, которую видели в своих планах виконт Освойл и сидящий в соседнем кресле барон Магэйр. Работающие и улыбающиеся друг другу люди, над ними правители, с мудрыми лицами. И просветленный лик Морского Отца, на ладонях которого пища и инструменты.
Эти два аристократа не просто так считались лидерами. Среднего роста и не впечатляющий статями Освойл разбирался в том, что касалось хозяйства, а также у него был хорошо подвешенный язык. И работников у него было больше всего.
Высокого роста, широкий в плечах и довольно осанистый Магэйр являл собой силовую часть власти. Он был груб, громогласен и самоуверен. Но вместе с тем, половина воинов были его. Эта грубость и показная военизированность, была все-таки больше маской. Думать все же бывший уже барон умел.
 
— Ортэры так и не прибыли, — говорил Магэйр. — От них вообще пришло только два корабля.
— Особо надежды на них и не было, — ответил Освойл. — Имперцы, пусть и не в крепости живущие, бывшими не бывают. И заниматься ими времени у нас нет. Мы пройдем мимо них и Крестэйра ночью.
— Я все-таки еще думаю, насчет Дармаэра, — произнес барон. — Можно было хотя бы на прощание дома им подпалить.