Граничник-2 (СИ)

— Вот именно. Мы с тобой вместе уже около двух недель, а я ничего не знаю о твоих целях. Лучшей иллюстрации моим словам и не подобрать.
Стоило нам покинуть зеленое пятно парка и войти в стеклянно-металлические ущелья городского квартала, людей вокруг сразу прибавилось. Да что там — их стало по-настоящему много! Сотни, если не тысячи. Некоторые проходили настолько близко, что я постоянно пребывал в состоянии повышенной боевой готовности — все казалось, что кто-нибудь сейчас пырнет Стража ножом. Поэтому разговор Стража с нехристем я отслеживал, что называется, краем уха, большую часть своих ресурсов направив на поиски информатория. Но обнаружил не его, а нечто совсем иное.
Первым моим желанием было утаить находку от подопечного. Буквально на миг, который миновал, и я устыдился. Пусть я и руководствовался вопросом выживания группы, да и характер Стефа знал слишком хорошо, но и сам бы не смог пройти мимо подобного.
Впереди, в полусотне метров, проспект выходил на площадь, окруженную высотными зданиями. Небольшую, шагов тридцать в поперечнике. Битком набитую людьми до того пресловутого состояния, при котором упавшее яблоко не способно добраться до земли. Но парящему на высоте четырех метров дрону толпа не мешала видеть того, что происходит в центре открытого пространства.
Жертвоприношения. Настоящего человеческого жертвоприношения, со всеми его обязательными атрибутами: алтарем, жаждущей крови толпой и жрецом, держащим в руках нож.
[1] Используется в значении «Хватит врать!» (анг. жарг.)
  
Глава 5
 
С одной стороны, я понимал, что обитатели станции Церера живут по искаженным ветхозаветным законам, что навязаны им демонами. С другой — в голове никак не мог уложиться тот факт, что вот эти чистые, ухоженные, сытые и нарядные люди могут творить подобное. Ритуальное жертвоприношение и высокие технологии — нет! На подобное способны «наши» земные сектанты, служители древних богов, Темные Слуги, но никак не эти беззаботно улыбающиеся церерцы.
Однако камеры дрона бесстрастно фиксировали подготовку к кровавому ритуалу. Сложно придумать иное объяснение тому, что один мужчина — избитый, связанный, голый и с кляпом во рту — лежит на плоском камне, а другой — красная маска, черный костюм древних, каменный, кажется, обсидиановый, нож в руках — нависает над ним.
«Стеф, — позвал я. — Там впереди…»
И вместо того, чтобы рассказывать об увиденном, я напрямую передал изображение с дрона на его зрительный нерв.
Страж едва заметно дернулся — это не больно, когда твое зрение переключают на другой канал, скорее, неприятно. Мгновенно все понял, даже объяснять ничего не пришлось. Рванул с места так, что не только его спутник закричал возмущенно, но и несколько церерцев, сбитых им по пути.
Он успел добраться до алтаря за десять ударов сердца. Растолкал окружающих алтарь людей, сильным ударом в грудь повалил на землю вскинувшего руки с ножом жреца, чиркнул лезвием по путам пленника и, взвалив его бесчувственное тело на плечо, бросился обратно. Гринь, матерясь так, что я сильно жалел об отсутствии у меня возможности тряхнуть его током, уже ставил магический щит.
Пожалуй, он нас и спас. Толпа, сперва растерявшаяся от решительных действий Стража, вскоре недовольно заворчала и, словно один организм, подалась вслед за беглецом. Но увидев мерцающую пелену магии, за которой он спрятался, замерла.
— Ты что, твою мать, творишь! — прошипел нехристь, держа одну руку перед собой, будто удерживая ей защиту, а другой дергая лук из тула. — Это так ты решил не выделяться?
— Отходим к той группе зданий, — вместо ответа на риторический вопрос бросил Стеф. — Оли, найди нам возможность спрятаться.
— Мы в космосе! На гребаной станции! Где тут можно «спрятаться»? — не унимался маг. — Зачем тебе этот доходяга понадобился?
— Его в жертву хотели принести.
— И что?
Все-таки между Гринем и Стефом была не разница в точках зрения — мировоззренческая пропасть! Я подумал об этом, одновременно слушая их перепалку и управляя дроном, летящим к указанному подопечным месту. То, что для одного было естественным, как дыхание, для другого являлось поступком бессмысленным и опасным.
 
— Отходим, — не стал продолжать перепалку Страж. — Держи свой щит, нехристь.
Церерцы магии удивились, но не как люди технической цивилизации, увидевшие возникающий в руке огонь без посредничества в виде приборов. Они явно знали о том, что магия возможна, просто не ожидали, что ее может использовать кто-то вроде Гриня. Возможно, поэтому они до сих пор не напали. Растерянно и недовольно ворчали, но стояли на месте. А мы отходили все дальше.
Между нами и толпой уже было метров двадцать, когда демонопоклонники будто бы получили некий сигнал, дернулись и двинулись вслед за нами, с каждым шагом набирая скорость и вот уже несясь волной, способной снести все на своем пути.
Нехристь снова начал ругаться. Страж тихо сопел, таща мужчину, спасенного с жертвенника и все еще пребывающего без сознания. Я выжимал всю возможную скорость из дрона, гоняя его между стоящими в пятистах метрах от нас зданиями. И едва не вскрикнул от радости, когда увидел то, что могло нас спасти.
Это, вероятно, был вход в технические помещения. Небольшая, в полтора человеческих роста, будка, прилепленная к стене одного из зданий. Безликий серый пенал с непонятно что обозначающей буквенно-цифровой маркировкой «ТА-8901» на полупрозрачной двери и надписью на уровне глаз — «только для обслуживающего персонала».
Дверь была заперта, но я не думал, что потребуется много времени, чтобы Страж или маг с этой задачей справились. Выломают, в конце концов, и вся недолга! Главное, чтобы это не оказался, скажем, серверный шкаф, скрывающий в своих недрах оборудование. Или каморка дворника, предназначенная для хранения инвентаря — вот смеху-то будет.
Но в подобных нашим обстоятельствах было не до жиру. Будка могла быть входом в технические коридоры, а даже тени этого шанса было достаточно, чтобы двигаться к ней. К тому же больше бежать было некуда. То есть направлений-то было полно, однако на длинной дистанции нас бы рано или поздно нагнали. Нужно было спрятаться.
Добраться до будки тоже было проблемой. Даже если Стеф бросит освобожденного пленника и побежит со всех ног — вряд ли успеет. Толпа пока еще медленно пожирала разделяющие нас метры, но вскоре уже должна была удариться о поставленный Гринем щит.
— Как вы посмели!
Голос ревущим ветром пронесся над колышущейся людской массой. Ядро толпы остановилось, пустив два рукава, охватывающие нас с флангов. А потом словно бы вытолкнула из себя того самого жреца в черном костюме и красной маске, полностью закрывающей лицо.
— Не стоим, — сквозь зубы прошипел Стеф, обращаясь к замершему нехристю. — Они нам сейчас в тыл зайдут.
— Он меня держит! — так же едва слышно ответил тот. — Ноги будто к земле приросли! Чертов выродок использует магию!
Так вот почему местные так восприняли способности нехристя! Маги у них были, такие же, в общем-то, как и у нас на земле — обожравшиеся демонической энергии, образующейся в момент насильственной смерти жертв.
Жрец не демонстрировал никаких жестов, не размахивал руками и не читал заклинания. Просто степенно, но совершенно неотвратимо приближался к нам. Шаг за шагом. А Стеф никак не мог сдернуть Гриня с места.
Я поймал себя на мысли, что смотрю будто бы на ранее виденную сцену. Напряг память и вспомнил — еще при жизни видел такое в одном видео древних. Просто фрагмент, как я понял, он не представлял никакой ценности, поэтому его не включили в архив наставителя. Там мужчина в почти таком же костюме, улыбался и шагал на камеру. За ним стояла безликая масса людей, похожих друг на друга, как близнецы. А потом появлялась крупная надпись, которая скрывала и центральную фигуру, и толпу за его спиной: «Личные клоны — путь к уникальности!»
 
Если бы не маска, закрывающая все его лицо, жрец походил бы на мужчину из ролика, как две капли воды.