Маг под прикрытием (СИ)

Единственным ее развлечением в дороге было разглядывание окрестностей. Всю жизнь Мирта прожила в деревне и дальше Леверна нигде не бывала, а теперь перед ней открывался целый мир. И этот мир оказался таким большим: они ехали уже почти целый день, но даже еще не покинули пределов Крайнего герцогства!
Стоило им свернуть с дороги в лес, сразу стало темнее — редкие лучи вечернего солнца едва проглядывали сквозь густые кроны. Ночевать предстояло под открытым небом. Полянка, у которой Эрван велел привязать лошадей, со всех сторон была окружена густым ельником. Примятая копытами трава и кострище возле вырванного с корнем дерева давали понять, что путники здесь останавливались не впервые. Массивный ствол, поросший мхом и поганками на тоненьких белых ножках, лежал поперек поляны немым укором тому, кто его повалил. Был ли это ураган или дикий зверь, кто знает? 
Эрван с Аргусом отправились поохотиться — ходить по одному опасно, Петра собирала ветки для костра, почти сразу к ней присоединился Ноэль, его отец с помощником что-то искали в повозке, а Мирта опять растерялась, не зная, что ей делать. Ночевать в лесу ей еще не доводилось, в ее деревне любой скажет, что это может плохо кончиться. Ей становилось не по себе от мысли, что здесь с большой вероятностью обитает какая-нибудь мерзкая нечисть. Не зря же Мэйнард очерчивает вокруг поляны защитный круг? 
Она повернулась к Лисандру спросить, что ей делать, но тот отрубился, стоило ему сесть, привалившись к стволу вековой ели. Маг все еще не восстановился после своих злоключений, но вместо того чтобы отдыхать и пить отварчики, он проделал долгую дорогу верхом. Случись что, он теперь даже не проснется! 
— Нам ведь это поможет, правда? — подойдя к Мэйнарду, она кивнула на палку в его руке. Мирта старалась не показывать свое беспокойство, но выходило неважно.
— Должно. Правда, обычно защитой занимался старик Фотис, наш целитель, но, думаю, и у меня получится, — создавалось впечатление, что молодой маг старался в первую очередь убедить самого себя. 
— Почему он ушел?
— Он ушел, чтобы мы смогли остаться. Точнее, остался, чтобы мы смогли уйти, — путано ответил Мэйнард, но Мирта все поняла, и желание задавать нелепые вопросы сразу отпало.
Когда круг был закрыт, и дошло дело до защитных символов, он то и дело сверялся с увесистой записной книжкой. Зато с розжигом костра сложностей не возникло: у Мэйнарда оказалась склонность к огненной магии —кучку веток он поджег буквально по щелчку пальцев.
— С твоим приятелем точно все нормально? — поинтересовался Аргус, когда они вернулись с охоты, притащив пару упитанных птиц размером с курицу. Ветки к тому времени успели прогореть.
— Да, просто не выспался, — Мирта очень не любила врать, но тут пришлось.
Однако ее смущение и отведенный взгляд истолковали иначе: 
— Никак не пойму, вы пара или нет?
— Что?! Нет! — ответила она поспешно. Возможно, слишком, потому что взгляд Аргуса по-прежнему сквозил недоверием. — Чем бы он ни занимался прошлой ночью, я к этому отношения не имею! Ээ… давайте, я помогу ощипать...
Когда ночуешь в лесу с кучей едва знакомых мужиков, сложно убедить кого-то, что ты девушка приличная, да и стоит ли? Почему ей всегда так важно, что подумают другие? Ула говорила, что у людей самодостаточных и зрелых не возникает потребности кому-то что-то доказывать. И что в итоге? Со старой ведьмой при всей ее полезности никто не хотел знаться, Мирта же, наоборот, слишком хотела со всеми подружиться. 
Когда обе птицы жарились над костром, источая аппетитные ароматы, она уже разболталась с Мэйнардом:
— В академии так сложно, что ты не доучился? Боюсь, мне тогда совсем нечего ловить…
— Сложно, конечно, но я не из-за успеваемости вылетел — подрался с одним, нос ему сломал да зад подпалил немного. Ну и мне досталось, конечно. Разнесли теплицы с ценными растениями. И все бы ничего, но тот урод из благородных, отец у него большая шишка, а мамка истеричка. Подозреваю, они-то и настояли на моем исключении. А он остался учиться, родители только штраф заплатили.
— Но это несправедливо!
— Жизнь вообще несправедлива. А я мечтал, что при посвящении на меня обратит свой взор кто-то из светлых богов. Пусть потенциально светлый дар не очень приспособлен для дуэлей, он больше для созидания, и при прочих равных темный маг будет в более выигрышном положении, зато…
— Зато нам не нужна кровь для работы, — подхватила Мирта. 
Ей очень хотелось его утешить, но Мэйнард в ответ лишь усмехнулся:
— Так и темным не нужна. Страшилок, небось, у себя в деревне наслушалась?
— А… каким нужна? — Мирта окончательно запуталась. 
Причем тут страшилки? Она буквально вчера видела Лисандра за работой!
— Разве что некромантам. Кровь, кости, кожа, внутренности — это по их части. Но ты не переживай так, в академии этому не учат, там все цивильно.
Каких усилий ей стоило не скосить глаза на спящего Лисандра. Вот чувствовала же, что что-то с ним не так!
«Ты не сбежала, когда поняла кто я, почему?» 
Да не поняла она ничего! Ула всегда говорила, что до нее все туго доходит.
— А где они тогда этому учатся?
— Сначала нужно получить в академии общую специализацию, получить покровительство темной богини, а потом, если ты совсем отмороженный, искать какого-нибудь старого некроманта и проситься в ученики. Некромантов очень мало, потому они только рады, у них и нож на такой случай заточен — кровь одаренного им зачастую нужнее, чем живой ученик, но даже если нет, все равно среди их учеников большая смертность. А у тех, кто выживает, мозги становятся набекрень. Винсентас Мертвящий убил население целого города и сошел с ума, когда его нашли на пепелище без капли магии, он лишь повторял, что какая-то дама отвергла его. Лучше держаться от этих ребят подальше.
Мирта бы и рада была, но держаться подальше уже поздно. Она растерялась и приготовилась схватиться за последнюю соломинку:
— Я не понимаю…Допустим, какой-то темный маг добавляет в зелье кровь, это сразу делает его некромантом? Даже если он не поднимает мертвых?
— Ты имеешь в виду кого-то конкретного? — нахмурился Мэйнард.
— Нет! Ну то есть у нас в деревне рассказывали про одного мага. Возможно, это просто слухи…— Раз уж он решил, что она наслушалась страшилок дома, пусть будет так.
— Кровь-то добавить в зелье может хоть кто, но пробудить ее магические свойства — только настоящий некромант. А если, например, я так сделаю, то просто испорчу ингредиенты, нужных свойств состав иметь не будет. Понимаешь?
— Мэй, хватит девочку пугать! Ешьте да спать, — незаметно подошедшая Петра протянула им по толстой лепешке, на которых лежали куски зажаренной птицы. — И этому возьми, — она кивнула на Лисандра, — иначе, пока он спит, одни кости останутся. 
Мирта не сразу смогла заставить себя подойти к Лисандру. Комком к горлу подкатывал суеверный страх, и вдруг вспомнились истории о жутких деяниях некромантов прошлого. Некоторые вещи просто не должны существовать в этом мире, оставаясь и дальше лишь страшной сказкой. Знала ли Ула, к кому ее посылает? Возможно, старуха просто не хотела говорить, чтобы не пугать ее раньше времени?
— Ли… Лекс, вам бы поесть, а потом дальше спите, — Мирта осторожно коснулась его плеча и едва не вскрикнула от неожиданности, когда маг резко схватил ее руку. — Простите, я не хотела вас напугать.
— Да, я… тоже не хотел.
Отдав ему еду, Мирта поспешила вернуться к Мэйнарду, ее слегка трясло. Проклятый Лисандр чуть не сломал ей руку! Он никогда не извиняется! Так еще и некромант, мать его!
— Мэйнард, а расскажи про Демоновы горы. Может, все, что я про них слышала, тоже всего лишь сказки?
— Можно просто Мэй, меня все так зовут. Ну, слушай. Четыреста лет тому назад Асвальд Безумный решил открыть врата в иной мир. Мечтал братьев по разуму встретить, ага. Всю жизнь на это положил, и к старости у него все-таки получилось открыть портал, но вот незадача — тот мир населяли лишь мерзкие кровожадные твари. Повылазили из портала и сожрали его. Так ладно бы на этом все, но нет — они дальше пошли всех жрать, и у наших магов далеко не сразу получилось с ними справиться. Демоновы горы стали местом их решающей битвы. Тогда, конечно, никаких гор там не было, но стоял небольшой городок, от которого ничего не осталось. Светлые и темные маги бились плечом к плечу, многие не вернулись. А магия, которая там творилась, была так сильна, что до сих пор ее отголоски порождают чудовищ. Не знаю, чем предок тамошнего барона так не угодил королю, что тот даровал ему землю рядом с теми местами…— Мэйнарду явно было лестно, что его рассказ слушают с таким интересом.